Филлис Уитни - Колумбелла

— Налей, пожалуйста, Джессике фруктового сока, Эдит! Разумеется, с девочкой нужно заниматься, но позже. Сейчас же занятия не более чем предлог. Важно подружиться с моей внучкой и, если возможно, несколько отдалить ее от матери.

Я взяла стакан холодного сока, который налила мне Эдит, отхлебнула его, ощущая резкий привкус лимона, и ответила:

— Знаете ли, я не сильна в психологии. Конечно, мой отец преподавал психологию, но я всего-навсего учительница!

— Ерунда! — Миссис Хампден указала на меня веером. — Вы умны, у вас есть способности! Джанет говорит, что вы изучаете общественные науки, а это дает широкий кругозор. Мне нужен человек, любящий детей, имеющий опыт работы с ними и обладающий здравым смыслом. Вы квалифицированный преподаватель. Лейла не может не полюбить вас. Кроме того, ей нужен старший друг, который не принадлежит к ее семье. А уроки могут и подождать!

Эдит налила себе кофе и, сделав долгий, жадный глоток, неодобрительно прищелкнула языком.

— Весь этот план смехотворен! Никто не остановит Кэтрин, пока Лейла здесь. Ты хватаешься за последнюю соломинку, мама, и я уверена, что мисс Аббот должна это понять!

Я слегка улыбнулась.

— Последняя соломинка и слабый тростник! — согласилась я. — Но что вы хотите этим сказать? От чего я должна остановить миссис Дру?

Миссис Хампден очень быстро замахала веером, а ее дочь начала пристально рассматривать свои руки. Молчание длилось довольно долго. Эдит уже засунула руки в. карманы халата, когда, наконец, старушка заговорила мягче, чем я ожидала:

— Кэтрин была веселым очаровательным ребенком, хоть и немного своенравным. Да, она была упряма, как и я. В ней были некоторые черты дриады! Черты феи, присущие каждой из нас!

— Я помню, какой была моя сестра! — нетерпеливо вмещалась Эдит. В ней было столько же от феи, сколько и от домового! Она была изначально порочным человеком!

Мод помотала головой:

— Дети не рождаются испорченными! Она была красавицей, любимицей отца, вероятно, в этом и заключалась проблема!

Предавшись воспоминаниям, старушка закрыла глаза и не видела лица старшей дочери, которая никогда не была ни красавицей, ни чьей-либо любимицей.

— Ты вырастила ее так, что она других людей в грош не ставит, — с горечью произнесла Эдит. — Теперь она разрушает все, к чему прикасается!

Мод поерзала в шезлонге, похлопывая веером по руке.

— Прошу тебя, Эдит, давай сохраним хоть немного гордости. Джессика подумает…

— Мисс Аббот вряд ли можно назвать обычной гостьей, — возразила Эдит. — Если она останется здесь, пусть знает, что ее ждет!

Миссис Хампден опять закрыла глаза и уронила растрепанную ветром седую голову на подушки.

— Я все время забываю, что гордость имени, гордость семьи стали в наши дни старомодным явлением. А было время, когда для нас всех эти понятия много значили! Во времена моей молодости.

Эдит сжала губы и промолчала. Взяв со стола пустой стакан, она принялась вертеть его между ладонями; казалось, ей удавалось сохранять молчание только тогда, когда ее пальцы были чем-то заняты или спрятаны.

И тут мы услышали звук машины, подъезжающей к дальней стороне дома. Мод и Эдит внимательно посмотрели друг на друга.

— Это не машина Кэтрин, — заявила Эдит.

Мать протянула руку, и дочь помогла ей подняться с шезлонга. Встав, Мод снова превратилась в решительную женщину, с которой я познакомилась накануне. Уверенной походкой она пошла по галерее, а мы с Эдит дотрусили за ней и остановились там, откуда были видны гаражи и открытая автостоянка.

Там стояла та же самая машина с откидным верхом, которую я видела вечером. Из нее вышел Майк О'Нил и стал ее обходить. Но, не дожидаясь, когда он ей поможет, Лейла соскользнула с сиденья, показав длинные стройные ножки в голубых бермудах.

— В его брата Стива она влюблена, — пробормотала Эдит, стоящая возле меня.

— Спасибо, Майк! — крикнула Лейла и помахала ему рукой, когда он снова сел в машину.

Юноша отъехал, а она пошла к дому со свертком под мышкой и, глянув наверх, увидела, что мы наблюдаем за ней с галереи.

— Здравствуй, дорогая! — крикнула Мод. — Купила платье для вечеринки?

Посмотрев на нас, Лейла тотчас же насторожилась. Я понимаю, как мы, должно быть, выглядели в ее глазах — три взрослые женщины, бросившиеся к задней части дома, чтобы увидеть, с кем она приехала домой, и пуститься в унизительные расспросы;

— Подойди, покажи нам, Лейла, — произнесла ее бабушка привычным командным тоном.

С мгновение девочка холодно смотрела на нас, потом пожала плечами.

— Хорошо! — крикнула она и исчезла в доме.

Мы уже вновь сидели в наших креслах, когда она присоединилась к нам, принеся с собой сверток.

— Кэти еще не вернулась? — тотчас же спросила девочка, словно это интересовало ее больше всего.

— Нет, не вернулась, — ответила Эдит. — А почему не она привезла тебя? Куда она отправилась? Где ты встретилась с Майком?

— Да оставьте меня в покое! — воскликнула Лейла и, скрестив ноги, опустилась на пол рядом с бабушкиным шезлонгом. — Что это — допрос с пристрастием?

— Где Стив? — спросила Мод, проигнорировав раздражение Лейлы. — Кэтрин уехала с ним?

Лейла наклонила голову и принялась разворачивать покупку.

— Думаю, он был где-то поблизости, — небрежно, причем слишком небрежно, произнесла она. — Он обычно оказывается где-нибудь поблизости, если не уходит на катере. А с Майком я встретилась в городе, и он вызвался отвезти меня домой. Кэти же, наверное, отправилась развлекаться. Куда именно, не сказала.

Она говорила быстро и гладко, словно заранее отрепетировав речь. Тем не менее, я надеялась, что остальные не станут при мне заострять внимание на столь щекотливом обстоятельстве.

Может, Эдит и хотела этого, но Мод Хампден останавливал здравый смысл, и она предприняла более безопасную атаку.

— Ты же знаешь, что я не терплю, когда кто-нибудь из вас отправляется из дому в этих штанах! — сказала она. — Если ты идешь на пляж или кататься на катере, это другое дело! Но по магазинам — такого я не понимаю! — Она повернулась ко мне: — Здесь континенталов, как вас принято у нас называть, просто терпят. У коренных жителей Виргинских островов свои традиции, и мы обязаны их соблюдать, Они должны быть и нашими традициями. Я это одобряю. В Штатах дневная одежда стала слишком небрежной!

Лейла немного повеселела от этой незлобивой критики и, не обращая на нее никакого внимания, достала покупку. В каждой руке у нее оказалось по платью, похожих друг на друга как две капли воды. При виде огненно-красного цвета у Мод перехватило дыхание.