Укроти моего зверя - Дия Василькова

Как-то не клеится образ Сергея с простым водилой.

— Я поеду к Антону Андреевичу, — повторила Анна.

— Хорошо, но у меня есть дело, часик прокатимся, я слишком долго ждал, не успел выполнить поручение шефа. Дома тебя всё равно никто не ждёт!

— Хорошо, но только если расскажешь о себе, — вдруг сказала Анна и села на сидение рядом с водителем.

Он внимательно посмотрел на девушку, слишком внимательно. Аня хорошо знает такой взгляд, колючий и пронзительный. Так мама смотрела, когда затевала очередную истерику, искала повод, хоть какую-то зацепку в дочери. И как только находила, тут же начинала ругать. Сергей, казалось, пытался понять стоимость Ани. Он также в курсе последних событий, но без подробностей. Он всё ещё думает, что эта пигалица, в старом серебристом пуховике с плеча Ангелы, дочка Ермака.

Аня поджала губы и села прямо, положив руку на ручку, понимая, что замок со стороны Сергея. Интуиция девочку ни разу не подводила. С этим мужчиной у неё сейчас начнутся неприятности.

— Мне нечего особо рассказывать, недавно переехал в Москву, устроился к Назару Палычу, вот вожу его сотрудников и тебя.

— Понятно.

— А ты?

— Что я? — Аня снова посмотрела на водителя.

— Не получилось семенной идиллии с громилой?

— Почему это?

— Ну ты сбежала, он волновался, места себе не находил.

— Бабушка заболела, пришлось экстренно уехать, но я же вернулась, так что всё у меня с ним хорошо. А у тебя семья есть? Женщина?

— Нет, сейчас никого, ты что так смотришь, хочешь со мной замутить?

— С тобой? Чтобы тебе мой папа и Назар Павлович голову открутили?

— А ты дерзкая, люблю таких.

— Ты посмотрел на меня, словно оценивал?

Сергей, находясь в равномерном потоке машин, повернул голову и снова долго изучал девушку, потом опомнился, почесал нос, посмотрел в окно заднего вида. Странно, обычно он двигается медленно, но чётко, как замёрзшая змея, а тут засуетился.

— Останови, я на такси поеду.

— Подожди, не глупи, меня премии лишат, Новый год на носу, всё приехали, сейчас проверю одного родственника и сразу отвезу к папику.

Он припарковался, тут же к ним в машину подсел странный тип, очень похожий на гопника, из тех, кто когда-то загнали Аню в машину к Назару.

— Сиди девочка, не рыпайся. Сейчас шеф сходит, проведает сестру и отвезёт нас по хатам.

Аня промолчала. Посмотрела, куда зашёл Сергей, на телефоне включила геолокацию и нашла адрес, где они сейчас стоят. Не забыть бы.

— Ты что делаешь, сучка! Дай сюда телефон! — гопник, с заднего сидения накинулся на Аню, вырвал телефон, а её со всей силы ударил по лицу.

Она начала неистово сопротивляться, царапалась как кошка, попадись его горло, она бы впилась в него зубами. Но этот урод сидел сзади и имел явное преимущество, он обхватил её лицо и начал душить прокуренными руками. Не за шею, боясь сломать, а нос и рот, Аня сопротивлялась долго, но всё же поникла.

— Ты сука, что сделал? Она дочка Ермака, ты её убил. Этот урод зарежет нас медленно и псам Назара скормит.

— Не ссы, придушил. Оклемается. Но она начала вычислять нас. Работу провалим, нас сам шеф порежет. Ермаку в любом случае не жить, мне его заказали. Девку я возьму на себя. Тут в двух кварталах моя тачка спрятана, свяжем сучку и отвезу корешам на неделю, когда всё закончится двух тёлок, отпустим, ну или эту я себе возьму, люблю таких дерзких, красивая, как с открытки.

— Дебил, на неё уже очередь. Таких многие любят. Ладно увози её на хрен. Не трахать, сам убью за неё!

— Понял, себе решил оставить?

— Да, себе! Не зли, сука!

Глава 11. Выжить в аду

Аня очнулась в какой-то лачуге. Очень холодно и вонь такая, что её чуть не вырвало. Осмотрелась.

Вроде бы это деревенский дом или заброшенная дача. Она лежит на топчане, укрытая старыми ватными одеялами, от которых пахло плесенью, мочой, кошками и дерьмом. Её одежда целая. Руки связаны, но не туго и спереди. Ноги тоже связаны символически. Или у похитителя нет опыта, или отсюда бесполезно бежать и им просто лень было её развязывать, оставили как есть, пусть сама о себе позаботится.

На помощь лучше не звать. Надо выяснить, кто там разговаривает в другой комнате. Говор, как у алкашей, бессмысленные и несвязные фразы.

Дверь открылась. Аня притворилась, что всё ещё без сознания.

— Спит ещё твоя девка. Мишань, ты нам пожрать привёз? Мы уже всё выпили, съели. Она очнётся, тоже надо покормить.

В её «темницу» вошли двое. Один тот самый молодой, который её придушил. Второй постарше.

— Ведро ей в угол поставьте, в туалет не выпускать. Салфетки, бутыль воды для неё и йогурт, очнётся, отдадите.

Он откапал девушку из вонючих одеял и разрезал ножом путы на ногах.

— Ну что, красавица. Наше дело подходит к концу. Скоро сестра твоя вернётся домой, выкуп за неё выплатят. За тебя Ермак должен застрелиться, кровный должок у него, если сдрейфит, то я ему помогу. Вот такие расценки. А ты достанешься мне.

Мужчина просунул ледяную руку ей под рубашку и больно сдавил грудь.

— Сейчас бы тебя отымел. Но приказано подождать. Серый тебя хочет. Есть же такие бабы, как принцессы, — он не удержался и чмокнул её в щёку.

Аня даже не пошевелилась.

Прошло два или три дня. Ей приносили еду, пару перемороженных йогуртов утром и вечером, один из алкашей выносил туалетное ведро на улицу. В большой комнате гудело нескончаемое веселье. Приходили