Норма Бейшир - Время легенд

Линд разглядывал зал, пока его вели к столику сенатора. Он заметил трех сенаторов, двух членов Верховного Суда, членов Кабинета министров и несколько крупнейших промышленников, чьи корпорации сетью раскинулись по всему миру. В одном из кабинетов сидел помощник президента Трумена с известным вашингтонским обозревателем. «Если Советы вдруг захотели бы уничтожить верхушку власти в нашей стране, — мелькнула дикая мысль в голове Линда, — им было бы достаточно сбросить бомбу сюда».

Он широко улыбнулся вставшему ему навстречу сенатору.

— Хорошо, что ты быстро согласился встретиться со мной, Джим, — сказал сенатор, когда они уселись. — Я боялся, что у тебя окажутся более важные дела.

— Вообще-то, я редко хожу днем обедать, — признался Линд. — Дел всегда так много, а времени так мало!

— Тебе нравится правительственная служба? — спросил Колби. — Тебе не хотелось бы переключиться на что-то другое?

Какое-то мгновение Линд изучал его.

— Я не очень-то задумывался над этим, — осторожно начал он. — После войны я искал работу, мне предложили эту…

— А ты бы смог отказаться от нее, если бы тебе предложили кое-что получше? — спросил Колби.

Линд рассмеялся:

— Боюсь, я был бы последним дураком, если бы этого не сделал. — Он усмехнулся. — Но все зависит от предложения.

— Ты согласился бы жить в Нью-Йорке? — продолжал допытываться сенатор.

Линд поколебался и потом прямо спросил:

— Вы предлагаете мне работу, сенатор?

— Возможно.

— Что-то подсказывает мне, — улыбнулся Линд, — что Фрэн рассказала вам о наших планах.

— Да, да, рассказала, — признался сенатор. — Фрэн ведь выросла в Нью-Йорке и так его любит.

— Об этом она часто рассказывает, — кивнул Линд.

— Как ты знаешь, после истечения моего срока в сенате я подаю в отставку, чтобы возглавить фирму отца Коллин. Эта фирма объединяет международные банки, она была основана давно, еще до Великой депрессии.

— И сумела устоять?

— Да, к счастью. — Колби надолго замолчал, вглядываясь в Линда, прежде, чем продолжить. — Мне как раз нужен способный молодой человек, вроде тебя, да и Фрэн будет счастлива, живя в Нью-Йорке рядом с нами.

— Думаю, вместе с Фрэн мы были бы везде счастливы, — улыбнулся Линд.

Колби опять помолчал.

— Надеюсь, что это так, — согласился он наконец, — и все же полагаю, стоит подумать над моим предложением. Для тебя это великолепная возможность сделать карьеру в одной из важнейших сфер. И тогда Фрэн будет по-настоящему счастлива.

— О’кей, — улыбнулся Линд. — Предположим, я принимаю ваше предложение, считая его общим для нас с Фрэн. Теперь расскажите мне, в чем будут состоять мои обязанности, сколько мне будут платить и все такое прочее. А я обговорю это с Фрэн, и мы дадим вам ответ, скажем, в течение недели, идет?

— Идет! — И Колби пустился в объяснения, а с интересом слушавший Линд старался не выказать своего нетерпения.

Он не хотел, чтобы Колби догадался, что он для себя все уже решил.

Глава 4

О помолвке Фрэнсис Колби с Джеймсом Виктором Линдом официально объявили в декабре, перед самым Рождеством. Как и ожидалось, фотографии появились в нью-йоркских и вашингтонских газетах вместе с извещением, что ее свадьба состоится в апреле, в доме Колби в Нью-Йорке, на Лонг-Айленде.

Хотя Линд предпочел бы свадьбу безо всякой помпы, он отдавал себе отчет, что у людей круга Колби скромных свадеб не бывает. Как правило, затеваются грандиозные приготовления, устраиваются пышные празднества с оркестрами, с едой из лучших ресторанов города, толпы подружек невесты, разодетых в самые модные бальные платья и шляпки. У них ведь все самое лучшее, и они приглашают полштата полюбоваться на себя. Разумеется, приходит весь высший свет, а также репортеры светской хроники, словно весь этот шикарный спектакль пропадет даром, если не попадет на газетные полосы. Как будто все время будешь находиться на экране, с неприязнью подумал Линд. Все это было ему неприятно, но он сдерживал себя, понимая, что назад дороги нет.

Линд искусно подогревал в себе интерес, которого ни в малейшей степени не испытывал, и старательно подыгрывал Фрэн, кипевшей предсвадебным энтузиазмом, обсуждал с ней фасон платья, специально придуманного для нее Себастианом, или фарфор и серебро для приданого, выбранные ею. Он ходил с нею на званые обеды, на его взгляд скучные и утомительные, и заставлял себя перекинуться словом-другим с людьми, которых — он не знал и знать не хотел. Никто даже не догадывался, насколько ему было не по себе, так мастерски он играл свою роль. Несколько раз он ездил в Нью-Йорк, встречаясь с членами правления фирмы, выбирая мебель для офиса, в котором не собирался проводить слишком много времени, и вместе с Фрэн заходил в их будущий дом посмотреть, как идет его отделка.

Колби отдавали им старинный особняк в колониальном стиле на берегу Лонг-Айлендского залива, на фешенебельном Саунд-Бич. Это был их свадебный подарок. Линд с Фрэн целый день провели на Манхэттене, выбирая обручальные кольца от Картье, обедая у Лэглона и строя планы, как проведут медовый месяц в Париже.

Вернувшись в Вашингтон, он сопровождал Фрэн в салон Себастиана и вполне толково помогал ей покупать приданое. Он встречался с ее подругами и их мужьями, бывал на вечеринках, специально дававшихся в их честь. Женщины были довольно молоды, более или менее привлекательны, сдержанно-элегантны и очень консервативны. Мужчины походили друг на друга, как братья, будто вылупились из одного яйца, — чисто выбритые, истинные американцы, и будто все, как на подбор, из Лиги Плюща. Некоторым из них, пожалуй, еще рановато бриться, подумал Линд не без сарказма. Ему вспомнилось, как он тоже был таким и как он взбунтовался против их устоев. Ирония судьбы — теперь он женился, чтобы столкнуться с этой жизнью вновь. И, главное, после того, как он здорово потрудился, чтобы из нее вырваться.

Линд стоял у окна и наблюдал за сбивающимися с ног слугами, декораторами и музыкантами. Гости уже прибывали. Из гостиной, которую он временно занимал в поместье Колби, Линд хорошо видел лужайку, на которой должна была состояться брачная церемония и прием. Отвернувшись от окна, он сделал несколько шагов по комнате, вынул из кармана золотое колечко и некоторое время разглядывал его. Обручальное кольцо Фрэн. Линд принялся перебирать причины, по которым он женился на Фрэн. С самого начала их знакомства он сознавал, что поступает безнравственно и нечестно по отношению к Фрэн. Но сейчас он напомнил себе, что, собственно, не он первый и не последний женится по расчету. Он делает всего-навсего то, что необходимо сделать, решил он и опустил кольцо в карман.