Klea - На лезвии ножа

- Нет, - кричит обезумевшая мать, а детский плач вторит ей. - Только не Гарри, пожалуйста, не надо!

- Отойди прочь, глупая девчонка. Отойди и, возможно, ты сохранишь свою жизнь. Прочь, говорю тебе.

Но женщина продолжает крепко прижимать малыша к себе и срывающимся голосом повторяет раз за разом:

- Пожалуйста, только не Гарри… Убейте лучше меня, меня… Только не Гарри, пожалуйста, пожалуйста…

Кажется, она не слышит, как с губ убийцы срывается:

- Авада Кедавра!

Женщина падает замертво, все еще пытаясь укрыть сына собственным телом, но это получается плохо. Большие зеленые глаза ребенка смотрят на убийцу своих родителей. Его рот открывается в жутком крике, а мордашка мокрая от слез. Сколько слез может вмещаться в этом маленьком тельце, как долго еще он может кричать? Волшебнику в черной мантии недосуг это проверять. Кончик его палочки направлен прямо в лоб мальчика. Снова звучат два смертельных слова, и все окутывается зеленым светом. Это так больно, что малыш не может проронить больше не звука, лишь как рыба, выброшенная на берег, молча открывает ротик. Дальше на смену зелени приходит тьма, а вместе с ним голос:

- Поттер! Давай, просыпайся, не фиг разыгрывать из себя спящую красавицу. Очнись, я говорю!

- Малфой, не трогай его! - раздается другой более резкий голос. Он неприятен, он режет слух.

- Хочешь, чтобы твой друг сдох, как собака, или еще больше сошел с ума?!

- Ты не врач, его нужно отнести к мадам Помфри!

- И заложить твою подружку, которая швыряется темными проклятьями в доверившихся ей? Еще немного, и я начну ее уважать. Так долго обхаживать Нашего Героя, чтобы, наконец, угробить его на радость Волдеморту.

- Кто бы говорил! - неприятный голос зазвучал радостно, что придавало ему еще большую резкость, которая царапала внутренности и заставляла хотеть вернуться обратно, к тишине. - А откуда ты знаешь, что это темномагическое заклятье?

- У меня было хорошее домашнее обучение, - презрительно ответил тот, другой, тот, что разбудил, что докричался. - Эй, кто-нибудь, уберите этого умника, пока я его сам не пришиб.

Послышались звуки борьбы, но вскоре все затихло, остался лишь голос:

- Слушай меня, Поттер. Все, что с тобой происходит, это лишь воспоминания, но они ложны. Ты ни в чем не виноват, ни в чьей смерти, ни в чьем преступлении. Я не буду говорить, что ты чист, как агнец небесный. Уж можешь мне поверить, ты редкостная заноза в заднице, но в тех кошмарах, которые ты сейчас видишь, ты не виноват. Так что тащи свою прелестную попку обратно и прекрати пугать и без того пуганую общественность. Ты же не хочешь, чтобы твоя любимая грязнокровка села в Азкабан по обвинению в твоей смерти? Или ты желаешь долгой жизни Волдеморту? Так что двигай обратно. Слышишь меня? Возвращайся.

Чья-то рука коснулась шеи, приподнимая голову. Тонкие холодные пальцы коснулись татуировки и начали медленно поглаживать ее, словно пытаясь на ощупь разглядеть контуры рисунка. Внезапно Гарри стало тепло и даже жарко. И он услышал в голове другой голос. Он говорил: «Малыш, не уходи, пожалуйста. Еще не время. Не оставляй меня, или возьми с собой».

- Сириус! - тихо произнес Гарри, или ему показалось, что произнес, так как тут же его настиг дикий кашель. Все его тело согнулось от боли, но чьи-то руки не дали ему свернуться калачиком и снова провалиться в спасительную тьму. Кто-то навалился на него всем телом и прижимал к полу до тех пор, пока приступ не кончился, и боль не отступила. Только тогда Гарри не без усилия открыл глаза и первое, что он увидел, это внимательные серые глаза.

- Драко, - тихо, одними губами прошептал гриффиндорец, боясь говорить громче, чтобы не разбудить только что затихший кашель. - Что произошло?

- На тебя наложили Каинову печать. Это одно противнейшее заклинание из серии малоизвестных, а посему не запрещенных. Жертва падает бездыханной, а потом видит самые кошмарные воспоминания из своего прошлого.

- Дементоры…

- Да, эффект похожий, да и результат примерно тот же, только много быстрее. Если сердце проклятого не останавливается в ближайшее время, то он просто сходит с ума. А потом он может быть и опасен, потому что некоторые впадают в банальную истерику, а кто-то начинает убивать всех, по его мнению, виновных. Тут, как и во всех темных проклятиях, многое от человека зависит. И я не совсем уверен, что в таком случае мог выкинуть ты.

- Кто… - Гарри не мог говорить длинными предложениями, да и вообще говорить у него получалось с большим трудом, но Драко его понимал с полуслова.

- Кто наложил? Твоя красавица Грейнджер. Уж не знаю, чем ты ей так досадил, но впредь ссориться с ней не советую, - ухмыльнулся Драко, все еще возлежащий на полураздетом гриффиндорце, чтобы слышать все, что тот мог сказать. Отвечал он так же тихо, так что их разговор вряд ли кто слышал.

- Откуда… Позови…

- Не стоит, я и без того могу сказать все, что понял из ее рыданий. Это заклинание подсказал ей Поэнари, только вот о последствиях не поведал. Или солгал. Так что у вас, мой Лорд, появился новый противник.

- Я должен…

- Да, должен разобраться, но завтра. Сегодня вы не в лучшей форме, милорд. Так что закрывайте глаза и постарайтесь поспать. Не бойтесь, никаких кошмаров, я позабочусь. Верьте, на это моих сил и способностей хватит.

И Гарри послушался. Его глаза закрылись, и он заснул. И снова снилось ему море, и корабль, покачивающийся на волнах, который, не торопясь, нес его к горизонту…

* * *

Проснулся Гарри лишь на следующий день. Драко рядом уже не было и это было хорошо, потому что подле его кровати сидел напряженный Рон. Если эта пара собиралась вместе, то спать под аккомпанемент их перепалок способен только мертвый или смертельно уставший человек. А так юноше дали отдохнуть хотя бы до полудня.

- Доброе утро, Гарри. Как ты себя чувствуешь? - спросил Рон, подсаживаясь к нему на кровать.

Гарри прислушался к себе и понял, что все в порядке, от вчерашней боли ничего не осталось, лишь легкая слабость говорила о том, что все происходящее не было сном.

- Нормально, - ответил он и увидел, как друг облегченно вздохнул.

- За одно это я готов вымаливать прощение у Малфоя за все, что когда-либо ему наговорил или сделал.

Гарри вытаращил глаза на Рона.

- Неужели все было так… - он не сразу смог подобрать слова, но Рон сделал это за него.

- Страшно? Да, именно так. Когда ты упал и стал задыхаться, мы не знали, что делать. Все так перепугались, а Гермиона, которая всегда все знает, стояла там столбом и лишь покачивалась, словно находясь в трансе.

- Почему она это сделала? - задал Гарри волнующий вопрос.

- Она просто хотела тебя превзойти, - потупил глаза Рон. - Кажется, ей было трудно смириться, что кто-то знает больше нее. А ты все время удивлял ее новыми заклинаниями, и она не понимала, откуда ты берешь свои знания. Ведь ты не так часто корпишь над книгами, ты активен, тогда как она просто зарылась в библиотеке.