Укроти моего зверя - Дия Василькова

лучше! Надо только зубы снова почистить, — резюмировала Анна, предчувствуя, что к ней скоро приедут гости, да и Ангела может зайти.

— Постарайся уснуть, утром врач тебя ещё осмотрит, анализы сдать обязательно.

— Я уже в порядке, спасибо.

Медсестра хотела закрыть дверь, но отступила, и тут же выбежала из палаты. Аня решила, что пришёл Антон, но это был хищник поопаснее. Вадим, о котором Аня столько слышала, но теперь вот впервые удостоилась чести общаться лично. Он плотно закрыл двери.

Высокий, смуглый, холёный и красивый. Густые брови, пышные ресницы и зелёные глаза. Впалые щёки и квадратный подбородок с глубокой ямочкой. Нос с небольшой горбинкой и такой выразительный рот, как у скульптур в музее. От него исходила энергия силы, власти и богатства. Даже Назар уступал будущему зятю в энергии вожака. Ангела его побаивалась, так же как Аня побаивалась Назара. Но теперь, спасённая невеста готова не то, что выйти за него замуж, а бегом бежать. У этого мужчины женщин не похищают.

— Ангела рассказала, как ты порезала урода. Это правда ты сделала?

— Он напоролся на нож.

— Но у тебя ещё травмат в куртке?

— Добыла в честном бою.

— С кем?

— Водитель большегруза.

— Он хоть жив? — Вадим улыбнулся, это какой-то уникум перед ним, хотя жить захочешь…

— Он слегка порезан, жить будет.

— А кто не будет?

— Пятеро в деревне, я одного кочергой убила и сожгла их всех. Жаль, что за этих мразей, мне придётся сидеть. Но выбора у меня не оставалось.

— Пятеро? Этот с печенью пробитой, шестой. Да, девочка, ты уникальная. Красивая как с карточек пин-ап, и опасная как кобра. Запомни, ты сидела в квартире Антона Ермакова, потом Ангела позвонила тебе, и ты приехала на такси, забрала её, потому что в твоего папу стреляли сегодня, он ранен, и Назар Павлович не мог приехать быстро. А я был занят, не взял трубку. Оставалась ты. Вы с Ангелой подруги, почти сёстры, поняла.

— Поняла.

— Эту историю знаю только я, отцу моему придётся рассказать, ну может, Ермакову расскажешь.

— А что с ним, он жив? — Аня только теперь чуть не заплакала.

— Сергей царапнул его пулей, его даже в больницу не забрали. Отцы ваши сюда едут. Шестерых? И не испугалась?

— В такие моменты у меня работают только инстинкты, я, наверное, извращенка, — Аня улыбнулась.

— Да нет, ты талант! Понимаю, почему Назар Павлович в тебя вцепился. Ангела только о тебе и говорит.

— Всё же лучше не иметь такого опыта.

— Испытания даются по силам! Ладно, я дождусь их, всё объясню, запомни, ты сидела в квартире Антона. Спасибо, спасибо тебе! — он пожал её руку, вроде бы можно и отпустить, но он продолжал держать. Пока Аня не приподняла одну бровь, вопрошая «Что за дела?», Вадим улыбнулся.

— Вам спасибо, я уже прощалась со свободой, если честно, — Аня выдохнула, все её мысли были о тюрьме, а тут оказалось, появился маленький шанс на счастливую жизнь.

— Ты мою невесту вытащила из такой жопы, если бы квартиру пошли брать приступом, то этот урод, убил Ангелу.

— Он бы не решился, трусливый.

— Всякое могло случиться. Ты её спасла, я твой должник.

— В расчёте, если я останусь на воле, — Аня улыбнулась, прям как киллерша из боевиков, опасно и невинно.

Вадим ещё некоторое время стоял над постелью девушки, не хотелось уходить, но всё же коснулся рукой до её лба, словно хотел удостовериться, что у неё нет жара и вышел.

В коридоре частной клиники, какое-то оживление. Аня прислушалась, да это Антон и Назар Палыч, но Вадим их притормозил. Опять ждать.

— Добрый уже не вечер, а утро. Доброе утро, важный разговор о судьбе Ани, пройдём в комнату.

Вадим рукой показал на кресла, сам сел на диван. Антон в нетерпении, даже нога дёргается, но встреча с Аней подождёт.

— Спасибо, Вадим, что так быстро забрал Ангелу, нас атаковал киллер, не успели бы, — Назар спокоен. Он уже отдал приказы, особенно о том, что кто-то собирается устроить взрыв на предприятии. Сергей дал первые показания, к обеду этого долгого дня всё закончится. Можно выдохнуть.

— Не меня надо благодарить.

— Да, знаем, Аня, каким-то непостижим образом, уделала двух жлобов и вытащила Ангелу. Не представляю, как ей удалось, — Назар снова вспомнил события, глубоко поразившие его.

— Ну, вообще-то, шестерых, и водителя-дальнобойщика поцарапала, с её слов, добыла травмат и нож-бритву, какими пользуются урки.

Антон перестал дёргать ногой, его глаза округлились, долгим взглядом посмотрел на Назара, тот тоже приоткрыл рот.

— Шестерых?

— Ну одному проломила голову кочергой, и ещё четверо находились в этом притоне, она их сожгла. И того, кто караулил Ангелу, уже в Москве ножом в печень ранила, он умер. Её следов нет, она всё за собой прибирает или ничего не трогает, водитель вряд ли будет на неё заявлять. Мне уже рассказали о событиях в Рязанской области, следователи работают на пожарище, пока версия, что там неосторожное обращение с огнём. И у меня к вам большая просьба.

— Догадываюсь, — Назар в шоке от подробностей. Особенно о способах, какими девочка решала свои проблемы.

— Ей грозит реальный срок. Но, господа, прямых улик нет. Концепция событий, мне видеться следующим образом. Она вернулась в Москву от матери, приехала в квартиру Ермакова, и там сидела, пока все искали Ангелу. Сегодня вечером, когда кто-то зарезал тюремщика Ангелы, та позвонила вам, но у вас ранение, позвонила мне, но у меня было совещание и занят телефон. Поэтому Ангела позвонила Ане, и девушка на такси приехала, забрала подругу. Приметный пуховик уже сожгли. Если у вас более нет вопросов, то не смею задерживать. И, кстати, это дело не получит огласки, мы как ни в чём не бывало продолжаем работать и готовиться к Новогодним