Дениза Уайт - Между Севером и Югом

— Почему ты до сих пор не женат?.. Впрочем, догадываюсь. Твоя почтенная матушка еще не нашла для тебя подходящей кандидатуры, не так ли?

Притянув Долорес к себе, Джордж поцеловал ее и только потом ответил:

— Вот и не угадала. Моя почтенная матушка так хочет видеть меня женатым, что согласилась бы увидеть в невестках даже медведицу, — с мрачным юмором заявил Джордж. — А ты почему не замужем?

— Муж, вполне возможно, захочет, чтобы я родила ему детей. А это не входит в мои планы, — вздохнула Долорес.

— Ты не любишь детей? — удивился он.

— Очень люблю, но для актрисы кабаре это верный конец карьеры. А ты?

— Что — я?

— Хочешь иметь детей?

— О да! Теперь — да!

— Что значит — теперь?

— Это значит, что за столь короткое время я дважды был на волосок от смерти и понял, что не имею права прерывать ту тоненькую ниточку жизни, которая таится в моих генах.

— Зато я тебя что-то не очень понимаю…

— Ну, представь, если мы с тобой живем здесь и сейчас, то это означает, что миллионы лет назад двое наших предков-мужчин слились в любовном экстазе с двумя женщинами, чтобы передать свои гены потомству. И в конце концов на свет родились я и ты, за что я им премного благодарен. — Тут Джордж ласково коснулся пальцем кончика носа Долорес. — И чтобы не прервалась эта самая завещанная нам ниточка жизни, нам необходимо передать ее дальше. Это ничего, что я так думаю?

— Это прекрасно! — И Долорес пылко поцеловала его в губы. — Я слушала тебя затаив дыхание.

— Мне почему-то кажется, что с тобой невозможно говорить серьезно!

— Ты просто меня плохо знаешь. Сейчас я серьезна, как никогда прежде!

Джордж удивленно посмотрел на красивую молодую женщину и вдруг почувствовал что-то непонятное, ранее неведомое. Какая-то странная, смутная волна словно бы захлестнула его сознание и понесла в глубь и в даль бесконечного времени.

Некогда в микроскопический для Вселенной миг мгновенная вспышка страсти породила столь цепкую искру жизни, что она не только сумела противостоять бешеному ветру перемен, но, набирая силу, привела к тому, что он и сам теперь испытывал необоримое желание продолжить себя в потомстве. Бессмертие заложено в генах. И противостоять неутомимому бегу времени, не чувствовать себя обреченным на смерть можно только в объятиях любимой женщины!..

На следующее утро их ждал приятный сюрприз. Все аргентинские газеты вышли под кричащими заголовками: «Наконец-то раскрыта тайна могущественного преступною синдиката!», «Битва в непроходимой сельве между преступниками и полицией! Большие потери с обеих сторон. Часть преступников скрылась в сельве!», «Преступниками взорван древний индейский храм, под которым оказалась погребена тайная лаборатория по производству наркотиков!», «Долгожданный арест главаря аргентинской мафии сеньора Доменико!» и тому подобное.

— Ну что ж, — сказал Джордж, внимательно прочитав все сообщения, — кажется, теперь мы можем больше не опасаться за свою безопасность. И я готов оставить тебя здесь и вернуться домой, но лишь с одним непременным условием: в самое ближайшее время ты прилетишь в Оттаву, где я познакомлю тебя с матерью.

— Ты так часто об этом говоришь, — ответила сияющая от счастья Долорес, — что теперь я начинаю бояться встречи с почтенной сеньорой Буффон даже больше, чем до этого боялась новой встречи с сеньором Доменико!

— Какие глупости! Моя мать — чудесная женщина, и я не сомневаюсь, что ты ей очень понравишься, — заверил Джордж, пылко целуя возлюбленную.

6

— Итак, вы утверждаете, что у вас пропала дочь? — сухо спросил глава сыскного агентства «Глаза и уши», отводя собственные глаза в сторону, чтобы не встречаться с требовательным взглядом мисс Элизабет Эванс.

Эта пятидесятилетняя, модно одетая дама сидела напротив него и нетерпеливо постукивали идеально наманикюренными ноготками по столу. Разговор происходил в рабочем кабинете Найджела Гудвина, щедро украшенном плакатами с самыми экзотическими видами Латинской Америки, привезенными его помощником из Аргентины. Сам Джордж примостился на подоконнике и внимательно наблюдал за обоими собеседниками.

— Ну и как же это случилось? — продолжал лучший сыщик Канады. — Будьте любезны, расскажите подробнее.

— Неделю назад она ушла из дому, не оставив никакой записки, — страдальческим тоном произнесла мисс Эванс. — И до сих пор не появилась.

— А почему вы решили заявить об этом только сейчас и обратились к нам, а не в полицию?

— Кэтлин и раньше могла исчезнуть дня на два, на три, но сейчас я чувствую, что с ней что-то случилось. Знаете, материнское сердце не обманешь! А обратилась я к вам потому, что верю: только вы, дорогой мистер Гудвин, сможете вернуть мне мою дочь! — Последняя фраза была произнесена с таким мелодраматическим надрывом, что сыщик поморщился и взглянул на своего помощника.

— Ладно, ладно… Начнем по порядку. Сколько лет вашей дочери?

— Д-двадцать.

— Она носит вашу фамилию или фамилию вашего бывшего мужа?

— У меня никогда не было мужа, — многозначительно произнесла мисс Эванс. — Моя дорогая Кэтлин — плод свободной любви двух творческих людей, брошенных в объятия друг друга внезапно вспыхнувшей страстью под влиянием чудовищного буйства феромонов…

— О феромонах потом. Попросту говоря, ваша дочь — внебрачный ребенок?

— Да. Знаете, мистер Гудвин, я давно поняла великую истину, сделав ее эпиграфом к одному из своих ранних романов: в молодости мы совершаем ошибки от недостатка опыта, в зрелости — от недостатка ума…

— А в старости от избытка того и другого, — сердито прервал ее Найджел. — Скажите лучше, кто ее отец. Только не говорите, что это страшный негодяй, о котором вы не желаете вспоминать, — поспешно добавил проницательный сыщик, заметив неприязненное выражение, промелькнувшее на лице собеседницы. — Коротко и ясно: где живет, имя-фамилия, чем занимается.

— Филип Чилтон, свободный художник. Где нынче живет, не знаю.

— А где живет ваша дочь? С вами или с отцом?

— Я снимала ей квартиру. Но как только истек срок аренды, она оттуда исчезла, — сообщила мисс Эванс. — Хозяйка квартиры уже сдала ее другим постояльцам, так что что-либо искать там теперь бесполезно.

— Минуточку! Вы же сказали, что дочь ушла из дому, не оставив записки?

— Ну да, из той самой квартиры, — пояснила мисс Эванс. — Что тут удивительного?

— Несколько странные отношения между хозяйкой квартиры и молодой девушкой, хотя это и не мое дело, — заметил Найджел. — У вас есть ее фотография?