Мой хозяин-2 (СИ) - Ковалевская Алиса

Ознакомительный фрагмент

Вандора я увидела, едва мы вошли в дом. Одетый, как обычно в чёрное, он встретил нас с Артуром при входе в гостиную и, лишь бегло мазнув по мне взглядом, обронил:

— Собирай вещи. Быстро.

Разум мой отказывался понимать происходящее. Думать о том, что он имеет в виду, у меня уже не было сил. Судя по отчуждённости его тона, по тому, как холодно блестели глаза… У меня в горле встал ком, и я просипела единственное, что пришло на ум:

— Ты меня отпускаешь?

Он вновь посмотрел на меня. Как-то очень странно, внимательно, так, что у меня сжались внутренности. Взгляд его проскользил по моему лицу, голым рукам, груди и опустился ниже, к ступням. Остановился на несколько мгновений, а после опять поднялся к лицу.

— Нет, — отрезал он и, развернувшись, направился к своему кабинету.

— Вандор! — вскрикнула я и бросилась следом. Ждала, что Артур остановит меня, но делать этого он не стал. — Вандор! — догнав, вцепилась в его руку. Дёрнула на себя.

— Сука! — зашипел он и перехватил мою руку за запястье.

Глаза его стали тёмными, а лицо немного бледным. Оттолкнув меня, он выпустил мою кисть. Я вспомнила о выстрелах, о Матвее, о том, как Вандор смотрел на меня в ту ночь, у машины…

— Разве я неясно сказал тебе, чтобы ты собирала вещи?

— Ты считаешь, я замешана в случившемся? — вместо того, чтобы ответить, едва борясь с истерикой выкрикнула я.

— Иди собирай вещи, — повторил он и вновь собрался развернуться, но я остановила его.

— Послушай меня! — всхлипнула я, уцепившись за полу его рубашки. — Я…

— У меня нет времени тебя слушать! — резко оборвал он меня. — Тем более, всё, что мне нужно, я и так знаю.

— Что ты знаешь?! — Я снова дёрнула его. Слёзы, беспомощные и злые, таки брызнули из глаз. — Я понятия не имела… — С губ сорвался всхлип. — Почему я должна собирать вещи, Вандор?! Ты снова решил меня кому-нибудь подарить?! Кому теперь?! Один, второй, третий… Почему каждый считает, что может пользоваться мной, словно разменной монетой?! Захотел — подарил, захотел — передарил… — Шумно дыша, я уставилась на него. Разжала пальцы, отступила на шаг.

— Ты закончила? — холодно осведомился он и, не дождавшись от меня ответа, продолжил: — Запомни, Милана: ты принадлежишь мне. И забрать тебя я не позволю никому.

— Так ты же сам… — Я вглядывалась в него, пытаясь уловить хоть что-то, хоть единую зацепку. О чём он думает?! Что у него в голове?! Как он чувствует?! Что?! Это как тогда, с охранниками? Ради того, чтобы преподать мне урок? Но не слишком ли уже это?! Сумасшествие какое-то… Устроить похищение у собственного отца, чтобы… Нет… — Ты же… — Облизала я соль с губ.

— Иди собирай вещи, — сказал он снова и скрылся за дверью кабинета, оставив меня в полнейшей растерянности, с ворохом растрёпанных мыслей и полнейшим непониманием, что вообще происходит.

Вандор

Отдав последние распоряжения, я посмотрел на часы. Времени почти не осталось, но нужно дождаться Алекса. Стэллу он забрал ещё утром, но в сложившихся обстоятельствах обойтись без его помощи я не мог. Мой отец не из тех, кто спускает подобное на тормозах. Хорошо, что удалось обойтись без потерь и со стороны его людей, и со стороны моих. Правда не уверен, что для него это, в отличие от меня, имеет значение.

В десятый раз мысленно прокрутив всё, что нужно было сделать перед отлётом, я убедился в том, что ничего не упустил. Банковские счета, передача текущих дел, документы. Последнее волновало сильнее всего, однако и тут прошло гладко.

Я опять посмотрел на часы. Минуты таяли одна за другой, но механизм был уже запущен, и изменить что-либо существенно они уже не могли. Стоило мне увидеть заплаканную и растрёпанную Милану, и последние сомнения растворились. Не будет она принадлежать никому, кроме меня. Не отдам её никому: ни отцу, ни этому ублюдку Кондратьеву, ни черту лысому! Оставил бы всё как есть — свихнулся бы к чёртовой матери! Её голые ступни, мягкие волосы. И глаза… Эти синие глазищи, полные непонимания. Как будто я понимаю, что, блять, творю!

