Кей Хупер - Две женщины и мужчина

Прежде чем Фейт успела задать следующий вопрос, Кейн снова обратился к другу, и она сразу забыла о «детекторе чепухи»:

— Должно быть, это Дайна.

— Кто знает? — возразил Бишоп. — Дело может быть и в самой Фейт. Выходя из комы, люди иногда приобретают новые, сверхъестественные способности.

— Возможно, но мы знаем, что Дайна — экстрасенс.

— Мы-то знаем. — Бишоп говорил тоном человека, не желавшего возбуждать в собеседнике ложные надежды. — Но ее способности действовали в ином направлении, Кейн. Дайна не была телепатом и не могла проникать в чужие мысли. Она умела предвидеть будущие события и подстраиваться к ним — скажем, играя в карты, — но и то не на сто процентов. Возможно, она могла предсказать, что сейчас позвонит телефон, и даже угадать, кто именно позвонит, но она не могла проектировать воспоминания в чужой ум. Такое недоступно самому способному экстрасенсу.

— Если речь шла о жизни и смерти, Дайна смогла бы этого добиться, Ной, — убежденно произнес Кейн.

— Все не так просто. Возможности экстрасенсов имеют свои пределы, Кейн. Провидец не становится телепатом. Ни один экстрасенс не обладает способностями, о которых ты говоришь.

Прислушиваясь к разговору, Фейт начинала понимать, что собой представляет «детектор чепухи» Бишопа.

— Тогда объясни мне, откуда берутся воспоминания Фейт. Либо их перекачивает ей Дайна, либо каким-то образом к ним подключается сама Фейт. Но в любом случае это означает, что Дайна жива, Ной! Жива! — В его голосе звучало торжество.

В этот момент Фейт осознала, что в глубине души Кейн не сомневался в гибели Дайны, и ненавидела себя за то, что подала ему надежду.

Последовала краткая пауза.

— Дайна часто посещала Фейт в больнице, — неохотно заговорил Бишоп. — Сидела у ее кровати, читала ей вслух, разговаривала с ней часами. Мы не можем отвергать возможность, что она достаточно подробно говорила о своем прошлом, чтобы эти образы запечатлелись в уме Фейт, хотя она и была без сознания.

— Но…

— Кейн, возможно, Дайна каким-то образом передает эти образы Фейт. Возможно, Фейт вышла из комы благодаря паранормальным способностям, которые, вкупе с их дружбой, помогают ей телепатически связываться с Дайной. Но наиболее вероятное объяснение состоит в том, что подсознание Фейт необычайно подробно и четко запечатлевало все, что говорила ей Дайна.

Кейн покачал головой и открыл рот, собираясь возразить, но Бишоп быстро продолжал:

— Все эти сцены — из прошлого, Кейн. Если бы Дайна могла контактировать с Фейт, тебе не кажется, что она бы попыталась сообщить о своем нынешнем местопребывании?

Кейн сразу приуныл, но продолжал цепляться за поданную ему надежду.

— Дайна не стала бы рассказывать о шраме, черт возьми! Откуда же Фейт тогда про него знает?

— Возможно, пытаясь выйти из комы, Фейт, благодаря неизвестному ей самой дару, телепатически проникла в мозг Дайны, получив таким образом эти сведения.

— Возможно! — с горечью повторил Кейн. — Все возможно, кроме того, что Дайна еще жива. Ты это стараешься мне внушить?

— Я стараюсь внушить тебе, что нам не следует принимать все за чистую монету. — Помолчав, он добавил: — По-твоему, Кейн, я не хочу, чтобы Дайна оказалась жива?

Молча наблюдавшая за ними Фейт с тоской подумала, что Дайна Лейтон, очевидно, была замечательной женщиной, если вдохновляла этих людей на столь сильные эмоции.

Ей не хотелось вмешиваться в такой напряженный момент, но она понимала, что должна это сделать.

— Есть… еще кое-что, — сказала Фейт, изо всех сил стараясь говорить спокойно.

Кейн медленно обернулся, словно для этого требовалось сверхчеловеческое усилие. Его лицо было бледным, а глаза потемнели.

— О чем вы?

Голос Фейт дрогнул:

— Именно это… заставило меня прийти к вам. Сегодня днем я заснула и… видела еще один сон. Вы в нем не фигурировали — только Дайна. По-моему, это происходило в подвале или на складе. Стены были из цементных блоков и казались старыми и сырыми. Там было холодно.

— Ну и что же там происходило? — резко осведомился Бишоп.

Фейт поежилась — ей очень не хотелось продолжать, но выхода не было.

— Дайна сидела на стуле, очевидно, привязанная к нему. Она едва могла шевелиться. В помещении находились другие люди, и Дайна это знала. Кто-то молча наблюдал за ней, стоя в тени или вне ее поля зрения. Другой человек задавал ей вопросы. Я не видела его лица и не помню, о чем он спрашивал. У меня шумело в ушах, и я плохо слышала. Знаю только, что он… бил ее. Снова и снова. — Хотя Фейт не прикасалась к Кейну, она явственно ощутила, как напряглись его мышцы, и быстро закончила: — Потом все потемнело, и я проснулась.

— Значит, ее пытали? — спросил Бишоп.

— Думаю, что да. Даже уверена. Все выглядело до ужаса реально. Они хотели, чтобы Дайна сообщила им что-то, но она этого не сделала… — Фейт судорожно сглотнула. — Это продолжалось долго — вопросы и… пытки. Я ощущала ее боль, чувствовала, как она измучена…

Кейн смотрел на нее с видом человека, получившего смертельный удар. В этот момент Фейт было куда легче выдерживать ледяной взгляд Бишопа.

— Возможно, — заметил он, — вся сцена заимствована из какого-нибудь боевика или прочитанной вами книги.

Фейт покачала головой:

— Вы не понимаете. Я не наблюдала со стороны, а была там. Я была Дайной — находилась внутри ее тела. Я чувствовала ее боль, ее страх… и ее решимость. — Она вскинула подбородок и встретилась взглядом с Бишопом. — В одном я абсолютно уверена: Дайна не рассказывает им того, что они хотят знать, потому что кого-то защищает или думает, что защищает. Для нее это важнее собственной жизни.

— И все это происходит теперь?

Ее уверенность поколебалась.

— Я… я не знаю. Это было невозможно определить.

— И у вас нет никаких предположений насчет того, где находится этот подвал или склад?

— Нет. Я видела только помещение. Если Дайна знала, где находится, то в тот момент она об этом не думала. — Фейт добавила с отчаянием в голосе: — Я хочу помочь ей! Вы должны мне верить!

— Почему? — бесстрастно осведомился Бишоп.

Глаза Фейт обожгли слезы, но она твердо решила не давать им воли в присутствии этих людей.

— Потому что она моя подруга. Потому что она столько сделала, чтобы моя жизнь вернулась в обычную колею, когда я приду в себя. И потому что она… все, что у меня есть.

— Ну что ж, это веская причина для того, чтобы помогать нам найти Дайну, — кивнул Бишоп, наблюдая за ней. — К тому же вы должны быть ей благодарны за то, что она истратила на вас полмиллиона.

Фейт покачала головой:

— Не совсем так. По словам адвоката, основанный ею трастовый фонд составляет чуть более двухсот тысяч. Еще пятьдесят тысяч поступили на мой банковский счет. Но Дайна оплатила мои долги и больничные счета, и я понятия не имею, во сколько это ей обошлось.