Беверли Бартон - Опасное задание

— А я видела его, держала на руках и люблю!

— Это не мое дело, но могу дать совет. — Кейт сделала паузу.

Лини хотелось задать ей вопрос, не теряла ли Кейт ребенка, но она так и не решилась.

— Я выплескиваю на Фрэнка свое разочарование, да? А этого не следует делать, так? Ты это хотела мне сказать?

— Что-то в этом роде. Просто Фрэнк — не враг.

— А кто враг? Сумасшедшая женщина, выкравшая ребенка для себя? Какой-нибудь маньяк, убивающий детей? Или преступная группировка, торгующая детьми за деньги?

— Мы не знаем, кто. Пока не знаем.

— Когда же узнаем?

Кейт на долю секунды прикрыла глаза, словно ее обожгла невыносимая боль, потом сделала глубокий вдох.

— Я не могу ответить на этот вопрос. Может быть, завтра. Или на следующей неделе. Или никогда. — Кейт сжала плечи Лини. — Неважно, сколько времени это займет, нельзя сдаваться. Никогда никому не позволяй вынудить тебя сдаться.

Кейт вышла. Лини села на ближайший стул, оперлась локтями на колени и спрятала лицо в ладонях. Господи, пожалуйста, спаси и сохрани Эндрю, верни его домой! Домой, ко мне и Фрэнку!

Кейт передала Морану чашку кофе, наполнила свою и села за кухонный стол напротив.

— Где Фрэнк?

— Вышел пройтись. Просил передать, что скоро будет.

Кейт молча изучала Морана, темноволосого красавца. Она не думала, что когда-нибудь познакомится с таким хладнокровным человеком, излучающим опасность. Она получила сполна от уверенных в себе и властных мужчин. Ее бывший муж был богатым и высокомерным. Она старалась не думать о Тренте Уинстоне, но этот случай похищения ребенка всколыхнул все старые и болезненные воспоминания. Она не видела Трента почти одиннадцать лет. С тех пор, как…

— Как она, держится? — Моран кивнул в сторону гостиной.

— Доктор Паттон? С ней все в порядке, учитывая, что у нее похитили ребенка, а его отец пытается помочь, но при этом говорит и делает все неправильно.

— Таковы мужчины. — Губы Морана скривились в усмешке.

— Ты прав, вы все такие.

— Включая твоего бывшего мужа?

— Откуда ты знаешь? Ты ведь не знал, пока я… Не хочу говорить ни о нем, ни о разводе. Расскажи о себе, Моран. Бывшая жена, неприятный развод?

— Ни свадьбы, ни разводов. Но прежде чем ты спросишь…

— Почему тридцатипятилетний мужчина не был женат?

— Я не хочу отвечать на этот вопрос.

— Как женщина, могу предположить, что это была безответная любовь и ты до сих пор надеешься завоевать ее. Или ты любил и потерял…

Что-то едва уловимое мелькнуло во взгляде Морана. Так вот оно что! Вот о чем он не хотел говорить точно так же, как она о своем разводе!

Моран сделал глоток кофе, Кейт последовала его примеру. Вдруг раздался звонок телефона, и оба напряглись.

Моран вскочил и помчался в гостиную. Кейт мгновенно последовала за ним. Лини стояла у телефона и смотрела на Морана, ожидая его указаний. Он кивнул и подал ей знак снять трубку.

У Лини заметно дрожали руки, но голос прозвучал твердо.

— Это доктор Лурлин Паттон. — В глазах заблестели слезы, она вздохнула, но нашла в себе силы ответить. — Нет, спасибо, меня не интересуют вакансии. — Она положила трубку.

Кейт отпустила дыхание, которое инстинктивно задержала на время разговора.

— Уже шестой час, пойду приготовлю бутерброды.

— Я помогу тебе, — предложила Лини. — Мне необходимо чем-нибудь заняться, иначе я сойду с ума.

— Надо что-нибудь купить? Если надо, я позвоню Фрэнку на мобильный и скажу…

— Разве Фрэнк еще не вернулся? Тогда позвони ему, я хочу с ним поговорить.

Они вышли из кухни, и Кейт набрала номер Фрэнка. Он ответил после первого гудка.

— Фрэнк, это Кейт. У нас ничего нового, просто Лини хотела поговорить с тобой. — Кейт передала трубку Лини.

— Мы с Кейт собираемся приготовить бутерброды на ужин. Все будет готово через пятнадцать минут, приходи, пожалуйста. Потом я покажу тебе альбом с фотографиями Эндрю, и если хочешь, расскажу тебе о нашем сыне.

Кейт отвернулась, стараясь не расплакаться. Она не плакала уже целую вечность. Как-то она даже решила, что выплакала все слезы. Но всякий раз, когда что-то случалось, особенно если дело касалось похищения детей, в ней пробуждались умершие эмоции. Много лет назад Кейт работала в полицейском участке в Атланте вместе с Эллен Денби и всегда удивлялась, как этой женщине удавалось сохранять хладнокровие и вести сложнейшие дела по похищению детей. Но прошли годы, и она узнала, что они с Эллен пережили одинаковые трагедии, что позволило им с полуслова понимать друг друга. Точно так же, как сейчас Кейт понимала Лини. Как мать, у которой тоже когда-то похитили ребенка.

Кейт вызвалась помыть посуду, и, к ее удивлению, Моран остался на кухне помочь ей. Лини чувствовала, что нашла в лице Кейт новую подругу, ее интуиция подсказывала, что эта женщина однажды перенесла подобные страдания, какие сейчас переживала Лини.

Фрэнк все время молчал, пока они ели бутерброды, чипсы и сырный пирог. Лини не могла припомнить, когда она в последнее время дважды в день ела сырный пирог. Хотя нет, это было, когда они с Фрэнком последний раз занимались любовью. Тогда сырный пирог был и на завтрак, и на ужин.

Они с Фрэнком сидели сейчас рядом на диване, и Лини показывала ему детский альбом Эндрю и памятные вещички, оставшиеся со времени ее беременности и первых двух месяцев жизни Эндрю. Фрэнк не пожелал сесть к ней вплотную, поэтому Лини сама проявила инициативу и подвинулась к нему поближе. Фрэнк вздрогнул и напрягся. Что с ним происходит? Она не собиралась набрасываться на него. Лини перевернула страницу альбома.

— Это я на фотографии. Эльза приехала в Мейсвилл помочь Хейли провести программу.

Фрэнк бросил взгляд на снимок, но не сказал ни слова.

— Я была огромных размеров, как бочка, набрала лишних тридцать фунтов.

— Эльза с Рейфом знали, что ты беременна?

— Знали. Но прежде чем ты выпустишь весь пар на Рейфа, знай, что Эльза угрожала ему разводом, если он позвонит тебе. Она пыталась меня уговорить связаться с тобой, но когда поняла, что это бесполезно, пообещала, что ни она, ни Рейф не скажут тебе, так как это не их дело.

— Ты права, это было твое дело.

— Мне казалось, мы уже выяснили, что я поступила неправильно. Или продолжим обсуждать эту тему?

Фрэнк снова бросил взгляд на фотографию.

— Ты выглядишь счастливой.

— Я и была счастливой. — Лини постаралась улыбнуться. — Толстой и счастливой. Потом стала еще толще. На этой фотографии срок семь с половиной месяцев. — Лини стала медленно листать альбом, останавливаясь на каждой странице, чтобы Фрэнк мог рассмотреть фотографии подробнее. Когда открылась страница с первыми снимками Эндрю в роддоме, Фрэнк прикрыл ее своей большой рукой.