Почувствовав, напряжение в паху, я поспешил отогнать от себя эти мысли. Главное — не пускать её близко. Из-за неё я потерял троих своих ребят, из-за неё я однозначно нажил себе крупные проблемы… Не хватало ещё окончательно потерять голову!

Телефон внутренней связи ожил. Взяв трубку, я выслушал сообщение от дежурившего у ворот сотрудника службы безопасности о том, что приехал Алекс и, приказав пропустить его, стал ждать.

Алекс появился на пороге кабинета спустя буквально несколько минут. Швырнул на стол два паспорта и, не здороваясь, процедил:

— Ты вообще в своём уме?

— Абсолютно, — взяв один из паспортов, ответил я. Открыл страницу с фотографией и, пробежавшись взглядом по имени, отложил в сторону. Посмотрел второй.

— Сомневаюсь. — Алекс присел на угол стола. Достал из кармана коробочку и протянул мне.

На тыльной стороне его кисти красовались две глубокие свежие царапины. Забрав коробку, я бросил на него вопросительный взгляд, но он его проигнорировал и продолжил всё так же резко:

— Какого дьявола, Вандор?! Объясни мне! Ради чего всё это?! Ради девки, которая…

Он, конечно же, был прав, и я это отчётливо понимал. Умом понимал! А толку?! В любом случае отматывать обратно было поздно, да и появись у меня такая возможность, я бы этого не сделал. Отдать Милану щенку Кондратьева? Да пусть только попробует ещё раз к ней прикоснуться — остаток жизни под себя ходить будет. А отец, без сомнений, пойдёт на принцип. И не только для того, чтобы сгладить острые углы в отношениях с деловым партнёром. Появление Миланы в кабинете лишь подтвердило мои догадки. Отец понял — она стала для меня чем-то более глубоким, нежели простая девка из питомника. А это было уже слишком. Даже по моим собственным меркам это было слишком, отец же…

Алекс замолчал и теперь просто смотрел на меня, как на последнего кретина. Да я и был последним кретином, поставившим на кон собственную размеренную жизнь. С другой стороны, пойми отец, насколько помешан я на девчонке… И не отправь я её к нему, ничего бы не изменилось. Возможно, месяц-второй-третий мне бы удалось не светить её, после же обязательно всё всплыло наружу. Вопрос лишь в том, что бы в таком случае предпринял отец. Трахать девчонку из питомника — одно, а вот пустить её в свою комнату, свою постель, позволить свободно разгуливать по дому и водить её по ресторанам — это уже серьезно.

— Ты закончил? — осведомился я. Захлопнул коробочку и убрал в карман.

— Да иди ты к чёртовой матери! — поморщился он и махнул рукой.

— Думаю, твоё пожелание вполне может осуществиться, — невесело усмехнулся я. — Знаешь же моего отца…

Мрачная ухмылка Алекса была красноречивее всяких слов. Сунув руку в карман, он вытащил связку ключей и, подкинув на ладони, бросил в меня.

— Можешь пожить в моём доме, — сказал он, когда ключи оказались у меня в руках. — Места там немного — пара спален и гостиная, зато до моря рукой подать. К тому же, о нём никто не знает.

— Спасибо. — Я убрал ключи в тот же карман, что и коробочку. Взглянул на часы. Минут десять ещё есть.

— Если что-то понадобится… — Алекс хлопнул меня по плечу и направился к двери.

Кольца, паспорта, дом на побережье Средиземного моря… Впрочем, было ещё кое-что. Не столь существенное, но…

— Алекс, — остановил я друга и, когда тот, обернувшись, вопросительно приподнял бровь, отдал ему тонкую папку. — Это бумаги из питомника. На девчонку, что я тебе отдал.

Он глянул на меня, на протянутую папку и, взяв, хлопнул ею по бедру. В глазах появился недобрый огонёк.

— Юра осматривал её несколько дней назад, — проговорил я и тоже направился к двери. — Будь с ней помягче, ладно?

— Как получится, — бросил Алекс, и вместе мы вышли из кабинета.

От идеи лететь бизнес-классом пришлось отказаться, потому как затеряться среди толпы было разумнее. Оказавшись среди гущи людей, я крепко стиснул запястье Миланы и повёл её на пограничный контроль. Рядом, на расстоянии нескольких метров, шёл Артур и еще один сотрудник службы безопасности. Больше людей брать с собой я не стал, чтобы не привлекать лишнее внимание. В десятке метров от турникета я придержал Милану за локоть и, достав из кармана коробочку, открыл её. Вынул кольцо и надел его на безымянный палец её правой руки.

Конец ознакомительного фрагмента