Мариэль. Замок в ипотеку

— Свейх.

Свейх! Тот самый, который Шеймас собирал много лет, чтобы однажды отправиться на поиски накопителя — единственной улики против губителей Палалии!

— Ты отдал его? — спросила я.

Шеймас кивнул.

— А что еще мне оставалось? Жизнь Вейца для меня важнее, чем наказание Нэима.

У меня снова защипало глаза. Стиснув зубы, чтобы сдержать слезы, я отдышалась и процедила:

— Я уничтожу его. Не знаю, как, но я сделаю это.

Шеймас нервно потер щетинистый подбородок и грустно усмехнулся:

— Знаешь, Мариэль, я ведь не хотел Вейца спасать. Тогда, в лесу. Собирался мимо пройти. Сколько помню, отец всегда был занят. Мы с Лу были предоставлены сами себе. Вернее, я сам себе. У Лу была любимая мамочка, преподаватели, тренеры, собственная свита придворных. Но отца ему заменял именно я. Или мне так казалось. Лу тянулся ко мне. Хотел быть похожим на меня, я чувствовал это. И способствовал его шалостям. Даже вопреки небольшой разнице в возрасте, я всегда был намного старше. Рано пришлось повзрослеть, живя под одной крышей с Тальиной. А Лу оставался ребенком. И я нес негласную ответственность за него. Заботился. Сослав меня в Трейс, Нэим лишил меня не трона, который мне был не нужен, не императорского величия. Он лишил меня целей, а одной из них был Лу. Наверное, именно эта потеря оказалась для меня самой болезненной. Я каждый день засыпал и просыпался с мыслью, что именно сегодня Лу придет за мной и скажет, что я свободен. А когда последняя искорка надежды угасла, я встретил Вейца. Что-то щелкнуло внутри меня. Словно Вселенная подала знак: «Шеймас, посмотри, это твой второй шанс!» Вейц стал мне другом, братом. Он любит меня по-настоящему, а не на словах, как Лу. Экспериментальная ошибка… — Глаза Шеймаса заблестели, и он отвел взгляд. — Будь проклят Орден! Но в этой экспериментальной ошибке больше человечности, чем во всех нас вместе взятых! Я позволял Нэиму издеваться надо мной, но не позволю трогать Вейца. Это была последняя капля. Хватит терпеть. Пора дать отпор.

— Что ты собираешься делать? — напряглась я.

Шеймас пристально посмотрел мне в глаза и зло прошипел:

— Убивать.

— Не горячись. Надо дождаться, пока Вейц придет в себя. Узнать, что он выяснил и какие условия поставил Нэим.

— У него одно условие — поработить нас.

— Но цель другая. Нэим злит нас, чтобы мы ответили агрессией. Это лишь усугубит наше положение, а его выставит жертвой обстоятельств.

— Ты поступай, как тебе подсказывает сердце. А с меня хватит! — Шеймас наклонился, крепко поцеловал меня в губы и встал.

— Остановись! — с мольбой попросила я, вцепившись в его руку. — Не надо, Шеймас.

— Я уже все решил, — он высвободился из моей хватки и, развернувшись, вышел из комнаты.

Тяжело вздохнув, я зажмурилась от усилившейся головной боли. На пороге появилась Гилья с подносом в руках.

— Сильное у меня сотрясение? — тут же спросила я.

Служанка поставила принесенную мазь и чистый бинт на тумбочку и ответила:

— Не нравится мне ваш тон. Что вы задумали, госпожа?

— Объявить войну миротворцам — самоубийство. Я не могу потерять Шеймаса.

— Я не пущу вас!

— А я не спрашиваю, — я встала с постели и пошатнулась от головокружения. — Позже мной займешься. Будь с Вейцом!

— Госпожа…

— Иди к Вейцу!

Я переоделась в рубашку и шорты и, борясь со слабостью и болью, спустилась вниз. Проходя мимо кухни, мельком глянула на лежащего на столе Вейца. Особых изменений в нем я не заметила. Но камни на его браслете сияли, значит, лечили.

Выйдя на улицу, я увидела, как Шеймас на скорости выезжает за ворота, оставляя за мотоциклом клубы пыли и песка.

— Мы пытались остановить его, палал! — сказал мне подошедший Эксул. — Упертый! Взял оружие и рванул в город.

— Давайте за ним! — Я взглянула на небольшой фургончик с облупившейся краской. — Ваш?

— Наш.

— Едем!

Уговаривать парней не пришлось. Как друзья Шеймаса они поехали за ним безоговорочно.

— Как вы нашли Вейца? — спросила я, когда мы уже ехали по пустоши. Мотоцикл Шеймаса давно скрылся из вида, но мы и так знали, куда ехать.

— Его оставили у дверей телепортационной зоны. Ребята с ночной смены подняли нас. Мы в госпиталь, а тот оцеплен. Вспомнили о Гилье и поехали к вам.

— Спасибо, — произнесла я. — Вы спасли ему жизнь.

— Он наш друг. Это даже не обсуждается.

Остальной путь мы ехали в безмолвии. Все были уставшими, невыспавшимися, расстроенными и злыми. В городе фургон остановился перед двухэтажным зданием с вывеской «Дом правосудия области зроу». Рядом с каменным крыльцом стоял припаркованный мотоцикл Шеймаса, а из самого здания донесся выстрел.

Я вздрогнула. Первой выскочив из фургона, я вбежала вверх по ступенькам и влетела в холл. Со второго этажа вниз спешили зроу — более солидные на вид, чем прислужники Нэима. Раздался еще один выстрел, и я помчалась на звук. Отыскав распахнутую дверь одного из здешних залов, я увидела стоящего посреди помещения Шеймаса. В обеих его руках было по бластеру. У хаотично расставленных игровых столиков валялось два трупа. Миротворцы, повыскакивавшие из-за них, прижались к стенам. Некоторые тоже нацелились на Шеймаса. Он снова занес руку, прицеливаясь, но я выскочила вперед и встала перед бластером.

— Нет, Шеймас! — заорала я.

— Это сделали они, Мариэль! И живыми они отсюда не выйдут!

— На их место придут другие! — Я не сдвинулась ни на шаг. — Это не выход, Шеймас! Так мы ничего не решим!

В зал медленно вошли парни из телепортационной зоны и другие зроу.

— Что здесь происходит? — спросил один из них.

Шеймас покосился на него через плечо и ухмыльнулся:

— И вонючий областной Совет здесь.

— Вообще-то вонючий областной Совет здесь работает! А что ты тут устроил, Саймус?! Давно за решеткой не сидел?!

— Да, я помню, как вы любите закрывать меня за то, что я избавляю область от этого дерьма!