Юлия Шилова - Замужем плохо, или Отдам мужа в хорошие руки

Ознакомительный фрагмент

– Ты куда нас привез, дрянь последняя?! Ты, подонок, беспределом занимаешься и думаешь, тебе все всегда с рук сходить будет?! Жаль, что тебя с твоими дружками рядом не положили. По тебе давно плачет братская могила!!!

Откинув меня в сторону, Степан покрутил пальцем у виска и заговорил голосом, говорящим о том, что он находится на грани нервного срыва.

– Успокойся, дура! Сейчас не время для выяснения отношений. Ты посмотри, сколько моих ребят полегло.

– Плевала я на твоих ребят! Не ребята это, а отморозки.

Подойдя к одному из лежащих на полу мертвых мужчин, я несколько раз на него плюнула и с вызовом посмотрела на обезумевшего Степана.

– Видел! Видел, как я на этих сволочей плюю!

Не говоря ни слова, Степан сжал кулаки и побежал в раздевалку. Я посмотрела на все так же трясущуюся то ли от холода, то ли от страха Владку и возбужденно произнесла:

– Быстро одевайся. Уносим отсюда ноги.

– Я, по-моему, воспаление легких схватила, – судорожно произнесла Владка.

– Воспаление легких – это такая ерунда по сравнению с тем, что здесь было. Главное, что ты жива. Одевайся. Нужно уносить отсюда ноги.

Владка судорожно закивала головой и бросилась к своей одежде, которая валялась перед входом в бассейн. В тот момент, когда она принялась одеваться, из раздевалки вышел Степан и направил на меня пистолет.

– Ты что надумал??? – такого поворота событий я ожидала меньше всего.

– Детка, тебе сегодня не повезло. Придется лечь рядом с моими ребятами.

– Степан, да ты что?! – в сердцах прокричала Владка и беспомощно развела руками: – Ребята, да вы что, оба с ума сошли?! Мы же чудом уцелели! Вы что творите! Осталось только друг друга перестрелять. Степа, убери пистолет!

– Убери пистолет, – повторила я следом за Владкой и тут же добавила: – Хватит уже смертей. Хватит.

Не говоря ни слова, Степан подошел к столу, налил себе полный стакан водки и принялся пить ее так, словно он пьет не водку, а сок. Поставив пустой стакан на стол, он посмотрел на нас каким-то отрешенным взглядом и дрожащими руками закурил сигарету.

– Убирайтесь, – бросил он нам и махнул пистолетом в сторону двери. – Убирайтесь, пока я добрый, и забудьте обо всем, что здесь видели. Сейчас здесь ментов будет полная баня.

– Спасибо, – спешно произнесли мы и, взявшись за руки, направились к выходу.

Мы сделали несколько шагов и оглянулись, потому что обе боялись, что Степан выстрелит нам в спину.

– Только не стреляй, – умоляюще произнесла я и на ватных ногах сделала шаг вперед.

– Убирайтесь, пока я не передумал.

Как только мы дошли до двери, то услышали: «Стойте!!!»

Резко остановившись, я почувствовала, как Владка сжала мою окровавленную руку, и ощутила, как ее нервная дрожь передалась мне.

– Влада, оставь мне свой телефон.

– Зачем? – опешила Владка. – Моей маме больше зять не нужен. Я лучше одна поживу.

Но Степан не отреагировал на ее слова и, взяв лежащий на столе мобильный, еле слышно сказал:

– Диктуй, я вбиваю твой номер в свой телефон.

Поняв, что в данной ситуации лучше не задавать лишних вопросов и не перечить, Владка принялась называть первые попавшиеся цифры, дрожа при этом как осиновый лист.

– Я сейчас проверю.

– Что ты проверишь?

– Верный ты мне дала номер или нет.

Не выпуская пистолета из рук, Степан хотел было позвонить по набранному номеру Владке, но та успела его опередить и закричала:

– Степа, я немного ошиблась! Очень сильно разнервничалась и цифры перепутала!

– А больше ты ничего не перепутала?!

– Извини. Сама не знаю, как так вышло. Вбивай новый номер…

Позвонив по продиктованному ему номеру, Степан убедился в том, что во Владкином кармане раздался сигнал мобильного телефона, и сурово сказал:

– Если номер поменяешь, найду – убью. Поняла?

– Поняла, – судорожно закивала головой Владка. – А зачем он тебе?

– Затем, что, быть может, ты мне еще пригодишься.

– В смысле?

– Может случиться так, что мне будет нужно другим ребятам объяснить, почему всех расстреляли, а я один жив остался.

– А я здесь при чем?

– При том, что, может, тебе придется выступить в качестве свидетеля и подтвердить, что мы с тобой остались живы только потому, что я драл тебя в бассейне. Теперь поняла?

– Теперь поняла.

– И еще. Забудьте все, как страшный сон. Если вдруг вздумаете пойти в ментуру и заявить, что вас здесь кто-то типа насиловал, то живыми домой не вернетесь. Это я вам гарантирую. Все понятно?

– Понятно, – хором ответили мы и, не сговариваясь, бросились со всех ног в коридор, а затем вверх по лестнице.

Мы не поднимались, мы действительно бежали вверх по лестнице, падали, сбивали в кровь колени, поднимались и, стиснув зубы, бежали опять. Эта ужасная лестница казалась мне бесконечной. Мне казалось, что смерть бежит за мной по пятам, что она совсем рядом и что сейчас за моей спиной прогремят выстрелы и меня больше не будет. Я никогда не думала о том, как я буду выглядеть мертвой, и, если честно, я никогда даже не пыталась это представить. Максимум, о чем я могла думать, так это о том, что было бы неплохо прожить долгую счастливую жизнь и умереть от старости.

Если мне суждено умереть молодой, то хотелось бы умереть как-то красиво, в какой-нибудь выигрышной позе и без тени страха на лице, а быть может, даже с красивой улыбкой. Споткнувшись об окровавленное тело лежащего на полу охранника, я упала прямо на труп и непроизвольно увлекла за собой Владку.

– О черт!

Меня охватила нервная дрожь, и я попыталась как можно быстрее подняться, потому что боялась того, что в любую минуту меня может настичь пуля, которую выпустит из своего пистолета обезумевший Степан.

Совсем недавно я видела, как же страшно умирают люди. Я видела, как бьет фонтаном кровь, как корчится тот, в кого всадили пулю, как люди сначала теряют сознание, а затем навсегда затихают. Когда ты видишь все это, то начинаешь задыхаться от страха, перед глазами плывут круги и ты теряешь рассудок.

И вот сейчас, несмотря на то что мне уже почти удалось вырваться из лап смерти, мне все равно кажется, что она очень близко: или в меня выстрелит побежавший следом за нами Степан, или вернутся те люди, одного из которых я видела. Он был то ли в какой-то черной шапочке, то ли в маске с прорезями для глаз. От страха, шока и нервного возбуждения я не могла толком ничего разглядеть. Опасаясь самого худшего, я сделала судорожное глотательное движение и попыталась поднять упавшую Владу, ноги которой совершенно ее не слушались.

– Владка, вставай! Вставай!

Конец ознакомительного фрагмента