Celice - Скажи мне, что ты меня

На следующий день, за произвольным завтраком - если так можно было назвать рисовую похлебку с большими кусками мяса, - Грейбэк подозвал его к себе.

- Я вспомнил тебя, - хитро заметил он, откусывая огромный кусок хлеба, которым заедал похлебку. Рем, похолодевший весь внутри, тем не менее постарался спокойно встретить взгляд подозрительных желтых глаз. - Твой папаша назвал меня уродливой тварью!

- И вы весьма оригинально отомстили, - процедил Люпин, бросив ложку в свою миску. Фенрир оценивающе разглядывал его.

- Можно на «ты», - хмыкнул он. Рем не ответил, оглядывая хихикающих, переговаривающихся между собой людей вокруг, с удовольствием уплетающих завтрак. - Скажи-ка, а ты неплохо владеешь палочкой?

- Неплохо, - проронил Ремус, удивленно приподняв брови.

- Надо думать. Надо же, закончил Хогвартс… Здесь больше нет таких.

- В школе тоже не было, - равнодушно отозвался Рем, поправляя завязки мантии. Фенрир уставился на него и вдруг так неожиданно расхохотался, что Ремус вздрогнул от испуга.

- А ты забавный, - хлопнул он его по плечу. - Ты прости за твоего папашу. Я ведь не хотел его убивать…

Лицо парня застыло. Значит, он действительно все про него вспомнил.

- Понимаешь, твой старик грубил… Кому это понравится? - Фенрир нелепо для всего своего внешнего вида развел массивными руками в стороны, точно извиняясь. - Я ведь за тобой пришел тогда! Думал, помогу! А он меня стал выпихивать из дома, грозить палочкой…

- Чем вы живете каждый день? Откуда еда, одежда? - бесстрастно перебил его Рем. Грейбэк озадаченно покусал нижнюю губу, но затем ответил:

- Мы необходимы Темному Лорду. Слыхал о таком?

Ремус кивнул, весь обратившись в слух.

- Он снабжает нас всем, что нам нужно.

- Но зачем вы Темному Лорду?

- Мы - сила, парень. Неужели ты этого еще не понял? Мы нужны друг другу.

- Почему тогда вы живете здесь? Ведь он мог бы…

- А чем тут плохо? Мы рядом с природой! Не скрываемся, ведем себя так, как хотим, и если нас кто-то видит - ему же хуже! Мы звери, Ремус, это наша среда, наше место.

- Неужели ни у кого из этих людей нет семей?

- Волки - одиночки. У кого-то из них есть бабы и дети, но они не живут с ними - душа просит свободы. Так, навещают… - Фенрир продолжал буравить его испытующим взглядом. - А что насчет тебя? Друзья, родные...

- У меня нет никого.

- Видать, не сильно тебе жизнь в «нормальном» обществе помогла? - заржал снова Фенрир, отставив пустую миску на промерзлую землю около себя. - Скажи-ка мне, парень, ты где так драться научился?

- Я не учился. Вчера дрался впервые.

- Шутишь?

Рем мрачно смерил его взглядом.

- Ты кусал кого-нибудь за свои одиннадцать лет?

Вспышками воспоминаний мелькнули образы оленя и радостного огромного черного пса, несущиеся по лесу, и тут же исчезли.

- Только животных.

- Ну, ничего, у тебя еще будет случай! - с неподдельным сочувствием пообещал Фенрир, и Ремус, чтобы скрыть отвращение, резко встал и отнес миски к Кристоферу Диллу, который тут был кем-то вроде повара и занимался готовкой еды.

