Мариэль. Замок в ипотеку

Пуговица за пуговицей расстегнув рубашку Вейца, я стянула ее с плеч и повалила его на кровать. Сев верхом, взялась за его тело. Нежно водя по его коже влажным языком, я наслаждалась тем, как он покрывается мурашками, задерживает дыхание и сильнее впивается в мои бедра. Спускаясь все ниже, добралась до его брюк и, встав на колени на полу, быстро разобралась с ремнем и ширинкой. Осторожно вытащив его готовый к бою член, я заглотила его, вынудив Вейца простонать сквозь зубы. Скользя по нему языком, полизывая яички и головку, я довела Вейца до того, что он запустил пальцы в мои волосы и стал двигаться мне навстречу. Награждая его заслуженными ласками, я не заметила, как позади меня пристроился Шеймас, пока не почувствовала жар его языка в своих складочках. Чувственно вылизав меня, он на мгновенье остановился, чтобы раздеться, а потом вошел в мою щелку, готовую принять его.

Застонав, я более яростно продолжила лизать и сосать член Вейца, который содрогался так, будто его вот-вот парализует. Шеймас входил в меня сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, ускоряясь и сипло дыша. А потом я почувствовала прохладный гель и палец Шеймаса, массирующий мой упругий анус. Не противясь, а лишь выгибаясь навстречу, я ощутила, как муж стал параллельно вводить палец, при этом не замедляя ритма. Я никогда раньше не практиковала ничего подобного, была наслышана о том, как болезнен анальный секс, и что важно иметь надежного партнера, который не навредит, а доставит то самое сокровенное наслаждение. Теперь, доверившись своим мужьям, я осмелилась рискнуть. Поэтому, когда Шеймас вышел из моей вагины и медленно и аккуратно перешел в другую дырочку, я не остановила его.

Задвигавшись в набранный им такт, я кончила раньше, чем предполагала и выпустила член Вейца. Шеймас подхватил меня под руки, поднял с пола и дал время отдышаться, страстно целуя в губы. Как только я согласно кивнула и улыбнулась, он усадил меня на Вейца. Я ловко оседлала его, но не запрыгала в тот же миг, а дождалась, пока Шеймас с былой осторожностью снова войдет в мой анус.

Шепча мне ласковые слова и признания в любви, мужья убеждали меня в своей надежности. Не ощущая ни капли страха или неловкости, я то опускалась, целуя Вейца, то поднималась, откидывая голову назад и целуя Шеймаса. Подстроившись друг по друга, они дали испытать мне опыт двойного проникновения, от которого я кричала им прямо в губы. И это был не крик боли, а крик удовольствия и просьба продолжать.

Мы кончили одновременно, и это было нечто фантастическое. Я не чувствовала себя обессиленной, будто меня разодрали изнутри или переехали на поезде. Я чувствовала себя словно заново рожденной и беспредельно счастливой. Мне даже спать не хотелось. Лежа между мужьями, я наслаждалась их ласками и поцелуями, а после отдыха вновь им отдалась. Это продолжалось снова и снова до самого утра и два следующих дня: в спальне, на диване в гостиной, на кухонном столе, в ванной. Шеймас предлагал даже балкон, но ни я, ни Вейц не поддержали его затею. Зачем пугать прохожих? В перерывах мы ели то, что готовил Вейц, или заказывали пиццу и роллы, иногда спали час-другой, танцевали, играли в настольные игры, или я демонстрировала мужьям свои наряды, и всякий раз эта демонстрация заканчивалась моим стриптизом и жарким сексом.

Шеймас и Вейц всегда были со мной аккуратны и бережны и не переставали шептать мне, что я молодец, а еще благодарить и как можно чаще признаваться в своих чувствах. Я не была для них игрушкой для утех, они уважали и любили меня по-настоящему. И я перестала задумываться над тем, насколько нормально иметь двух мужей. Уж лучше двух, чем ни одного!

В последний день своего пребывания на Земле я упаковала все документы и электронные носители, что были у меня на хранении, в пластиковый пакет и, вызвав курьера, передала их исполняющему обязанности директора моей фирмы.

Я достала из кладовой свой вместительный чемодан на колесиках и собрала в него любимые наряды, обувь и просто всякую мелочь, которую хотела бы иметь у себя, а также аккуратно сложила свадебное платье. Нельзя оставлять его здесь!

Вейц навел порядок на кухне, а Шеймас помог мне убраться в других комнатах. Кое-что я также упаковала в коробки и вызвала курьера из благотворительного центра. Банк, когда отнимет эту квартиру, все конфискует, а некоторые вещи могут пригодиться бедным или тем, кто пережил бедствие. Когда в квартире не осталось ничего особо личного, все электрические приборы были отключены, а мусор вынесен, я оставила чемодан в прихожей и в последний раз прошлась по своей квартире. Задергивая портьеры и закрывая двери, я не испытывала тоски или печали. Впереди меня ждала более счастливая жизнь. Но здесь, на Земле, этот кусочек нескольких десятков метров седьмого этажа типичной многоэтажки, был самым дорогим.

— Зайчонок, надо поторопиться, — окликнул меня Шеймас, держа на ладони запищавший ключ от свейха. — Аглы нагрянули.

— Долго они, — усмехнулся Вейц, беря коробку с книгами, которые я тоже решила прихватить с собой.

Шеймас отдал ему ключ.

— Иди заводи.

Вейц ушел, а Шеймас подождал меня.

— Хорошо, что я в майке и шортах, — улыбнулась я, торопливо обуваясь. — Вдруг придется убегать.

— Не придется. — Шеймас взял чемодан и вышел из квартиры.

Я заперла замок, по привычке убрала ключи в электрощиток и вызвала лифт. Когда мы с Шеймасом поднялись на крышу, Вейц уже активировал не только свейх, но и электромагнитный метатель, встроенный в поддон машины. Вдалеке показался стремительно летящий им навстречу свейх. Вейц приподнял машину над крышей и крикнул:

— Быстрее!

Шеймас закинул чемодан на заднее сиденье и подсадил меня, чтобы я запрыгнула. Времени оставалось все меньше, и Вейцу пришлось подняться еще выше и развернуться. Он первым успел выпустить во вражеский свейх электромагнитый заряд, и тот завис в воздухе. Вейц снова приземлился и, как только Шеймас занял сиденье, закрыл все двери. Воспользовавшись преимуществом временной дезориентации противника, Вейц направил свейх в противоположную сторону и, разогнавшись до нужной скорости, включил телепортацию. Свейх объяло непроницаемым облаком. Мы облегченно выдохнули.