Каролина Фарр - Ужас острова Дункан

В сумеречном свете кто-то сбил мою тетю с ног и втащил в хижину, и тут я увидала другую фигуру, появившуюся на пороге, которая, пригнувшись, бросилась к нам. Это был крупный мужчина с широкими плечами и черными волосами, развевавшимися на ветру.

Со страха я пнула девушку ногой и принялась лупить фонариком по голове. Она громко вскрикнула и разжала руки. Едва я успела вскочить на ноги, как подбежавший мужчина бросился на меня.

Он схватил меня за руку, и я, обороняясь, изо всей силы ударила его тяжелым фонариком. Свет вырубился, вырубился и напавший. Он беззвучно рухнул мне под ноги, чем страшно меня напугал.

Секунды три я смотрела на распростертое тело, пока из хижины не выскочил второй мужчина и девушка, успевшая подняться, не закричала за моей спиной:

— Она ударила Джейка!

Я инстинктивно бросилась к дому на горе, но она, широко расставив руки, попыталась задержать меня. На миг наши глаза встретились, и я поняла, что она родная сестра парня, лежавшего без сознания. Тогда я повернулась и побежала но ступенькам туда, где путь был свободен, — в сторону причала.

Как я спустилась, ни разу не упав, я так и не поняла. Подгоняемая воющим ветром и страхом, я летела как на крыльях. Только раз, перескакивая через три ступеньки, я чуть было не оступилась, но все обошлось. Через минуту я была уже на качающейся пристани, каким-то чудом перемахнув расстояние, отделявшее ее от берега, и, не останавливаясь, побежала туда, где была свобода — свобода броситься с края причала в ледяную воду.

Внезапно моя нога задела перевернутую лодку. Я перелетела через нее, и лодка бортом ударила меня в затылок. На смену шторму пришли тишина и спокойствие...

Постепенно, преодолевая боль, я пришла в себя и поняла, что лежу на спине. Ураганный ветер не только не стих, наоборот, он завыл еще сильнее.

Без сознания я находилась не больше двух минут, но успела промокнуть до нитки. Сильный дождь хлестал по телу и лицу. Я попыталась укрыться плащом, и это движение отозвалось резкой болью в плече. Все пуговицы на плаще отлетели, а с ними чуть не отлетела моя душа.

Я хотела было привстать, но шум отдаленных голосов и мелькающий свет фонарей у берега мгновенно привел меня в чувство, воскресив в сознании сцену нападения на нас с тетей Молли. Я осталась лежать, как лежала, стуча зубами больше от страха, чем от холода.

Не трудно было понять, что эти люди ищут меня вдоль прибрежной полосы, считая, что я скрылась там. Но скоро они вернутся к причалу. Должны вернуться!

Осторожно высунув голову из-за киля перевернутой лодки, я огляделась и поняла, что надо действовать решительно и быстро, иначе будет поздно.

Я попробовала пошевелить пальцами, потом руками и ногами. Они ныли, но, кажется, были целы. Слава богу, я ничего не сломала, хотя тело болело, словно меня долго били бейсбольной битой. Особенно ломило спину. У меня мелькнула ужасная мысль, не сломала ли я позвоночник, но вот рука нащупала фонарик, и я поняла, что с ним все в порядке.

С фонариком, моим надежным другом, я почувствовала себя увереннее. Осмелев, я выглянула из своего укрытия и сразу же спряталась за шлюпку, едва не вскрикнув. Повсюду мелькали длинные лучи фонарей, движущиеся в направлении места стоянки. Немного успокоившись, я опять высунула голову.

Люди, устроившие на меня охоту, рассыпались по всему побережью. Кто-то с мощным фонарем осторожно двигался по уступу. Луч света выхватывал из темноты гранитные валуны и заросли плюща.

Мне опять пришлось опустить голову на тот случай, если кто-то ненароком направит свой фонарь в сторону моря.

