Джилл Майлз - Джентельмены предрочитают суккубов

Я сделала несколько шагов вперед, крепко держа нимб и наблюдая, как все присутствующие пожирают меня глазами, а в голове крутился вопрос — и что же теперь? Кому я его отдам?

Пока меня одолевали сомнения, ад сорвался с цепи.

Королева схватила Зэйна и потянула к себе, ее клыки замерли в каком-то дюйме от его шеи.

— Отдай мне нимб, — прошипела она, — или я осушу твоего любовника до последней капли крови. Его плоть увянет, а душа станет повиноваться мне.

По тому, как побледнел Зэйн, я поняла, что ее угроза не пустой звук.

Щелчок взведенного приклада в другой стороне привлек мое внимание. Я взглянула туда и увидела, как Уриэль направляет ружье на Стэна.

— Принеси мне нимб, или убийство этого молодого человека тяжким бременем останется на твоей вечной душе.

— Ты не можешь убить его, — попыталась я блефовать. — Ты же ангел.

Он ни за что на свете не совершит того, что заставит его застрять на целую вечность в окружении таких, как мы.

Раздался щелчок еще одного взведенного курка, и мужчина из команды ангела взял Стэна на мушку.

— Нет, — согласился Уриэль. — Но один из моих последователей убьет его вместо меня.

— Нет! — закричала Реми, качая головой и пытаясь закрыть Стэна собой. — Оставь его в покое. Он ничего об этом не знает. Возьми меня вместо него.

Патер засмеялся.

— Зачем мне это, когда нужные рычаги у меня уже имеются?

— Джекки, отдай нимб Уриэлю. Даже если он и уничтожит меня… это не важно. — Спокойным голосом произнес Ноа и сел. Его красивое лицо было усеяно синяками и порезами, светлые волосы спутанными прядями свисали вдоль щек, но он по-прежнему оставался нечеловечески прекрасным. Точеный рот Ноа упрямо сжался, когда он посмотрел на меня. — Это — единственный логически-верный поступок, который ты можешь сделать.

Подчинившись звуку его голоса, я сделала несколько шагов по направлению к Уриэлю. Мне не хотелось, но противостоять прямому приказу моего создателя я не могла.

— Сделай что-нибудь, — прошипела королева Зэйну.

— Джекки, стой, — подчинился Зэйн.

Я остановилась всего в нескольких дюймах от границы храма. Что?..

— Не отдавай нимб ему, — произнес Зэйн напряженным голосом. — Отдай королеве.

Я повернулась и направилась в другую сторону, подальше от Уриэля. Моя рука уже протягивала нимб королеве Нитокрис. Черт побери, он был моим…

— Стой, Джекки!

Голос Ноа заставил меня остановиться. Ощущая свое полное бессилие, я повернулась, чтобы посмотреть на него. От противоречивых приказов я впала в ступор.

— Джекки, принеси нимб мне… и королеве, — добавил Зэйн в последний момент.

Я снова двинулась вперед.

— Стой! — потребовал Ноа еще раз.

Я подчинилась, теперь уже пребывая в чертовском раздражении.

— Да решите уже между собой в конце-то концов, — взорвалась я.

Я услышала, как Реми потрясенно выдохнула:

— Зэйн — ее второй создатель. Создатель вампир.

Она была еще тугодумней меня, но тем не менее, все же пришла к верному выводу. Внезапно я вспомнила…

Мужчина с темными волосами поцеловал меня в щеку, укладывая в мусорный контейнер. “Сладких снов, Принцесса”.

Зэйн стоит надо мной, когда я впервые встретилась с королевой вампиров. “Лучше скажи ей”. И я рассказала все, несмотря на свой страх.

“Ты всегда была особенной”, спорил он со мной, нагнувшись, чтобы поцеловать меня, когда мы вместе лежали в постели.

Я была такой дурой. Он был настолько искусным в сокрытии истины, что я даже не предполагала, даже и не мечтала…

— Ты придурок! — На глаза навернулись нежеланные слезы. — И это ты называешь, не лгал мне?

— Я никогда не лгал тебе по этому поводу, Джекки. — На лице Зэйна было торжественное выражение, когда наши взгляды встретились. — Ты никогда не спрашивала.

— Спрашивала, — возразила я, припоминая наш разговор в музее.

“— Слушай, а мы раньше не встречались? Твое лицо кажется мне знакомым. — Я не хотела, но все-таки спросила. — Не думаю, что ты болтаешься в темных переулках около ночных клубов, чтобы поприставать к пьяным глупым девочкам?

— Что?

— Ничего. Просто задалась вопросом, не ты ли был моим создателем-вампиром. Забудь о моем вопросе”.

Зэйн никогда сразу же не отвечал на мои вопросы. Он с улыбкой отвлекал меня, менял тему, а я была слишком взволнованна, чтобы это заметить.

— Я спрашивала, — возразила я, глядя на него. — А ты никогда не отвечал.

— Я дал тебе ответ. Просто не тот, который ты искала.

— Это совершенно не относилось к делу, и ты знаешь это, — закричала я, крепко сжав нимб. — Как ты мог так поступить со мной?

— Я никогда не лгал тебе, Джекки, — повторил Зэйн.

Я с трудом соображала.

— А про тех работорговцев?

Зэйн заметно стушевался, его рот смягчился, когда он посмотрел на меня.

— Это был единственный раз, Джекки. Клянусь тебе. Вспомни. Разве я когда-нибудь принуждал тебя делать что-нибудь, чего ты не хотела?

— Ты имеешь в виду что-то, помимо этой игры в “Светофор”, которую вы с Ноа заставляете меня играть?

Его голова дернулась в сторону, он окинул меня сердитым взглядом.

— Вспомни, Джекки.

Как ни странно, его повторяющиеся слова успокоили меня и ярость, овладевшая мной, отступила. Я вспомнила, как Зэйн целовал меня, как глядел на меня за мгновение до того, как я задремала после наших занятий любовью.

“Я никогда не буду заставлять тебя делать что-нибудь, чего ты не хочешь, Джекки”.

Я поверила ему. И расслабилась.

— Незаслуженное преимущество, — закричал Уриэль с другой стороны от меня, — не заставляй меня совершить то, о чем мы оба будем жалеть, Джеклайн! — Казалось, от бешенства он с трудом сохраняет рассудок.

— Джекки, — заговорили в один голос Ноа и Зэйн, и я сдала назад, отходя от границ храма.

Ударившись спиной о чье-то тело, я обернулась и уткнулась в красивое лицо Реми.

— Мне он нужен, — сказала она, указывая на нимб. — Отдай его мне.

В полном недоумении я прижала нимб поближе к себе, печальные шепоты эхом отозвались в моей голове. Когда она вошла на территорию храма?

— Реми, что ты делаешь?

— Он собирается причинить боль Стэну, а я не могу позволить ему сделать это. Мы попали в любом случае, по крайне мере позволь мне спасти Стэна. — Реми шагнула ко мне. — Я не смогу жить со смертью невинного человека на моей совести.

Реми была совершенна серьезна. Я сделала шаг назад, посмотрев на Зэйна. Его побледневшее лицо было перекошено, он не сводил с нас глаз. Покачав головой, закрыл глаза, готовясь к худшему. Больше он не будет пытаться влиять на меня.