Дженнифер Эстеп - Укус Паука

— Привет, красавчик, — с придыханием поздоровалась я. — Я Кэнди, пришла к Финни.

— Мистер Лейн занят. Важная встреча. — Охранник говорил неприветливо, но его водянистые глаза уже осмотрели меня от груди до пят.

Я хихикнула:

— Ну да, со мной, дурачок.

Охранник позволил взгляду на секунду задержаться на моей груди, а затем покачал головой:

— Прости. Я говорю о другой встрече. Тебе придется уйти.

Я надула губки:

— Но мы с Финни всегда встречаемся по воскресеньям. Я всегда прихожу в это время.

Охранник ничего не сказал, но продолжал переводить взгляд с моей груди на ноги и обратно. Если он станет делать это чуть быстрее, то у него закружится голова. Я ещё секунду подулась, а затем распахнула глаза и улыбнулась, словно мне в голову пришла самая гениальная идея в мире.

Я шагнула вперед. Охранник напрягся, но не отступил. Я посмотрела на него из-под ресниц и провела рукой по его широкой груди. Под синей рубашкой в полоску ничего не было. Ни бронежилета, ни защиты. Тем хуже для него и лучше для меня.

— А как насчет тебя, сладкий? Может быть, тебя заинтересует сладенькая-сладенькая конфетка? Девочке нужно оплачивать съемное жилье, если ты понимаешь, о чем я.

Охранник открыл рот, но ответить не успел. Потому что я подняла правую руку и вонзила припрятанный нож ему в грудь. Его глаза выпучились от неожиданности. Я зажала ему рот ладонью, чтобы предотвратить крик, выдернула нож и вновь всадила в сердце.

Ему следовало пристрелить меня в ту же секунду, что я вышла из лифта. И уж точно не подпускать меня к себе так близко. Ай-ай-ай. Но хорошенькая девушка — это хорошенькая девушка, а мужчины всегда хотят смотреть на таких, разговаривать и трахаться с ними. Даже если начальник и предупредил сегодня не пускать к нему никаких женщин.

Глаза охранника остекленели, и он прекратил бороться. Я положила его большое тяжелое тело на пол и выдернула нож. Обшарила карманы убитого, вытащила бумажник и телефон и положила их на ореховый столик, чтобы забрать попозже. На трупе не было никаких украшений, даже часов.

Под ногами нежное мурлыкание мрамора стало более тревожным из-за потекшего на него ручейка крови. Ещё один знакомый мне звук.

Позаботившись об охраннике, я сосредоточилась на входной двери в апартаменты. Так как сами стены были сложены из металла и дерева, я не могла использовать магию, чтобы понять, что творится в квартире. Но я не уйду, не узнав, что происходит или уже произошло с Финном. Рискну попробовать.

Я повернула ручку и с тихим скрипом открыла дверь. До меня донеслись голоса: тихое, еле слышное неразличимое бормотание. Должно быть, они в гостиной.

Я проскользнула в дверь и замерла. Квартира Финна по форме напоминала большую букву Ш. Лифт вел в узкий вестибюль, который, в свою очередь, переходил в коридор, где я сейчас стояла. Этот коридор шел прямо до конца апартаментов, а затем поворачивал направо в просторную гостиную. Хозяйская спальня и ванная располагались за гостиной, а перед ней был ещё один поворот, ведущий на кухню.

Я на цыпочках прошла вперед в кухню, держа в каждой руке по ножу. Утварь, мраморные столешницы, пара раковин. Я прошла мимо всего вглубь помещения, держась ближе к стене, и остановилась, дойдя до дверного проема, соединяющего кухню с гостиной. На дальней стене смежной комнаты висело зеркало, в котором четко, пусть и зеркально, отражалось происходящее в ней.

Финна привязали к стулу с прямой спинкой. Финнеган Лейн был очень похож на отца: румяное лицо, крепкое мускулистое тело и темные каштановые волосы. Потомок шотландцев и ирландцев, как и я, и ещё многие в Аппалачских горах. Его зеленые глаза от ударов превратились в щелочки. Лицо покрывали порезы и синяки, а с подбородка стекала кровь, капая на белую парадную рубашку, черные брюки и начищенные туфли.

При виде побитого лица Финна меня переполнил гнев, но я заставила себя успокоиться и сосредоточиться на его теле в поисках отсутствующей кожи и прочих признаков пыток. Ничего подобного я не заметила, равно как и запаха свежего мяса. Замучившей Флетчера элементали Воздуха здесь не было. Пока что.

Финн выглядел так, будто перед тем как его связали, был где-то в городе. Возможно, даже в опере. Ему нравились подобные светские мероприятия. Там он мог пообщаться с богачами, у которых больше тайн, чем у него самого, и которые сделают все, чтобы их сохранить.

Если Финн сегодня был в опере, то было довольно легко схватить его в суматохе и привезти домой для более личного разговора. Это также объясняет и задержку возможных пыток и убийства.

Я изучила охранников. Один из них был двухметровым широкоплечим гигантом с молочно-белой кожей и глазами навыкате. Великан и, определенно, силач, потому что карманы костюма не оттопыривались. Кому нужен пистолет, если есть кулаки размером с шары для боулинга?

Второй был ниже. Человек с темной, как полированное эбеновое дерево, кожей и очками в квадратной золоченой оправе на носу. У этого оружие было — по пистолету под каждой из рук.

Пока я разглядывала их, Коротышка шагнул вперед.

— Просто скажи нам, где она, и все закончится, — приятным голосом сказал он. — Обещаю, мы сделаем все быстро. Три пули в затылок. Ты ничего не почувствуешь.

Финнеган поднял голову, показав избитое опухшее лицо, и уставился на парня.

— Вот что я думаю о тебе и твоих гребаных обещаниях.

Финн плюнул кровью в лицо Коротышки. Красная слюна попала на очки, окатив стекла как моющая жидкость — ветровое стекло автомобиля. Коротышка выпрямился и снял очки. Мотнул головой в сторону Великана, и тот врезал Финну в лицо кулаком. Нос Финна хрустнул, как попкорн. Несмотря на сильный удар, я улыбнулась. Финнеган Лейн никогда не жаловался на нехватку дерзости и стиля.

Великан отошел, и Финн выпрямился, кашляя кровью. Коротышка достал из кармана носовой платок и протер очки. Снова водрузив их на нос, обошел Финна и возобновил уговоры.

— Безусловно, ты видишь, что в этом нет смысла. Твой отец уже мертв.

Флетчер. Произнесенные вслух, эти слова звучали как ножом по сердцу. Я сжала зубы, превозмогая боль, и сосредоточилась на том, что важно сейчас — Финн.

— Никто не придет тебе на помощь, — продолжал Коротышка. — И уж точно не киллерша. Она спрыгнула с балкона здания оперы, а там добрых семьдесят метров до земли. Если её не убило падение, то она уж точно драпает из города — если полиция ещё её не сцапала.

Я нахмурилась. Полиция? Мне не понравилось, как он это сказал: словно полицейские — это личная боевая гвардия Коротышки. Обычная подстава на глазах превращалась в полномасштабный заговор. Я задумалась, как долго Брут, Коротышка и их сообщники планировали это дело, и как мы с Флетчером и Финном повели себя по-идиотски, очутившись прямо в центре этой липкой паутины.