Мариэль. Замок в ипотеку

Глава 35. Медовый месяц

Вызов такси, приезд домой, обыск квартиры мужьями — абсолютно все казалось чем-то нереальным. Шеймас и Вейц не давили на меня, но легче от этого не становилось. Сейчас только от меня зависело наше будущее и будущее всего Трейса. Десять лет Орден несправедливо осуждал невиновных, рушил семьи и судьбы. Только потому что Нэим ловко подтасовывал материалы дел и манипулировал судами, искусно применяя нелепые законы. Десять лет беспредела! Тысячи загубленных душ ради прикрытия задницы одного ничтожества!

— Может, твой шеф делал тебе какие-то необычные подарки? — спросил Вейц, перебирая книги в шкафу.

Я слышала его голос будто через глухую стену.

— Обычно он дарил цветы, конфеты или конверт с деньгами, — пробормотала я, бродя по квартире как призрак. — А что, если аглы уже побывали здесь?

— Они вверх дном перевернули бы твою квартиру, — сказал Шеймас, разбирая системный блок компьютера и потроша его содержимое. — По всей видимости, у этих тупиц не хватило мозгов обратить внимание на кадровый штат вашей фирмы. А у Нэима нет возможности лично сюда явиться.

Вейц нашел блокнот и ручку и сел на диван. Начертив квадрат на чистой странице, в центре он изобразил небольшой круг, а рядом с ним еще один маленький круг и овал. Наверху, у самого края, Вейц нарисовал прямоугольник и заштриховал его рябью. Когда он принялся интенсивно закрашивать сам квадрат, я медленно подошла к нему и спросила:

— Зачем ты рисуешь дискету?

Он замер. Из кабинета высунулся Шеймас.

— Это накопитель, — ответил Вейц, подняв лицо. — Хотел тебе показать.

— Твою мать! — выругалась я, всплеснув руками. — Я думала, он выглядят как небольшой цилиндр! Слово накопитель у меня всегда ассоциировалось с радиацией и нательными дозиметрами! — Я метнулась в комнату. Вейц и Шеймас за мной. Открыв шкаф, я села перед сейфом, разблокировала дверцу и стала лихорадочно вытаскивать все дискеты, что когда-то передал мне шеф. — Я никак не могла понять, почему нельзя скопировать информацию на более современные носители. Но расспрашивать об этом шефа мне было некогда. Я просто выполняла его просьбы.

Вейц присел на корточки, перебрал несколько пластиковых футляров и вздохнул:

— Это обычные дискеты.

— И это? — присевший рядом Шеймас взял в руки один из футляров. Повертев его, он ногтем подцепил край, выдвинул прямоугольную пластину, нажал на мини-диск в центре, и над накопителем появился голубоватый полупрозрачный экран.

— Вау! — ахнула я.

— Он смешал их, — догадался Вейц, — чтобы накопители не бросались в глаза. Они отличаются, если приглядеться. И на ощупь другие. Материал-то не из этого мира. — Он перебрал все футляры и обнаружил еще три накопителя. — Еще есть?

Я заглянула в сейф, перерыла документы, вынула флешки и диски, но дискет больше не было.

— Нет.

— Значит, это все.

Вейц стал включать накопители один за другим. Они содержали, как видеоматериалы, так и аудиозаписи, а также зашифрованные данные, открыть которые могли только в Междумирье.

— Здесь! — вдруг сказал Шеймас, вглядываясь в мелькающие силуэты на волновом экране. — Нэим и Тальина тридцать лет назад.

Я поднялась и на непослушных ногах приблизилась к Шеймасу. Тальина была моложе и гораздо красивее, чего нельзя было сказать о Нэиме. Слева от видеозаписи мелькали строчки с данными на заснятых лиц, со временем и местом разговора. Шеймас покрутил встроенное в футляр колесико, и экран зазвучал голосами.

— Я все сделал. Палалии больше нет.

— Кто-нибудь выжил? — Тальина спросила это так, словно поинтересовалась, что сегодня на ужин.

— Королева с новорожденной принцессой на руках успела активировать свою телепортационную капсулу. Я перенастроил ее курс в отдаленный мир с медленно развивающейся расой. Там она проведет остаток своих дней или часов. Если для тебя это важно, я могу убить их.

— Их будут искать?

— Я все устрою так, что их не найдут.

— Тогда пусть живут. Не рискуй. Все равно на этом история мерзких палал окончена!

— Выключи, — попросила я, ощутив тошноту. — Не могу это слышать.

Выскочив из комнаты, я кинулась в ванную. Не снимая платья, открыла холодную воду и залезла под душ, пытаясь смыть с себя несуществующую грязь. Успокаиваясь и сдерживая слезы, я простояла под струей воды, пока не замерзла. Перекрыв кран, сняла с себя мокрое платье и укуталась в полотенце, потом села на бортик и еще долгое время молча сидела, дрожа и стуча зубами. Конечно, это не заветная мечта начать медовый месяц с подобной находки, но это самый дорогой подарок, который я могла получить.

Дверь отворилась, на пороге появился усмехающийся Шеймас. В руках он держал тюбик с интимной смазкой и резиновый фаллос.

— Что это? — сквозь смех спросил он.

Я уже и забыла об этом нелепом подарке подруг на мой последний день рождения. Я закинула его в ящик комода и вскоре забыла. Зато Шеймас уже все везде разнюхал.

Я тоже засмеялась.

— Клянусь, я им никогда не пользовалась. — Я встала и, подойдя к Шеймасу, забрала у него находку. Повертев игрушку в руке, бросила ее в ванную, а гель вернула мужу. Подтянувшись на носках, шепнула ему на ухо: — А это тебе сейчас пригодится.

Шеймас звучно сглотнул.

— Ты уверена?

— У нас, как-никак, брачная ночь. Или нам что-то мешает провести ее тут и вернуться в Трейс чуть позже?

Глаза Шеймаса блеснули дьявольским огоньком.

— Если в радиусе пяти километров появятся аглы или их техника, ключ нашего свейха засигналит. Успеем убраться.

Я отпустила полотенце, которое скользнуло по моему телу и упало у наших ног.

— Тогда чего мы ждем? — Я ноготком провела по щеке, шее и оголенной части груди Шеймаса и, обойдя его, двинулась в комнату.

Вейц как раз закончил прибирать все, что было раскидано, и просматривал данные накопителей, сидя на кровати. Я гибкой походкой приблизилась к нему, забрала и отключила электронные носители, отложила их на прикроватную тумбочку и коленями уперлась в постель, раздвинув ноги. Склонившись, языком провела по губам Вейца, и его руки нерешительно легли на мои бедра. От нахлынувшего возбуждения он тяжело задышал. Я одарила его поцелуем, после чего губы Вейца изучающе прошлись по моей шее, зоне декольте и груди. Остановившись на сосках, Вейц стал посасывать и покусывать их, с силой сдавливая мои бедра пальцами. Выгибаясь и постанывая, я чуть откинула голову и заметила замершего на пороге комнаты Шеймаса. Он держал в руке наполовину наполненный прихваченным из клуба коньяком стакан и, медленно потягивая его, зачарованно наблюдал за происходящим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