Внезапно рядом послышался женский голос:

— Мы зря теряем время. Я уже говорила тебе, отец. Она бежала очень быстро и, должно быть, сорвалась с причала. Посмотри на воду. Здесь никому не выплыть. Она утонула. Жаль!

Я вздрогнула. Ветер донес до меня ее злобный голос, словно она стояла рядом.

— Почему жаль? — спросил мужской голос. — Что нам с ней делать? К тому же она ударила, Джейка. Энн, эта девка чокнулась. Утонула, ну и отлично.

Человек, стоявший на уступе, что-то крикнул, но я не разобрала слов, так как он отвернулся. Второго мужчину — кажется, это был Джейк — слышать я тоже не могла, но рискнула снова высунуть голову, пока они переговаривались.

Энн с отчимом подошли совсем близко, и я видела их ноги в промокших джинсах. Они стояли на бетонной площадке, где кончались вырубленные в скале ступеньки. В руках у них были лампа и карманный фонарь.

Я снова быстро прижалась к доскам. Мимо них мне было не пробраться — нас разделяли каких-то тридцать футов. Оставалось только трястись от холода, морщиться от ссадин и ждать.

Отчим продолжал говорить:

— ...Все равно Джейк отыщет ее. Ты могла ошибиться. Она, наверное, спряталась в кустах или в ущелье. По-твоему, это глупо? Если она объявится на том конце острова, устроим облаву. Мы обыщем весь остров. Впрочем, спешка нам ни к чему — бежать ей некуда.

Я слушала, не веря своим ушам, и волосы вставали у меня дыбом. Это он говорил обо мне! Обо мне!

— Тем лучше, — мстительно сказала Энн. — Она ударила меня вот сюда. Я хочу посмотреть, что с ней станет, когда мы ее поймаем. Не хочу, чтобы она исчезла. Потом она чуть не убила Джейка. Я помогу поймать ее, и тогда за нее примется Джейк. Сам знаешь, каким он бывает, когда разные дуры злят его. Помнишь, что он сделал с одной такой?

— Ты о той паре, что мы взяли на лодке? — рассмеялся отчим. — Та упрямая телка, которая не хотела оформлять передачу катера?

— Ага...

Вспыхнувшая молния ослепила меня. Так вот какие родственники у Джеффа и Бет. Неудивительно, что Джефф постарался вырвать Бет из их лап. Судя но подслушанному разговору, горько подумала я, Джефф совершенно прав. Разговор отчима с дочерью спутал все мои мысли. Эти люди не ведают что творят.

Больше всего на свете мне сейчас хотелось отыскать укромное местечко, заползти туда, чтобы ничего не слышать, не видеть и поскорее забыть происходящее, как кошмарный сон.

Но лучшее, на что я могла надеяться, это поднять шлюпку, за которой укрылась, и забраться под нее. Не без труда я заползла под нее, но удержать тяжелый борт у меня не хватило сил, и он с грохотом ударился о доски. Шум можно было услышать на противоположном краю острова, но, на мое счастье, в это время сверкнула огромная молния, которая угодила в дерево, росшее на вершине скалы. Вспышка озарила окрестности. Потом раздался гром, подобный взрыву бомбы, раскаты которого долго еще сотрясали причал, пристань и шлюпку.

Закрыв глаза, я лежала под шлюпкой, трясясь от страха и стуча зубами. Яркий свет вспыхивал даже перед закрытыми глазами, а барабанные перепонки, казалось, не выдержат ужасных раскатов грома. Я перепугалась и не могла сообразить, что со мной происходит: то ли я в обмороке, то ли меня тошнит. Усилием воли принялась внушать себе, что наяву ничего не происходит, что я заснула и видела страшный сон, но сейчас проснусь, кошмар пройдет, и я, обливаясь потом, снова окажусь в своей комнате на Дункане или в квартире в Гринвич-Виллидж, а завтра обо всем забуду...