Рина Зелиева - Лазурная глубина (СИ)

   - А это за меня. Ненавижу, когда по лицу бьют, - объяснила она.

   - Котена, завязывай, - приказал Ринар.

   - Вечно ты весь кайф обломаешь, - недовольно пробурчала Мари, но подчинилась.

   На крыше показался Кондор со своими людьми.

   - Очень вовремя, - злобно процедил Рен вместо приветствия.

   - Развлекаетесь? - как ни в чем не бывало, спросил подошедший Тимур, не обращая внимания на недовольство Ринара.

   Он указал кивком головы на мужика с простреленными коленями, державшегося за пах.

   - Это Маруська озверела, - хохотнул Рен. - Надо бы валить отсюда.

   - Пленных не берем? - уточнил Тимур.

   - Не берем, - согласился Ринар и выстрелил главному в голову.

   Хладнокровно расстреляв всю группу захвата, они спустились вниз, и вышли из здания через черный ход. Разместившись в джипах, двинулись в направлении окраины города. По дороге Рен и Тимур планировали ход дальнейших действий. Было решено временно залечь на дно, пока не проясниться, что против них имеют госслужбы, и на кой ляд им понадобился господин Шахразирбаров.

   Достигнув пригорода, машина остановилась, Рен вышел и распахнул дверцу со стороны Мари.

   - Поедешь на Лесную поляну, соберешь ее вещи. Пришлешь с Рамилем, - отдал он последние распоряжение Тимуру.

   В одном из темных переулков Ринар подошел к старенькому видавшему виды автомобилю.

   - Забирайся, - обратился он к девушке.

   Ничего не понимающая Марисса решила отложить пока вопросы, коих у нее набралось немеряно. "Итак, все слишком сложно", - подумала она, в очередной раз, откладывая свой допрос с пристрастием, которому давно собиралась подвергнуть мужа.

    Глава 11.

   Под утро Ринар и Марисса достигли небольшой деревеньки и въехали во двор одного из обветшалых деревенских домишек. Рен нашел в бардачке ключи.

   - Заходи, - пригласил он Мари, распахнув перед ней дверь, а сам пошел вынимать из багажника пакеты с едой, купленной по дороге в одном из круглосуточных магазинов.

   Марисса нашла довольно приличное эмалированное ведро и вышла набрать воды к замеченному ей перед избой колодцу. Смывая кровь с лица, она раздумывала о том, что, пожалуй, их положение становиться только хуже день ото дня, и, по всей вероятности, добром все это не кончиться.

   - Иди, поешь, - позвал ее Рен.

   Она села на пыльный стул и посмотрела ему в глаза.

   - Что дальше?

   Он не ответил.

   - Рен?

   - Ешь, Котен. Пустой желудок не облегчит сложившихся обстоятельств и проблем не решит.

   Мари принялась без особого желания жевать бутерброд, совсем не чувствуя вкуса. Ринар распечатал бутылку водки. Мари невольно улыбнулась: первый раз она увидела, как он пьет водку, обычно предпочитая более благородные напитки. Девушка сполоснула найденные в шкафчике стаканы и открыла банку с огурцами.

   - Напьемся? - с воодушевлением предложила она.

   Ринар печально усмехнулся.

   - Давай. Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет.

   - Ага, - поддержала его Марисса. - Курить вредно, пить противно, а умирать здоровым - жалко.

   - Мари, с тобой все будет в порядке, - пообещал ей Рен.

   Он снял с руки браслет, с которым практически никогда не расставался. Тот самый, на который она обратила внимание еще при первой их встрече: состоящий из небольших пластин с непонятным узором и какими-то странными подвесками. Ринар одел его на руку девушке, обернув в два раза на ее тонком запястье.

   - Никогда не снимай его. Это непростое украшение. Не вздумай потерять. Если со мной что-то случиться - отдашь его Лану. Поняла?

   Марисса кивнула, перебралась к нему на колени, обхватив ногами за талию, и заглянула в его уставшие глаза.

   - Рен, обещай мне, что не позволишь себя убить, - попросила она.

   - Опять ты за свое, - заворчал мужчина. - Ты хотя бы понимаешь, что требуешь от меня невозможного?

   - Ну, почему, Рен? Почему ты не можешь остановиться, бросить все? Неужели тебе не хватает того, что ты уже имеешь? У тебя же много денег. Давай уедем. Далеко. Заграницу. Купим какой-нибудь маленький домик. Я тебе детей нарожаю. Мы будем гулять с ними в парке, катать на каруселях. А по выходным я буду печь вам пирожки и разные сладости.

   - Котена, - прошептал Ринар ей на ушко и уткнулся носом в ее волосы, - ты не знаешь, о чем просишь. Тебе не понять. Стоит один раз уступить - и все, тебя вышвырнут на обочину. Это волчий мир и волчьи законы. Дашь откусить палец - всю руку отхватят. Целиком захавают и не подавятся. К тому же, уже слишком много людей замешаны во всем этом. Они доверили мне свои жизни, свои судьбы. Я не могу просто так вот взять и соскочить.

   - Да плевать я на всех хотела, - вспыхнула Марисса.

   Ринар закрыл ей рот поцелуем, обдавая ее своим жарким дыханием. Его глаза потемнели от страсти. Они пылко целовались, крепко сжимая друг друга в объятиях. Девушка, утопая в своем безудержном желании, забыла про разбитую губу и обо всем на свете, утратив чувство реальности, не ощущая ничего кроме наслаждения, которое он ей доставлял. Она таяла под его жадными поцелуями. Тело ее напряглось и выгнулось дугой. По бедрам моментально пробежали приятные волны, в промежности возникло сладкое томление.

   - Мари, - Рен оторвался от губ девушки и чуть отстранился.

   Обеими руками он взял ее за голову, утопив пальцы в шелковых волнах ее волос, и отклонил ее назад, чтобы видеть лицо.

   - Я хочу тебя всю. Всю.

   Он отнес ее на кровать и жадно набросился, стаскивая с нее одежду, обнажая нежную покорную плоть. Срывая одежду с себя, он покрывал горячими поцелуями каждый сантиметр ее кожи, жестко, жестоко, оставляя следы.

   Марисса не противилась. Она была даже рада этой боли телесной, вытесняющей боль души. Она растворялась в его сильных руках, блуждающих по ее разгоряченному, откликающемуся на его прикосновения телу. Грубо ворвавшись в ее лоно, Рен пронзал ее глубокими, сильными толчками, двигаясь резко и мощно.

   В его грубости она находила нежность, стонала и извивалась, отдавая себя всю до последней капли крови и плоти, каждой клеточкой своего существа сливаясь с ним, поглощая его. Она стремилась принадлежать ему всем своим естеством так полно, насколько это только возможно.

   Он развернул ее и поставил на колени. Марисса застонала от наслаждения, ощущая, как его пальцы нырнули в ее влажную глубину спереди. Она не сдержала протестующего крика, когда почувствовала, как его огромный орган проникает туда, куда она меньше всего ожидала, распирая и заполняя всё внутри. Девушка почувствовала, как горячая боль пронзает все тело. Его пальцы ласкают ее грубо и нежно, сладко и жгуче... Настойчиво, жестко, неумолимо, нестерпимо...