Со временем с присутствием Рема смирились почти все, даже тот ехидный бородач, Росс Калем, который был правой рукой Фенрира. Стая действительно жила в полном довольствии: еды было много, никто не ограничивал их передвижения, кто-то уходил, но постоянно возвращался. А перед каждым полнолунием появлялся гордый Грейбэк и самодовольно сообщал о новом задании от Волдеморта - куда следует напасть. Волшебные деревни подвергались атакам, иногда, впрочем, страдали и соседние, маггловские. Делать стая могла что угодно, Темному Лорду главным было запугать и наказать. Оборотни врывались в дома, кого-то кусали, кого-то убивали. За укушенными всегда возвращались, и с каждым месяцем стая пополнялась испуганными юношами. Фенрир предпочитал кусать детей или парней: от женщин одни истерики и склоки, как он считал.

В такие ночи Рем благодарил Всевышнего за свои провалы в памяти. Он по-прежнему не помнил ничего из того, что он делал, будучи волком. Но, судя по подтруниваниям Фенрира и кое-кого из его людей на следующий день после полнолуния, каким-то непостижимым образом он пока не был повинен в укусах невинных людей. Как ему удавалось сдерживать эти порывы, которые у оборотней были на уровне инстинктов? Неужели годы дружеского контроля со стороны Мародеров все-таки привили его звериной сущности какие-то рамки? Или с возрастом его человеческие желания стали учитываться зверем, сидящим внутри него?

Каким образом выбирались Волдемортом цели, Рем понял позднее, когда впервые после своего прихода в стаю, он встретился с Дамблдором. Было это почти через три месяца после Рождества. Директор внимательно выслушал все, что ему равнодушно рассказал Ремус. Он задал несколько уточняющих вопросов, стараясь, чтобы они звучали мягко. А потом рассказал о своих подозрениях. Пожиратели побывали в этих деревнях до нападений оборотней. Если Волдеморту не удавалось привлечь кого-то на свою сторону, он безжалостно отдавал всю деревню на расправу Грейбэку.

Дамблдор много чего рассказывал, в том числе о делах Ордена. Убили Марлин Маккиннон и Эдгара Боунса с их семьями. После последней жестокой стычки с Пожирателями, в деревне волшебников Тинворт, бесследно исчез Карадок Дирборн. Дедалус Дингл попал под страшное заклятие и месяц провел в Мунго, а, выйдя, превратился в человека, который боится всего на свете, но при этом он предпочел остаться в Ордене, хотя из Аврората пришлось уйти. В этой же стычке погибли братья Пруэтты, забрав с собой жизни пяти Пожирателей. Были убиты из сторонников Лорда Эван Розье и Дэн Уилкс. Рем тогда вспомнил далекую сцену у раздевалки, целующиеся слизеринцы… Уилкс, худощавый парень с длинной челкой, который постоянно вертелся в окружении Снейпа... Немногим старше его, погибли. И, несмотря на то, что, может быть, эти двое и убили близнецов Пруэттов или Эдгара Боунса, но их ему тоже было жаль.

Дамблдор, правда, сообщал эти вести бесстрастно. А про Розье и Уилкса рассказал, что пали они от руки Грозного Глаза, оттяпав у него заклятием часть носа, чем Муди чрезвычайно теперь гордился. Но Ремус слушал это все спокойно, он уже научился не выражать эмоций. Лишь когда Альбус заговорил, наконец, о его друзьях, Люпин взволнованно подался чуть вперед.

В стычке участвовали, конечно, и Поттеры с Питером и Сириусом. Несмотря на то, что Лили была на четвертом месяце беременности, она не отсиживалась дома, хотя Ремус мог себе вообразить, как за нее переживал Джеймс. По словам Дамблдора, в той стычке у Тинворта присутствовал и сам Волдеморт. Мало того, что в личную дуэль с ним вступили снова Поттеры, которым на помощь вовремя пришли Лонгботтомы, так еще и Сириус получил серьезную рану от режущего заклятия. На какую-то долю секунды Рем готов был вскочить и кинуться вон из трактира, где они сидели с Альбусом в одном из кабинетов, чтобы аппарировать прямо домой к Блэку, но потом он осознал, что не может этого сделать. Дамблдор, понимая его чувства, тут же принялся успокаивать его и уверять, что сейчас уже все хорошо, что все обошлось, что все живы. Но почему так сдавливало сердце?..