Лана Балашина - Еще раз про любовь, деньги и женское счастье

Лина вздохнула:

— А уезжали мы так стремительно, что о тайнике и не вспомнили. Жалко ужасно бабушкиных вещичек, у нее много всякого интересного было. Ее девичьи альбомы, старинные открытки, кружевные платочки.

Алексей достал из кармана бумажник, открыл боковое отделение и извлек оттуда небольшую темную металлическую пластинку на длинной цепочке. Он протянул ее девочкам и спросил:

— Не узнаете?

Ася близоруко поднесла пластинку к глазам, не веря себе, протянула ее Лине, и обе они завопили:

— Откуда она у тебя?!

Алексей задумчиво произнес, глядя на Лину:

— Вот тебе и теория вероятности, — он потянулся за сигаретой и продолжил: — В 94-м году я провел в вашей детской рождественскую ночь.

Ася сказала:

— Мы уехали еще в 92-м. Квартира была пустая?

Тут я прикинул кое-что и спросил:

— Так ты штурмовал Грозный той зимой?

Он с досадой отмахнулся:

— Ничего я не штурмовал. Парень, которому я не мог отказать, попросил меня вытащить оттуда двух человек. Мы с группой федеральных войск пробились в центр, а к самому дому подойти не могли, в угловой комнате на втором этаже пулеметное гнездо было, все очень хорошо простреливалось. Сняли мы его все-таки, а выйти уже не смогли, почти сутки в той комнате и просидели. Парень, что с нами был, нашел этот ваш тайник, окно для пулемета расширяли, и кусок стены обвалился. Он тоже думал, что там драгоценности, а потом бросил. А я от безделья присмотрелся, вижу, икона, просто серебро сильно окислилось, но лик четко просматривался, он перламутром выложен, я пожалел ее оставить в брошенном доме, сунул в нагрудный карман. А когда уже вышли мы оттуда через самое не хочу, я и вовсе с ней расставаться не стал.

Он встал и притянул к себе Лину:

— Бабушка твоя, часом, не колдунья была? С той ночи жизнь у меня другая пошла.

Лина протянула ему иконку:

— Спрячь, пусть у тебя и остается.

Она помолчала, а потом заплакала:

— Ася, это мне бабушка Алексея у Божьей Матери вымолила.

Теперь и у Аси глаза наполнились слезами.

Мы с Лешкой переглянулись, и я взмолился:

— Девочки, кончайте сырость разводить. Сейчас люди подумают, что мы вас обижаем. Радоваться надо, все живы, здоровы, сидим, отдыхаем, пиво пьем. И вообще, Алексей не такой уж и подарок, чтобы его Божья Матерь прислала.

Алексей развел руками:

— Ну вот, начал во здравие, а кончил за упокой.

Тут я вспомнил, что нам надо добраться до стадиона. Я сам с ребятами поехал в автобусе, который за нами прислали, а Алексей забрал девушек и Марету в машину, и они двинулись за нами.

Они устроились на трибунах, а мы переоделись в автобусе, и игра началась. Город против нас выставил сборную команду из состава работников правоохранительных и контролирующих органов. Ребята честно предупредили, что часто играют в таком составе и команда у них сыгранная. Познакомились мы с ними на стрельбище, где мои ребята не посрамили честь бывших боевых офицеров. Тогда-то начальник райотдела милиции, присутствовавший на стрельбе, нам и предложил встретиться на футбольном поле, мол, там посмотрим на вашу подготовку.

Первая половина игры прошла с ничейным счетом 1:1. В перерыве к нам спустился Алексей и дал несколько очень дельных советов. Он еще в училище играл в команде, и как я забыл об этом? В результате мы дожали и забили второй гол.

Надо отдать должное хозяевам поля: ребята, хоть и расстроились из-за поражения, но признали нашу хорошую тактику. Их капитан сказал, что хоть сейчас готов взять нас на службу. Мои ребята только отрицательно головами замотали: у каждого в жизни была своя служба, своя личная война. У нас все люди проверенные, спрос большой, но и платят хорошо.

После душа мы переоделись, и хозяева пригласили отметить знакомство в приморском кафе недалеко от стадиона. Там нас уже ждали, кипел огромный котел бараньей шурпы, жарился шашлык. Мужики вынесли из автобуса ящики с водкой, пиво.

Общих тем у нас сколько угодно, да и общих знакомых тоже, если поискать, найдешь. Алексей о чем-то разговорился с начальником райотдела милиции, Сергеем Павловым. Раньше он работал начальником спецподразделения, а год назад его повысили. Я подошел к ним. Оказалось, что его родной брат служил с Алексеем, сейчас живет и работает в Одинцово, это почти Москва. Он принес из машины ежедневник и стал искать адрес брата, и тут я увидел, что Алексей замер.

— Что за мужик? — медленно спросил он, глядя на фотографию, выпавшую из записной книжки.

— А, этот? В розыске он. Знакомый, что ли, или видел где? — цепко глянул полковник.

Алексей неохотно сказал:

— Вроде знакомый. А видел недавно, в ресторане «Ямал». Скажи, в чем дело?

Полковник нахмурился:

—  В «Ямале» его давно нет. Ушел он оттуда, то ли уехал, то ли залег где-то. А сигнал поступил, что партия оружия отсюда должна уйти в какую-то арабскую страну.

— Он-то вроде не араб.

— Тут и до Чечни недалеко, а может и в Грузии кому-то оружие нужно. Деньги, особенно американские, национальности не имеют. Для них это просто бизнес, как мандаринами раньше торговали, так сейчас оружием и наркотиками.

Он протянул Алексею бумажку с адресом брата, Алексей попросил:

— Черкни заодно и свой телефон, я еще до воскресенья тут буду. Если что, отзвонюсь.

Сергей записал сотовый и рабочий телефон, заколебался на секунду и все-таки попросил Алексея:

— Ты только самодеятельностью не занимайся. Люди они серьезные, а я смотрю, ты на брата моего похож, тому тоже кажется, что все правительство куплено и только он стоит на страже порядка. У других тоже и сердце есть, и совесть.

На площадке Ася, Лина и Сашка Мелкумов танцевали что-то восточное. Все собрались вокруг и одобрительно хлопали танцующим. Мы присоединились к зрителям. Сашка был так сокрушительно хорош в роли хозяина гарема, что из всех углов ресторана набежали очаровательные курортницы.

Я объявил:

— Все, мужики! Дальше без нас.

В связи с поздним временем Лина и Алексей не стали подниматься. Марета уже в машине уснула, и я взял ее на руки. Мы распрощались. В последнюю минуту мне показалось, что Алексей что-то хочет мне сказать, но тут Лина уселась в машину, и они уехали.

В номере мы не зажигали свет. Я отнес Марету в спальню, и Ася сняла с нее кроссовки и джинсы, стянула джемпер. Марета только вздохнула во сне.

Я потянул Асю за руку, и мы вышли. Сразу за дверью я начал целовать ее. Губы ее пахли шоколадной конфетой, которую они с Линкой съели в машине. Я заводился все сильнее. Ася неожиданно попросила:

— Подожди. Давай выпьем шампанского, что ли.

Я отстранился и почувствовал, что она дрожит в моих руках.