Мой босс Дьявол! - Сабина Реймс

class="p1">— Покажи мне. — Я провожу ногтями по его груди, оставляя следы. — Покажи, с чем мне придется жить всю оставшуюся жизнь.

Когда Ричард понимает смысл моих слов, он свирепо стонет, и его рот прижимается к моему, его язык проникает между моих губ. Я ожидаю, что он ворвется в меня одним движением, но он этого не делает. Вместо этого он хватает меня за лодыжку и переворачивает на живот, а затем грубо приподнимает меня за бедра и прижимает свой кончик к моему входу.

Я замираю, предвкушение напрягает мое тело.

— Расслабься. — Приказывает он и шлепает меня по ягодице.

Это отвлекает, и я вскрикиваю, когда он подается вперед, его член входит во всю длину.

— Блять. — Ричард хрипит между стиснутыми зубами. — Ты такая тугая, любимая.

От неожиданного ласкового слова меня пробирает дрожь, а между ног всё пульсирует. Это не похоже на то, когда он называет меня «мышка», которое он иногда использует как способ подкрепления своих угроз. Это граничит с любовью.

Мои мышцы расслабляются настолько, что он начинает активно двигаться. Я так полна. Мои стенки так плотно обхватывают его член, что я чувствую его повсюду. Он снова шлепает меня одной рукой, а другую держит на моем плече, чтобы направлять себя внутрь жестче.

— Скажи мне то, что я хочу услышать.

Его пальцы начинают играть с моим клитором, и мои глаза закатываются. В нем есть и боль, и наслаждение, и полнота, которую я даже не могу описать. Его член такой толстый, что обжигает. Он останавливается, я хочу плакать и просить, чтобы он продолжал, но моя личная дьявольская натура не может успокоиться, чтобы не довести его до точки.

— Ты сама напросилась.

Он вынимает член так, что внутри меня остается только головка, и снова вводит его с такой силой, что я чуть не падаю с кровати. Снова выходит и так же грубо входит. Его рука дважды опускается на мою задницу, прежде чем зацепиться за мои волосы и потянуть меня за них, удерживая в вертикальном положении. Я стою на руках и коленях, спина и голова выгнуты дугой, и он начинает входить в меня, на этот раз в бешеном темпе.

Он жесток со мной, как и обещал, и мне это нравится. Мне нравится каждый грязный, грубый момент. Ощущение его разъяренных пальцев в моих волосах и на моей болезненной заднице. Как я вытягиваюсь вокруг него. Как он входит в меня. Уверена, что завтра я не смогу сидеть.

— Ричард. — Я слышу, как я стону его имя, задыхаясь, как будто вне тела.

Его рот приближается к моему уху, губы и дыхание жарко касаются моей шеи, когда он произносит грязные слова.

— Ты слышишь это? Ты, блять, вся мокрая.

Мое лицо пылает, когда я понимаю, что единственным звуком в комнате, кроме наших стонов, является звук его бедер, шлепающих по

моему влажному центру. От осознания этого я непроизвольно выгибаюсь, мои стенки сжимаются вокруг него.

— Блять. Вот так. — Ричард наклоняет мою голову в сторону и кусает за шею. Я взвизгиваю и снова сжимаюсь вокруг него. — Тебе нравится это, да? Когда я так груб с тобой?

— Да, нравится. — В моих словах чувствуется легкая дрожь. Я не знаю, от чего это происходит — от эмоций или от того, что он вбивается в меня так сильно, что это вызывает заикание.

— Никто никогда не даст тебе того же, любимая. — Его голос темный. Хриплый. Довольный.

— Покажи, на что ты еще способен. — Говорю со стоном.

Ричард делает паузу, и на мгновение я думаю, что он остановится. Но затем он переворачивает меня на спину, и я смотрю на него снизу вверх. Снова пытаюсь дотронуться до него, но он хватает меня за оба запястья и заносит их над головой. Он хватает свой выброшенный ремень и обматывает им мои руки, не переставая ритмично двигать бедрами, пока связывает их вместе.

— Держи руки над головой.

Делаю, как он говорит, и его взгляд падает между моих ног, его глаза фиксируются на том месте, где мы соединены. Он пульсирует во мне, его большой палец касается моего клитора.

— Да, вот так. — Я стону.

— Тебе нравится?

— Да. — Он чувствует, как я сжимаю его, как вокруг него собирается дополнительная влага. Он знает, что моё тело в восторге.

Как только я заговорила, он остановился. Его бедра неподвижны, а руки оставляют мои. Я пытаюсь прижаться к нему своей киской, но он прижимает меня к кровати, чтобы я не могла тереться клитором о его тело.

— Что ты делаешь? — Отчаянно спрашиваю я.

Он ничего не отвечает, только мучительно медленно отводит бедра назад.

— Нет, остановись. — Мои руки опускаются, чтобы схватить его, но он снова прижимает их к матрасу, нависая надо мной всем телом.

Он снова резко входит, пока не упирается в меня, и мой рот складывается в маленькое «о». Его взгляд блуждает по моему лицу, вбирая в себя мое похотливое выражение, а глаза становятся полными тьмы, которой я раньше не видела. Еще один толчок такой силы, что меня отбрасывает назад.

Это так больно. Он мучает меня, оргазм то приближается, то отдаляется, приближается и снова отдаляется. Он оставил меня несколько часов назад без оргазма, и я не вынесу, если он сделает это снова. Я теряю рассудок, бессвязно качаю головой из стороны в сторону. Ричард сжимает мою челюсть, а другой рукой все еще держит мои запястья над головой.

— Скажи мне. — Злобно рычит он.

Я знаю, что он не позволит мне кончить, пока я не дам ему то, что он хочет. Он всегда побеждает, даже в этом. Я смотрю ему в лицо, и наш зрительный контакт становится самым напряженным за все время. Мне кажется, что я могу заглянуть в его душу, увидеть его части, которых я раньше не замечала.

— Скажи словами.

Это похоже на исповедь, когда слова вырываются наружу.

— Всегда был только ты. Никто никогда не прикоснется ко мне. Я люблю тебя. — Я слегка приподнимаю голову и облизываю его закрытые губы.

В его взгляде вспыхивает темное, сверкающее удовлетворение. Рот приникает к моему, и я втягиваю его язык своими губами, постанывая от удовольствия. Его рука освобождает мои запястья, он хватает одну из моих ног и перекидывает ее через свою руку. Угол наклона невозможен, его член изгибается и попадает в такую точку внутри меня, что перед глазами мерцает. Одной рукой он щиплет мой сосок, а другой безжалостно наказывает мой клитор, входя в меня мощными толчками.

Мои связанные