Сюзанна Симмонс - Настоящее сокровище

— Для краткости я буду останавливаться только на главных событиях.

Она смотрела вдаль, туда, где синее небо сливалось с водой.

— Пожалуйста, если вам так удобнее. Это ничуть не облегчило его задачу.

— Никто не знает, что стало причиной разрыва между братьями, но оба они дорого заплатили за это. Когда умер их отец, старший брат Ангус по праву первородства унаследовал остров и замок Сторм, а вместе с ними множество титулов, переходивших из рода в род на протяжении нескольких веков. Ну и, само собой, стал главой клана.

Митчелл не был уверен, что Тори хорошо представляет себе, что значит быть главой клана.

— На его плечи легла ответственность за восемь сотен человек — мужчин, женщин и детей, в основном членов клана, проживавших на острове. Времена были тяжелые. Несколько лет подряд людей преследовали неурожаи. Начался голод. Ни о какой роскоши не могло быть и речи. Деньги давались трудно, долги росли.

— Наверное, это были тяжелые времена для всех, — заметила Тори.

— Да.

— А что Эндрю?

— Никто не выгонял его из Шотландии, как вы, очевидно, считаете. Движимый разочарованием и юношескими амбициями, а также желанием доказать членам клана, что он тоже достоин быть их вождем, Эндрю эмигрировал в Америку.

— Чтобы сколотить состояние.

— Судя по всему, ему это удалось.

— Да, — сказала Тори, поднимаясь и отряхивая песок со своих шелковых брюк, — ему это удалось.

— Мне бы очень хотелось, чтобы это было действительно так. — Митчелл тоже встал.

Она обернулась:

— А разве у вас есть какие-то сомнения?! Он покачал головой:

— История не заканчивается на том, что Ангус остался в Шотландии исполнять свои обязанности, а Эндрю отправился в Америку зарабатывать деньги.

Тори продолжала старательно отряхиваться, песчинки никак не хотели отлипать от ее одежды.

— На чем же она заканчивается?

— А она еще не закончилась. Тори резко вскинула голову:

— Может быть, объяснитесь?

Митчелл взял ее за руку и помог спуститься к пляжу. Погода для прогулок выдалась чудесная. Но как ни жаль ему было нарушать покой и гармонию этого дня, он твердо решил рассказать историю до конца.

— С каждым годом Ангус все сильнее увязал в долгах. А Эндрю был настоящим гением во всем, что касалось денег. И тем не менее, когда Ангусу потребовалась помощь, Эндрю и пальцем не пошевелил, чтобы ему помочь.

— Вы считаете, что во всех бедах Ангуса был виновен его брат?

— Тогда его вины еще не было. Она прищурилась:

— Но со временем он все же в чем-то провинился? Во всяком случае, в ваших глазах.

— Не только в моих, Тори.

— Надо полагать, сейчас вы перейдете к той части истории, которая мне не понравится. Именно ей я и обязана теми великолепными розами, которые получила от вас в подарок! — Девушка остановилась, чтобы поднять раковину, которую выбросило волной к ее ногам, но она оказалась обломанной в нескольких местах, и Тори бросила ее обратно в океан. — Так что же произошло?

— В Америке началась Гражданская война. В те годы многие сколотили себе состояние и многие его потеряли. Эндрю Сторм разбогател. Больше того, не прошло и десяти лет после окончания войны, как он стал одним из самых богатых людей Соединенных Штатов. А может быть, и самым богатым во всем мире. Он имел все, что только можно иметь за деньги. И за эти же деньги он купил себе жену: красивую образованную молодую женщину из хорошей семьи.

— Энн Морган.

— Женившись на Энн, он построил несколько особняков, включая Сторм-Пойнт. Молодожены развлекались вовсю: Эндрю объездил с женой весь свет, удовлетворял любые ее прихоти и капризы. Потом у них родился сын, продолжатель династии Стормов в Новом Свете.

— Мои предки жили так же, как и другие семьи миллионеров — Вандербильты, Асторы, Уэтморы, да я могу назвать еще около дюжины фамилий — все они жили роскошно, как королевская семья в Золотом веке.

— Да, полагаю, Эндрю и Энн вели обычный для их круга образ жизни.

— Тогда в чем вы обвиняете их?

— В то время как Эндрю процветал, Ангус окончательно разорился, население острова Сторм вымирало от голода. Ангус поборол свою гордыню и поехал к младшему брату умолять его о помощи. — Митчелл замолчал. Тори ждала продолжения. — Эндрю категорически отказал ему.

Тори обхватила себя руками и минуты две безмолвно шла по песку. Потом спросила:

— Это было местью?

— Чем-то в этом роде.

— Должно быть, Эндрю ненавидел своего брата. — Тори зябко повела плечами. — А может быть, он просто стал безразличен ко всему, что было связано с Шотландией.

— Мне неприятно говорить об этом, но это не так.

— Почему вы так думаете?

— После того как Эндрю отказал Ангусу, тот предпринял отчаянный шаг. Он выставил на аукцион значительное количество фамильных ценностей: картины, мебель, ювелирные украшения, серебряную посуду и даже несколько предметов, имевших историческую ценность. Все это передавалось от отца к сыну в течение многих поколений.

— Я думаю, он был не первым и не последним разорившимся аристократом, которому пришлось расстаться с фамильными ценностями, — холодно бросила Тори.

— Верно.

— Это довольно распространенное явление.

— И здесь вы правы.

Они стояли и молча смотрели, как волны смывают их следы.

— Вы закончили свой рассказ? — спросила девушка.

— Ангус надеялся получить от продажи вещей хорошие деньги. Он назначил дату аукциона и разослал приглашения всем заинтересованным лицам в Англии, Канаде, Америке и даже во Франции. Но никто не приехал. Эндрю позаботился об этом.

— О нет!

— О да! Но это еще не все. Эндрю послал на аукцион несколько человек, которых не знали в лицо ни Ангус, ни его люди. Эти тайные агенты скупили по бессовестно низким ценам все, что там было, и отправили пароходом в Америку.

— Эндрю опустился до низкого обмана.

— Увы, именно так оно и было.

Тори обернулась и посмотрела на видневшийся вдали белый каменный особняк.

— Тогда, наверное, эти вещи могут быть у нас в Сторм-Пойнте.

— Вполне вероятно.

Спустя несколько минут она сказала:

— Их называли баронами-разбойниками. Митчелл сделал вид, что не понимает, о чем речь:

— Кого?

— Так называемых джентльменов, которые сумели сколотить огромные состояния в прошлом столетии. Тогда еще не существовало подоходного налога и никто не проверял, каким способом они заработали деньги. Эти люди жили как настоящие короли.

— Да, я слышал об этом, — безразлично заметил он.

— Моя прапрабабушка, Энн, тратила по триста-четыреста тысяч долларов только на летние развлечения в Ньюпорте, не считая тех денег, которые уходили на приобретение новых платьев и драгоценностей. А каких средств стоило содержать дом на Пятой авеню в Нью-Йорке! Там есть одна комната, весь интерьер которой был вывезен из Флоренции, — это обошлось семье в шестьдесят тысяч долларов. Я своими глазами видела записи в семейных архивах. Шестьдесят тысяч долларов были огромной суммой в то время, Митчелл. На эти деньги можно было купить три десятка обычных домов среднего размера. — Несколько минут девушка молчала. Потом тихо спросила: — Вы приехали требовать реституции?