Покоренные судьбой - Кора Рейли

члена, погруженного в прекрасную киску Греты, тем, как она приняла его, хотя казалось, что он никогда не поместится.

Лицо Греты исказилось от дискомфорта, и я приласкал ее икры и бедра, но не остановился.

Я проталкивался глубже, стонал, когда мой кончик сжимали и поглаживали внутренние стенки Греты.

Грета еще крепче стиснула перекладину. Я откинул ее голову назад и поцеловал ее, после чего вошел полностью. Мы поцеловались, а затем я отстранился, не в силах сопротивляться потребности видеть, как мой член погружается в Грету.

Я всегда знал – Грета самая невероятная девушка, которую я когда-либо встречал.

Она издала дрожащий вздох. Ее мышцы ненадолго сжались, заставив меня заскрипеть зубами, затем давление ослабло. Она всегда крепко обхватывала меня, но я понимал, что теперь могу двигаться.

– Как приятно. Не останавливайся.

Грета стала еще более скользкой, когда я медленно входил и выходил. Мой пенис блестел от ее влаги, и я ускорился. Я крепко обхватил руками грудь Греты, толкаясь в нее.

В зеркале я наблюдал за похотливым лицом Греты, за маленькими сосками, морщащимися под тонким материалом купальника, и за моим членом, стремящимся в ее сладкую киску.

Мы кончили одновременно, и оба бездыханно опустились на пол. Грета устроилась у меня на коленях.

– Еще с тех пор, как впервые увидел тебя в пачке, хотел сделать это, – прохрипел я.

– Ты уже тогда хотел меня?

– О да. Я полностью одержим тобой – с первой секунды. Никогда не верил во внезапную любовь, но ты меня переубедила.

Грета рассмеялась, но в ее глазах появилось сомнение.

– Звучит как вожделение с первого взгляда.

– Поверь, это было не просто вожделение. Я и раньше испытывал нечто похожее, но то, что я почувствовал, когда увидел тебя, было намного сильнее и страшнее.

– Значит, я напугала тебя в самом начале?

Я хмыкнул:

– Можно и так сказать. Я приобрел новый опыт. Тебя это шокирует?

Она нахально ухмыльнулась:

– Не совсем. Я же Фальконе.

Я расхохотался и прижался губами к ее губам.

Однако через мгновение отстранился:

– Теперь ты – Витиелло. – Никогда не устану слушать, как кто-то называет ее Гретой Витиелло, особенно рядом с Римо или Невио.

Она склонила голову, в ее глазах пылала любовь.

– Я и то, и другое.

Я знал, что ее сердце всегда будет разделено между Лас-Вегасом и Нью-Йорком, и это нормально. Сердце Греты оказалось достаточно большим для ее семьи и меня.

И я буду вечно благодарен ей – ведь она распахнула свое сердце для меня.

Эпилог

Грета

Три года спустя

Я прикоснулась холодной тканью к маминому лбу. Она снова закричала, впившись зубами в нижнюю губу. Ее лицо раскраснелось и вспотело, волосы прилипли ко лбу.

Она сжала простыню и уперлась ладонями в кровать, вращая бедрами, пока дышала во время очередной схватки.

Она рожала уже пять часов, и, наблюдая за болезненным процессом, я ощутила невероятное благоговение перед ее самопожертвованием.

Я погладила маму по спине, и она расслабилась, когда схватка утихла и у нее появилась возможность отдышаться.

Она одарила меня измученной улыбкой.

– Не думаю, что это надолго. Я чувствую, как голова прижимается очень сильно. Скоро ты увидишь своих детей.

– Что мне нужно сделать? – Я хотела помочь ей, чем могла.

Последние девять месяцев мама терпела утреннюю тошноту, ломоту в спине и сильную усталость, вынашивая наших с Амо детей.

За такой подарок я никогда не смогу ей отплатить.

Мама дотронулась до моей щеки.

– Просто продолжай делать то, что делаешь. – Ее лицо исказилось от новой волны боли.

Я контролировала ее дыхание и растирала спину, надавливала на поясницу, а позже вытерла ее взмокший лоб.

После еще одного часа схваток маме пришлось опуститься на кровать, и через десять минут родилась моя дочь, а еще через две минуты выскользнул мой сын.

Я ошеломленно опустилась на пол, пока медсестры осматривали двух малышей с густыми черными волосами.

Мама подавила рыдания, и я тоже не смогла сдержать слез.

– Ложись рядом со мной, – прошептала она.

Я так и сделала и поцеловала ее в щеку, не зная, что сказать, как поблагодарить за такое. Наши взгляды пересеклись, и она с ласковой улыбкой погладила меня по виску.

– Я знаю, знаю.

Подошли медсестры с двумя маленькими детьми.

Я затаила дыхание, не в силах осознать случившееся.

– Расстегните халат, – сказала мне медсестра.

Первые два часа схваток я провела с мамой в родовой ванне и не потрудилась переодеться.

Широко раскрыв глаза, я встала и взглянула на маму.

Она кивнула:

– Они твои, Грета. Ты должна подержать их.

Я расстегнула халат, и медсестры положили обоих младенцев мне на грудь. Я заплакала, когда почувствовала их маленькие тела на своей коже и вдохнула их сладкий запах.

Мама откинула голову, совершенно обессиленная, и смотрела на меня, пока врач накладывал швы. Мое сердце еще никогда не было настолько переполненным любовью, которая так и рвалась наружу, словно моя душа не могла вместить все те чувства, которые я хранила в себе.

– Позвать ваших мужей? – спросила медсестра, когда маму укрыли.

Она кивнула:

– Пожалуйста.

Медсестра открыла дверь, и спустя мгновение порог переступил Амо. Он застыл при виде меня и тяжело сглотнул. Папа вошел следом и похлопал Амо по плечу, чуть сильнее, чем хотелось бы.

– Поздравляю с рождением первого будущего дона Семьи на территории Лас-Вегаса.

Я одарила его слезливой и возмущенной улыбкой. Мы с Амо не хотели, чтобы мама приезжала в Нью-Йорк на последних месяцах, поэтому прилетели на роды.

Папа направился ко мне и чмокнул в макушку, а затем склонился над мамой и поцеловал ее в губы. Я успела уловить его взгляд, и у меня защемило сердце.

Иногда я беспокоилась, что конфликт, возникший из-за моей связи с Амо, навредил родительскому браку, но сейчас папины глаза сказали мне, что его любовь к маме вечна и неизменна.

Амо шагнул ко мне. В его взоре читались нежность и неверие, когда он смотрел на новорожденных.

– Они и правда наши, – прошептала я. Еще совсем недавно все это казалось мне сном, иллюзией.

Амо поцеловал меня, а потом легонько провел пальцами по спинкам наших малышей. Он поймал взгляд отца, и я поняла, что дети сделают связь между семьями крепче, чем когда-либо прежде.

Мои близнецы являлись как Витиелло, так и Фальконе.

Амо переплел свои пальцы с моими.

Наша любовь сильнее любой вражды.

КОНЕЦ

Примечания

1

Зеркало Гезелла – стекло, которое выглядит затемненным с одной стороны, а с другой – как обычное зеркало. Используется в архитектурных сооружениях, а также для наблюдения.