Мой босс Дьявол! - Сабина Реймс

это сделал. А теперь кричи так, чтобы я слышал все звуки, которые ты издаешь для меня.

Оргазм прокатывается через все тело, и я разбиваюсь о его пальцы. Он вынимает их и шумно сосет, затем переворачивает меня и делает пару шагов назад.

— Снимай платье. — Я настолько не в себе, что не могу даже глаза открыть, не то, что выполнить его приказ. — Снимай своё платье, или я его сорву.

Его глаза горят безумием, уверена, что он выполнит обещание. Но платье мне действительно понравилось, поэтому я подчиняюсь. Мои руки слегка дрожат, когда я хватаюсь за подол и стягиваю его через голову.

— И лифчик тоже.

Обхватываю руками спину и расстегиваю застежки лифчика, слегка замешкавшись.

— Покажи мне. — Его тон более угрожающий, чем я когда-либо слышала, и я понимаю, что мы находимся на тонкой грани между насилием. Но в его голосе также звучит желание, когда его глаза опускаются на мою грудь.

Я позволяю бретелькам спуститься вниз по плечам, а затем полностью снимаю бюстгальтер и отбрасываю его в сторону. Зная обо всех своих многочисленных шрамах, я все еще смущаюсь оставаться перед ним полностью голой. Это заставляет меня чувствовать себя невероятно уязвимой.

Его глаза смотрят на меня противоречиво. Как будто я — бесценное произведение искусства, которое нужно восхвалять и беречь, но в то же время, как будто я — нечто, что он хочет разрушить, испачкать и испортить навсегда.

— Черт, посмотри на себя. Чертово совершенство.

Он делает шаг ко мне, быстро расстегивает пуговицы и снимает рубашку. У меня пересыхает во рту, когда я в очередной раз вижу подтянутое тело, татуировку, выраженные мышцы и V-образную форму, спускающуюся ниже пояса его брюк. Он выглядит так, словно его высекал из мрамора сам Антонио Канова.

Обхватив мои лодыжки, Ричард тянет меня к краю кровати. Он смотрит на меня сверху вниз, глаза блуждают по моему распростертому телу. Сердце колотится в горле, когда он наклоняется, его руки ложатся по обе стороны от моего тела. Взгляд задерживается на мне, когда он опускает голову. Его язык проходит по твердому соску, а затем губы смыкаются вокруг, всасывая его в рот.

— О Боже!

Я извиваюсь под ним, мои пальцы вплетаются в его волосы, чтобы удержать его рот на мне. Ричард облизывает мой сосок, затем прикусывает его, а потом обдувает воздухом. От сочетания этих ощущений я нахожусь на грани. Я выгибаюсь навстречу его прикосновениям, отчаянно пытаясь догнать свою разрядку, но он удерживает меня на грани. Его рот переходит к другому соску, уделяя ему столько же внимания, сколько и первому. Пальцы находят мой центр и входят в меня одним быстрым движением.

— Ты всегда такая охренительно мокрая для меня. — Одобрительно стонет он.

Его рука обхватывает мою шею, вдавливая в матрас. Он грубый, контролирующий и такой чертовски горячий, что мне кажется, будто я сейчас сгорю дотла.

— Весь вечер я думал о том, чтобы трахнуть тебя.

Он смотрит на меня, опьянев, веки полузакрыты, зрачки расширены, глаза — жидкие лужицы черного цвета. Я хватаю его за руки, за плечи, за шею, пытаясь заставить его снова прикоснуться ко мне. С моих губ срывается измученный крик, и я не узнаю его.

— О чем вы говорили?

— Ч-что? — Спрашиваю я, пытаясь понять смысл его вопроса сквозь густую дымку похоти.

Ричард выпрямляется, его руки тянутся к поясу. Я сглатываю ком, наблюдая, как он медленно, соблазнительно расстегивает ремень и протягивает его через петли. Он держит его в правой руке, а левая опускается, чтобы снова схватить меня за горло.

— От тебя зависит, доживут ли Эрик и Дэниел до утра. Так скажи мне, о чем вы говорили?

Он так крепко сжимает мое горло, что я не могу ему ответить. Я провожу рукой по его руке, ощупывая её, пытаясь преодолеть расстояние, которое он создал между нами, но он все равно слишком далеко.

Вместо этого я опускаю руку вниз и нащупываю его член в штанах. Он резко шипит сквозь зубы, кажется, задерживая дыхание, когда я дважды провожу рукой вверх и вниз по длине.

Он с силой вдавливает меня в матрас и рычит мне в лицо.

— Посмотри, что ты сделала со мной! Я безумец! Но я тебе обещаю, что никто больше не увидит тебя такой.

Это не вопрос, и все же он навис надо мной, ожидая согласия. Я качаю головой, подтверждая его слова. В его глазах вспыхивает удовольствие, и он отпускает моё горло. Я делаю вздох и говорю.

— Я просто спросила, как дела на работе. Они рассказали о том, как идет проект, и поинтересовались моим здоровьем. Ничего не значащая беседа. Я хочу только тебя.

Ричард одобрительно кивает.

— Тогда скажи это. Скажи, что никто кроме меня, не увидит тебя такой, Алиса.

Я готова кричать, что хочу только его. Что люблю только его. Но, что-то внутри меня хочет поиграть в эту игру. Поэтому я молчу.

Ричард жестоко смеется.

— Значит, ты хочешь увидеть мою худшую сторону?

Он расстегивает брюки и достает свой член. Сжимаю ноги вместе, пытаясь приблизить его к своему входу, но Ричард шлепает меня по внутренней стороне бедра, заставляя снова раздвинуть их. Шлепок резкий, почти безразличный, но, черт возьми, как же это приятно.

Взад-вперед, взад-вперед, он лениво покачивает бедрами, и его член скользит по моим складкам. Он касается моего входа, но не входит. Его взгляд заворожено следит за тем, как его член упирается в мою плоть.

— Ты даже не представляешь, как хорошо сейчас выглядишь. Раздвинь их для меня, чтобы почувствовать больше моего члена, как жадная маленькая шлюшка.

Горловой стон срывается с моих губ. То, как он это говорит, делает меня такой горячей, такой готовой к нему.

Его пальцы впиваются в мои бедра, прижимая к себе еще сильнее. Я смотрю вниз и вижу, что его кончик выглядывает между моих ног. Мне хочется обхватить его губами, почувствовать, как он растягивает мой рот, как я пытаюсь взять его глубоко в горло. Я прикусываю губу при этой мысли.

— Не смотри так на мой член, если хочешь, чтобы завтра ты могла ходить. — Он предупреждает, его голос настолько грубый, что кажется, будто ему больно говорить.

Я поднимаю глаза. Ричард едва контролирует себя, его мышцы напряжены и дрожат, когда он пытается сдержать себя.

— Последний шанс. Скажи, что никто никогда не увидит тебя такой. — Волосы падают ему на лоб, он наклоняет голову и сжимает зубы. — Я не смогу помочь тебе, если ты этого не сделаешь.