Сюзанна Брокман - Переломный момент

Макс продолжал идти. Из-за пулевого ранения он и так ходил с трудом, а тут еще добавился балласт в восемьдесят шесть килограммов. Но Макс шел, выполнял задание. Что касается пиджака и галстука, то они уже пропитались потом. А Джоунс, скотина такая, к тому же залил их кровью.

Утреннее солнце палило нещадно. Прошлой ночью шел дождь, но влага испарилась еще несколько часов назад.

Макс уже мог видеть полковника, выглядывающего из-за танка. Субандрио был именно таким, каким его описал Джоунс. Низенький, грузный человечек с лицом, казалось, поглотившим шею, и жирными щеками, свисающими до самых плеч.

Каждый шаг отдавался болью, но Макс продолжал идти.

Джина последовала за Молли на кухню.

– Это была кровь, – сказала Молли. – Макс застрелил Грейди.

– А вот и нет, – возразила Джина, хотя и не совсем верила своим словам. Не об этом ли мужчины так тихо и сосредоточенно переговаривались, пока внизу Молли и Джина подбирали оружие по руке? Что если у Макса и Джоунса было два плана: тот, который они поведали Джине и Молли, и другой, согласно которому Макс передает Грейди Моранта полковнику?

– О боже, – выдохнула Молли. Кухонный пол, стол и ручка одного из шкафов были испачканы кровью. Ею окрасилась даже вода в тазу, стоявшем возле раковины. Словно кто- то совершил ужасное убийство, а после ополоснул руки.

– Грейди говорил, что все должно выглядеть правдоподобно, – напомнила Джина и себе, и Молли.

Макс бы так не поступил. Или поступил?

Молли залилась слезами.

– Я убью его, – рыдая, пробормотала она. – Я убью его.

– Постой, Молли. Ты куда? – окликнула ее Джина, когда та развернулась и рванула к лестнице.

– Стой.

Приказ все же прозвучал, а Макс так и не подобрался на достаточное расстояние. Но все равно остановился, потому что меньше всего хотел выводить полковника из себя. Их разделяли ярдов двадцать и танк. Субандрио стоял в окружении других офицеров и по- прежнему разглядывал Макса.

– Брось оружие, – через переводчика приказал мужчина, который командовал всем этим бедламом до прибытия полковника Субандрио.

– Мы ведь заодно, – напомнил им Макс. – Морант не жаждал воссоединяться с вами, полковник. Он сопротивлялся, и… Мне говорили, что его разыскивают живого или мертвого, и я решил облегчить всем транспортировку.

Следом за Молли Джина бросилась к лестнице.

– Эй, подожди. – Прежде чем войти в комнату, Джина пригнулась. – Ты не знаешь….

Но из окна она видела, как Макс швырнул Джоунса, и тот мягкой, безжизненной грудой рухнул на пыльную землю.

Боже милостивый…

– Это игра, – убеждала Джина и себя, и подругу. – Он жив. Они просто пытаются уверить полковника в смерти Джоунса. Мол, послушай, на кухне был нож. Думаю, Джоунс порезал руку. Видишь, у него замотана ладонь. Если бы Макс в него стрелял, остались бы брызги, ну этой, крови. На стене или… еще где-нибудь…

Макс говорил. Джина это видела. А еще она видела маленького уродливого полковника, не желавшего покидать свое укрытие за танком, вероятно, потому, что Макс был вооружен.

А потом она увидела, как Макс отвернулся от полковника, нацелил оружие на Джоунса и…

Бум!

Выстрел отдался эхом. Джина и Молли пригнулись, ошеломленные. И тут Молли окончательно вышла из себя.

Японский городовой!

Макс, долбаный псих, выстрелил в него. Прямо в чертову ногу. Джоунс собрал крупицы самообладания, которые у него имелись, и даже те, о существовании которых и не подозревал, чтобы не вскрикнуть или не заорать. Он даже не шевельнулся. Боль прожигала словно огонь, и Джоунс сосредоточился на том, чтоб дышать медленно и неглубоко.

Полковник Субандрио обязательно заметит, если труп начнет хватать ртом воздух.

– Он мертв, – услышал Джоунс слова Макса, обращенные к Субандрио. Он также услышал, как Макс, убрав пистолет, отстегнул кобуру и кинул ее полковнику.

– Рад наконец встретиться с вами, полковник. Наслышан о вас. Вы, несомненно, произвели впечатление на президента Брайанта. Он упоминал о вашей встрече в Джакарте.

– Мы никогда не встречались, – сказал Субандрио тем вкрадчивым голосом, который Джоунс до сих пор слышал в кошмарах.

– Должно быть, я не так его понял, – непринужденно выпутался Макс. – Он упоминал поездку в Джакарту. Вероятно, планировал ее. Упоминал и ваше имя. Видимо, хотел с вами встретиться. Простите меня за эту путаницу. Последние пару дней выдались бурными.

Выслеживание Моранта и… – Макс рассмеялся. – Уверен, вы понимаете, что это…

– Макс! Ты ублюдок!

Какого черта? Подключив дополнительные резервы самообладания, Джоунс остался недвижим.

Это был голос Молли. Слабый, далекий, но абсолютно ясный.

– Я убью тебя! – кричала она. – Я убью тебя! Ты обещал, что не тронешь его! Ты обещал!

Неужели Молли подумала?..

– Молли, прекрати. Отойди от окна.

Но именно Джина отступила назад, когда безудержно рыдающая Молли схватила один из автоматов, из которых Джоунс учил их стрелять.

– Да ладно тебе, – сказала Джина самому мирному человеку, встречавшемуся ей в жизни. – Положи оружие. Сейчас же. Молли, посмотри на меня. Верь Максу, ладно? Ты должна ему верить!

– Его жена, – разъяснил полковнику Макс. – Пришлось вырубить ее, прежде чем схватить Моранта. Похоже, она пришла в сознание.

Полковник Субандрио купился.

Макс не знал, кто придумал кричать из окна, но это сыграло им на руку, поскольку заставило полковника выйти из-за танка. Позади Субандрио стоял бесхребетный командир, жаждущий доказать, что не такой уж он и бесхребетный, а за ним – переводчик с рацией.

Макс ткнул Джоунса ногой.

– Грейди Морант теперь не так уж и опасен, а?

– Он повинен в ужасных преступлениях, – сказал полковник. – Никто не будет горевать о нем. – Он подошел ближе и взглянул на дом за площадью. – Ну, кроме его… жены, вы сказали?

Вот дерьмо. В разыгрываемой ими партии сведения не разглашались добровольно, а Макс только что подбросил Субандрио ценнейший материал.

Джоунс не шевелился, но Макс ощущал исходивший от него гнев.

Меж тем полковник подошел еще ближе.

– Обычно он не женится на них. Просто забавляется и убивает. По крайней мере, так он поступил с моей сестрой. Тело не нашли до сих пор.

Лживый мешок дерьма.

Джоунс не пошевелился. Не вскочил и не закричал о том, что полковник – самодовольный врун и, что сперва мертвую сестру этого засранца стоит поискать в его же саду, под розами.