Ида Кайзер - Возможная Жизнь

Габриэлла Андроус была моим роком. Человеком, который мог окончательно сломать меня или же наоборот – возродить. Но чтобы она не чувствовала ко мне, она уже сделала свой выбор. Или его сделали за нее.

Шагая босым через непроглядную серую занавесу тумана, я ощущал внутри себя странную тревогу и страх. Я уже знал, что больше никогда не смогу увидеть Эон. Эта девочка являлась единственным лучиком света этого пугающего места, но холод, который был в моей груди, говорил, что ее нет здесь. Она ушла, а может просто растворилась в пустоте пространства. Ответа на этот вопрос мне не найти. Но я все равно продолжал шагать вперед, в попытках отыскать что-то, чего и сам не понимал.

Тихий свистящий гул донесся до меня. Он звучал где-то впереди, и я пошел на него, как на единственный указатель верного направления. Но каждый мой шаг не заставлял его звучать громче. Приближение не усиливало звука.

Остановился я только тогда, когда увидел перед собой темный силуэт. Его очертания были расплывчатыми. Линии неясными. Но я все равно оставался уверенным, что это была она. Та, ради которой я очутился здесь.

-Габриэлла. Теперь я смог отыскать тебя. Настоящую тебя – внутри стало спокойно, но горечь смешалась с этим чувством. На глаза навернулись слезы, но я улыбался. Мое путешествие было закончено, но я не знал, что получу в конце.

-Габриэлла… – имя как молитва сорвалось с губ. Я видел ее. Теперь четко и ясно. Копну светлых развивающихся волос, белое платье, с пышной юбкой и длинным шлейфом. Даже черную розу, которую она держала в руке. Я видел все. Но не ее лицо.

-Прошу, скажи хоть что-нибудь! Не истязай меня хотя бы сейчас – по щекам стекали слезы. Я запрокинул голову, чтобы не пролить их еще больше.

 -Он пришел, Вернон – медленно развернув лицо, Габи посмотрела на меня через плечо. И ее гипнотически черные глаза тоже истекали водой. – Он пришел за мной.

-Кто он, Габи? Ответь же мне!

-Время пришло – из тумана появляются две сильные мужские руки и обхватывают спину моей любимой. Габи продолжает смотреть на меня, а эти руки затягивают ее внутрь непроглядной толщи окружающего меня пара. Я кричу ее имя и бегу на то место, где она была еще секунду назад. Но лишь одно единственное «прости», доносится до меня.

***

Я не знал как, но мне нужно было выиграть сегодняшнюю гонку. Ставки были уже сделаны. Колт не простит мне проигрыша. Слишком дорого он обойдется ему. А значит и мне.

Проснувшись утром следующего дня, и не найдя пропущенных вызовов ни от Роба, ни от Габи, я не стал звонить им. Чтобы не случилось после того, как они вышли из моей квартиры, я знал, что мои обязанности никуда не исчезли. Поэтому попросив ребят в автомастерской напоследок проверить мою ласточку, я проконтролировал весь процесс, а потом отлеживался еще полдня. Когда пришло время, я наглотался обезболивающих и снял повязку с руки, которая фиксировала ее положение. Спрятав гипс под кожаной курткой, я нацепил на глаза темные очки и надел на голову капюшон толстовки, пряча свое побитое лицо.

Спускаясь вниз, я хотел попросить кого-нибудь, чтобы они довезли меня, потому что напрягать руку без видимой на то причины было глупо. Но смысл просьбы отпал сам собой, когда я обнаружил, что все работники мастерской вместе с моей машиной пропали. Кроме появившегося Роба там не было никого.

-Что это значит? – я был зол. Я знал, что он попытается отговорить меня, но не ждал чего-то подобного.

-Ты никуда не поедешь! – решимости ему было не отнимать.

-И кто это решил?

-Я. И если хочешь, то и она тоже. Габриэлла мне все рассказала. Она так же освободила тебя от долга. Сегодняшняя гонка последняя.

-Сегодняшняя гонка? – я сощурил глаза, подозревая.

-Никто не узнает, что в машине будешь не ты. Остальное детали – не обращая внимания на боль, я двинулся на парня, хватая его здоровой рукой за вырез футболки и дергая на себя.

-Кто будет за рулем вместо меня? Кто?!

-Я не знаю. Она сказала, что решит эту проблему. Что ни мне, ни тебе не стоит волноваться. Твоя машина прибудет первой – оттолкнув его, я быстрым шагом направился к выходу.

-Вернон, куда ты собрался? – не отставая, следовал за мной.

-Я еду туда. Никто не будет делать мое дело вместо меня!

-Не позволю! – преградив мне путь собственным телом, он встал в небольшом дверном проеме и выставил руки вперед.

-Не позволишь? А ты имеешь какие-то права, чтобы что-то запрещать мне? – надвигаясь на него, остановился почти вплотную с парнем. – Наверное, мне следует напомнить, как вы со Слимом оба отошли в сторону, когда на родителей Джея свалился весь груз его долга. И как я в одиночку решился помочь им. Как не побоялся запачкаться во всем том дерьме, в которое он заплыл из-за девчонки! – я кричал и сгорал от обиды и злобы, которые не давали покоя все то время, которое мой друг пролежал в холодной земле. – Где ты был тогда, Роб? – ударил его кулаком левой руки в грудь. – Где ты был?! – я продолжал наносить удары, но глаза наполнялись слезами.

-Я знаю – он не уклонялся от ударов. Его голос был пропитан сожалением и чувством вины. – Знаю. И не думай, что я не корил себя все это время. Но когда ты мог бросить все и рискнуть своей жизнью, у меня не было такой привилегии. Отец никогда бы не стал оплачивать мое обучение, погрязни я. А моя мать не справилась бы в одиночку. Она не умеет заботиться о себе. Она сломалась после развода. У нее не осталось никого кроме меня. А Слим… Он до сих пор боится жить вне стен своей квартиры. Не только тебе больно, Вер. После смерти Джейсона никто из нас не остался прежним – я не мог проглотить образовавшийся в горле ком, как и взглянуть в глаза друга. Я знал, что плачу сейчас не один.

-Но если мне придется быть жестоким, для того, чтобы уберечь тебя, я сделаю это. Потому что я не могу потерять еще и тебя, брат. Не снова. И не по той же причине! – замерев на долю секунды, медленно поднимаю голову.

-О чем ты говоришь?

-Считаешь, что я не вижу ничего? Сейчас ты напоминаешь мне его. Того Джея, в которого мой друг клялся не превращаться. Чтобы Габриэлла не сделала для тебя, это не изменяет того факта, что она виновна в нынешнем твоем состоянии. Из-за нее ты сейчас выглядишь не лучше потрепанной боксерской груши.

-Это не твое дело.

-Мое! Так же как и твоей семьи. Почему ты не навестил Эшли и Милли? Ты хоть представляешь, как они сейчас нуждаются в своем старшем брате? Живом и …