Celice - Скажи мне, что ты меня

- Это… изумительно! - прошептала Лили и вдруг ухватила его за черные уши, почесывая за ними. Пес вначале возмущенно дернулся, но вот уже сомлел и прикрыл глаза от удовольствия.

- Позер, - засмеялся Ремус, шлепнув собаку по заду.

- А кто ты, Джеймс? - Лили взволнованно посмотрела на своего парня. Тот слегка смутился.

- Ну… я олень.

- Правда?!

- Мерлин, Сохатый, надо было нам встречаться в лесу… - пробормотал Рем, успев отскочить в сторону, в то время как Джеймс обращался серебристым оленем. Он склонил голову к Лили, которая, обомлев, протянула руку и робко погладила его по голове, меж рогами.

- Красота какая…

Сириус ехидно вскочил на задние лапы и передней врезал оленю по шее. Тот фыркнул и негодующе поглядел на радостного пса, возмущенно топнув копытом.

- А Питер кто? - оживленно осведомилась Лили, все еще изумленно наблюдая за ними.

- Крыса, - Рем ухмыльнулся, следя за тем, как Сохатый легонько боднул пса в бок.

- Поразительно… Вы понимаете, что это высшая магия?

- Конечно, понимаем, - Джеймс моментально снова стал человеком и плюхнулся на кровать рядом с Лили.

- Говорят, у анимагов появляются повадки тех животных, в которых они превращаются, это правда? - Лили прильнула к Поттеру, который тут же ее обнял.

- Да, - оживился Рем. - У Сириуса смех стал похож на лай!

- Что? - Блэк тоже перевоплотился, возмущенно уставившись на покрасневшего Люпина. - Ты мне не говорил!

- Но это же правда! - захохотал Джеймс. - А Пит постоянно тырит еду, как вечно голодающая крыса!

- А ты? - девушка посмотрела ему в глаза.

- А у него, вероятно, скоро появятся рога, - злорадно вставил Сириус. Рем пихнул его в бок, но Лили рассмеялась, и Джеймс, возмущенный словами друга, чуть оттаял.

- Ребята, вы просто потрясающие, - искренне заметила Эванс, улыбаясь.

- Не пытайся льстить… Лили, - хмыкнул Сириус, сев рядом с Ремом на ковер у его кровати.

- Черт, Джеймс! У нас же обход!

Они подскочили с кровати и дружно бросились вон из спальни.

- Странно, они похожи, - хмыкнул Сириус, обнимая Рема за плечо. - Ну вот, а ты боялся!

- Я же не знал, что Лили такая же сумасшедшая, как и ты, - улыбнулся Ремус, утыкаясь носом в его грудь.

- Вот еще! Не надо нас сравнивать!

- Ты такой смешной… - шепнул Люпин и, не дожидаясь ответа, поцеловал его.

*

- Муни, иди сюда!

- Что такое?

- Иди!

Сириус за руку вытащил Ремуса из зала, полного людей, столиков, праздничных хлопушек… Он тянул его дальше по коридору, пока они не оказались в довольно безлюдном месте, небольшом коридорчике недалеко от главной лестницы.

- К чему такая таинственность?

- Просто хотел побыть с тобой наедине, - жизнерадостно признался Блэк, с силой впиваясь в мягкие губы Рема. Люпин обхватил его руками за шею, возвращая поцелуй и чувствуя, как его спина вдавливается в каменную стену.

- Ты сумасшедший… - едва слышно проговорил он, откидывая голову назад.

- Я помню, - улыбнулся Сириус, облизнув нижнюю губу, заставляя тем самым Ремуса почувствовать слабость в ногах. - Это тебе…

Парень не сразу понял, что ему протягивал Блэк, но тут заметил в его руке какие-то цветные бумажки, которыми он игриво помахивал.

- Что это такое?

- Как ты любишь задавать вопросы… Прочти, - Сириус отдал ему их, отступая на шаг и сунув руки в карманы джинс, которые не променял даже сегодня на что-то более официальное. Рем смотрел на бумажки, пытаясь прогнать туман от поцелуев из головы. Потом изумленно вздернул голову, уставившись на невинно ухмыляющегося парня.

- Мы летим в Париж?

- Не только, просто с Парижа мы начнем. Я взял нам тур по Европе, - довольно поделился Сириус.

- Но… У меня нет слов…

- Просто кивни, мне этого достаточно, - пожал плечами тот. Рем завороженно уставился на билеты. Вот так сюрприз.

- Все как мы мечтали, Ремми, помнишь? Кафе, поцелуи, дворцы… - зашептал Сириус, снова приблизившись. - Все оказалось проще, чем мы могли надеяться. Мы не можем упустить такой шанс.

Рем машинально кивнул, стискивая свободной рукой его пальцы. Он только днем размышлял, что сегодня их последний день в школе, последний вечер, завтра уже не будет безопасного места, они окажутся в мире, где творится черт знает что. Но оказывается, пору безмятежности еще можно продлить. Сириус уже целовал его в шею, скользя пальцами под рубашкой.

- Перестань… Сейчас Дамблдор начнет вызывать… вручать… Сириус…

- Мы успеем…

Глава 22.

- Нет, я хочу послушать.

- Мерлин мой, да что там слушать? Он поет, как Джим в ванне!

- Не передергивай! Сохатый фальшивит, а этот - нет.

- Не собираюсь я слушать какого-то бездарного французишку, который не в состоянии пропеть правильно семь нот!

- Сириус, ты можешь говорить тише…

- Ты полагаешь, он знает английский?

- Ты просто невыносим.

Переругиваться, гуляя по улицам Парижа, за последнюю неделю стало их традицией. Сириус капризничал или, наоборот, сверкал энтузиазмом, но Рем настолько привык к такой частой смене настроения любимого, что уже давно ничему не удивлялся. Например, сейчас Сириус совсем не желал слушать песню уличного музыканта, хотя Рему нравился этот красивый напев.

Они остановились в одном старинном, небольшом отеле на площади Вогезов. Квартал был насыщен достопримечательностями, и Ремус радостно посетил практически все музеи, дворцы и парки в округе, не говоря уже о Лувре. Он за руку тащил скучающе оглядывающегося Сириуса по картинным галереям и королевским апартаментам, с веселым оживлением он сообщал парню исторические подробности или занимательные факты, но Сириус только улыбался и не проявлял никакого энтузиазма.

Потом до Люпина дошло, что тот бывал в Париже, наверное, уже раз сто и слышал все эти экскурсии и истории столько же. Он слегка сник и на вопросы парня отвечал уклончиво. Но когда Сириус, наконец, докопался до сути, он со смехом обнял парня.

- Ремми, я тут ежегодно бывал. Но я готов пройти каждый музей еще хоть тысячу раз, только бы видеть твое лицо и то, как ты восхищаешься там даже углами!

Рем проворчал, что углы ему вовсе не интересны, но был доволен.

Через неделю они полетели в Италию, где за несколько дней объездили массу городов: гуляли по спускам Сан-Марино, фотографируясь в идиотских позах и прыжках, дурачились на траве у башен Пизы, катались на гондоле в Венеции, смутив своими поцелуями гондольера, бродили по Собору Св. Петра в Риме. Рем поражался архитектуре, Сириус без конца поддразнивал его... Они ужинали в маленьких ресторанчиках, хотя однажды Сириус затянул его в солидное заведение, где мясистый тенор блестяще исполнял отрывки из разных опер, неспешно двигаясь меж столиков.