Джилл Майлз - Джентельмены предрочитают суккубов

И это разбило мне сердце. Я крепче прижала к себе нимб и резко покачала головой.

— Нет, Реми. Я не могу позволить тебе отдать ему нимб.

— Ты не можешь отдать его Нитокрис, — возразила Реми. — Она превратит всех нас в своих рабов. Отдай мне нимб и позволь спасти Стэна!

— Он простой человеческий мальчик, — мурлыкнула Нитокрис позади меня, почувствовав мою слабость. — Ты не спасешь своего любовника вампира? Своего создателя? Твоя судьба связана с ним, в конце концов.

Я была вне себя от сомнений, когда услышала приглушенный болезненный стон Зэйна. Я не сомневалась, что королева станет пытать его, чтобы попытаться заставить меня передать драгоценный нимб ей. Даже при том, что у меня не было иного выбора, кроме как игнорировать это, я все еще находилась в нерешительности.

Реми схватила меня за руки, тем самым вступив в гонку за нимбом. Я не удержала нимб и он взлетел в воздух. На мгновение мир остановился, поскольку красивый яркий объект завис в воздухе. Я потянулась вверх и сомкнула пальцы на светящемся желтом круге, Реми же схватилась за него с другой стороны. Она с силой дернула нимб на себя, попытавшись выдернуть его из моей руки.

— Отдай его мне! — воскликнула она.

— Я не могу, — почти сквозь слезы ответила я. — Мы не можем отдать его никому из них.

— Я должна спасти Стэна, — проскрежетала Рэми сквозь стиснутые зубы. — Уриэль спасет Ноа, если мы отдадим ему нимб, я точно знаю.

— Откуда ты это знаешь? — крикнула я.

— Разве у нас есть другой выбор? — Реми снова дернула нимб, и я сосредоточилась на своих пальцах, удерживающих гладкую тонкую полосу.

А как же Зэйн? — прозвучал в голове вопрос. — Ты доверилась ему, а он раз за разом предавал тебя. Как ты можешь теперь думать о его спасение?

На мгновение я ослабила захват, Реми воспользовалась этим и резко дернула нимб. Он выскользнул из моих влажных от пота пальцев и Реми, не удержав равновесие, повалилась назад, на широкие каменные плиты храма.

Казалось, мир замер. Я беспомощно наблюдала, как она падает на землю. Нимб в руках Реми на миг взметнулся вверх и затем врезался в каменные плиты у ее головы.

Яркий светящийся круг взорвался мириадами сияющих звезд. Золотые частицы на мгновение замерцали, осыпаясь на Реми, покрыв ее золотой пеленой. Они начали постепенно впитываться в ее кожу, исчезая навсегда.

Реми с удивлением уставилась на меня.

Перешептывание, на секунду став громче, растворились в ветре.

Мое внимание привлекли дикие крики, преисполненные болью. Я оглянулась и увидела как Нитокрис и Уриэль вопят в агонии из-за утраты нимба. Тело патера свело судорогой, он упал на землю, ружье упало вслед за ним.

Королева выпустила Зэйна и спрятала лицо в ладонях, дрожа от бешенства.

— Ты смеешь мешать мне? — прошипела она, поднимая на меня кроваво-красные глаза. — Ты заслужила мою бессмертную месть.

— Эй, — слабо возразила я. — Это же не я разбила его. — Я указала на Реми. — Вот к ней и обращайся.

Королева зашипела на меня, демонстрируя самый большой набор острых клыков, который я когда-либо видела, и пронзительно завизжала.

— Это еще не конец!

На моих глазах из ее спины вырвались черные крылья — кожистая плоть и сухожилия, развевающая воздух. Это не походило на красивый каскад перьев, как у Зэйна, крылья королевы были чудовищными, кожистыми тварями, развернувшимися над ее головой. Она отшвырнула Зэйна на землю и рванула в небо, сопровождаемая толпой своих отморозков. Черный крылья заполнили все небо, на мгновение закрыв солнце.

Они ничего не оставили после себя, кроме кучек шелковых одеяний и одного одинокого вампира. Ноа и Стэн наблюдали за мной со стороны, развязывая друг другу руки и потирая запястья.

Я посмотрела вниз на Реми, все еще лежащую на каменных плитах, и протянула ей руку.

— Реми, ты в порядке?

— Кто?

Голос, ответивший мне, был глубоким, мужским и глухим, и определенно не принадлежал Реми.

— Э… Реми? — Моя кровь застыла в жилах, когда я взглянула в ее глаза. Они были ясными как стекло, и я видела как вспышки синего и красного оттенка сменяют друг друга. — Ты в порядке?

На моих глазах ее лицо на секунду исказилось, и глаза стали синими.

— Джекки? — ее голос был растерянным, она взяла меня за руку, поднимаясь на ноги.

— Что-то не так? Ты не походила на саму себя минуту назад. — От страха все внутри сжалось, но я заставила свои голос звучать небрежно.

— Я только половина себя, — ответила Реми, протягивая руки перед собой и уставившись на них, будто никогда не видела прежде. Ее глаза покраснели, когда она щупала свою грудь, и резко ударила себя по руке. — Эй! Хватит меня лапать!

Я с озадаченным видом оглянулась на Ноа.

— Ты знаешь, что происходит?

Реми дотронулась до своих волос, затем снова коснулась грудей, потом разочарованно на меня посмотрела.

— Я могу сказать тебе, что происходит. Он во мне, он занял мое тело!

— Кто в тебе?

— Иоаким, — решительно заявила она. — Нимб впитался в мое тело, когда разбился. Его сила — и его разум — теперь во мне. — Ее рука поднялась, чтобы коснуться лица, будто прощупывая незнакомую территорию. Ее рот слегка дрогнул от прикосновения пальцев.

— Господи, — ахнула я, в шоке поднося ладонь ко рту. — Ты в порядке?

Реми фыркнула, мрачно улыбнувшись.

— Пока мне не захочется посмотреть американский футбол и почесать себе промежность, я буду в полном порядке. — Она перешагнула через границы храма и, подойдя к Стэну, отряхнула его от пыли.

Я удивленно покачала головой. Полагаю, что позже Реми объяснит мне все поподробнее, когда у нее будет больше времени, чтобы приспособиться. Пока же нам нужно было выбираться отсюда.

Но… Мчаться к Зэйну? Мчаться к Ноа? Я с волнением посмотрела на двух своих мужчин. Ноа сидел на песке, прижав руку ко лбу и озираясь по сторонам.

Зэйн все еще лежал на песке.

Вина боролась с гневом и беспокойством о Зэйне. Я бросилась к нему, нежно приподняв его голову с песка. Из рваной полукруглой раны, куда Нитокрис вонзила свои клыки, стекала кровь, заливая ему шею. Она изгрызла его так, будто он ничего не значил, и от осознания этого по моей спине пробежал холодок.

Зэйн повернул лицо, его полусонные глаза поймали мой взгляд, он поднял руку, поглаживая меня по щеке.

— Я изгнан, Джекки. Изменник.

— Мы что-нибудь придумаем, Зэйн, — сказала я, но слова показались мне пустым звуком. Чувство вины пронзило душу. Как теперь ему быть? Каким бы лжецом и подлецом он не был, но я не могла отказаться от него теперь. Не тогда, когда он поставил на карту все ради меня.