Триша Телеп - Сверхъестественная любовь (сборник)

Раздался осторожный стук в дверь, и Грейс умолкла.

— Это ваша комната, — тихонько напомнил Наззар.

— Войдите, — сказала Грейс.

Вошел мужчина, который катил перед собой маленький столик на колесах с чайником, двумя чашками, сахарницей, кувшином со сливками и блюдом с печеньем. Когда он проходил мимо Грейс, она заметила у него на поясе короткий меч в ножнах.

— Сэр, ваша сестра предложила чай.

— Очень мило с ее стороны.

Мужчина поставил столик, улыбнулся Грейс и вышел.

Грейс налила две чашки чая.

— Полагаю, в вашем мире люди и чай не пьют? — поинтересовался Наззар.

— Чай мы пьем, — вздохнула Грейс. — Только не всегда его подает слуга, вооруженный мечом. Сливки?

— Сахар с лимоном, пожалуйста.

Наззар вернулся к нормальным размерам. Перья стали похожи скорее на шерсть, а лицо стало почти совсем человеческим.

— Куда деваются ваши перья?

— Я их преобразую для восполнения затраченной энергии. Подобные превращения даже мне даются нелегко. — Он опустился в кресло, взял пушистыми пальцами чашку из рук Грейс и пригубил. — Прекрасно. Благодарю.

— Я живу ради того, чтобы прислуживать.

Губы Наззара сложились в уже знакомую ей полуулыбку, и он сказал:

— Почему-то я сильно в этом сомневаюсь.

Грейс скользнула в другое кресло и сделала глоток потрясающе горячего чая, изрядно сдобренного сливками. По телу разлилось жидкое тепло. Вновь ее окатило магией Наззара, но она не одну милю пролетела, окунувшись в нее, и уже без протеста восприняла ее прикосновение. Она так страшно устала.

— Все это мне снится. Я проснусь, и видение растает. И я вернусь к своим незначительным обязанностям.

— А чем вы занимаетесь?

Грейс пожала плечами. Он наверняка знал об этом. Ведь клан, членом которого он являлся, в течение многих лет составлял картотеку на ее семью. Когда чем-то владеешь, обращаешь внимание на свое хозяйство. Возможно, он знал даже размер ее белья и то, какой степени готовности стейк она предпочитает.

— Почему бы вам самому не ответить на этот вопрос? — съязвила она.

— Вы специалист по подбору персонала и находите работу другим. Вам это нравится?

— Да. Порой скучновато и тяжело, но зато я помогаю людям.

— Вы не знали об обязательствах своей семьи?

— Нет. — Грейс снова наполнила свою чашку.

— Когда вам стало об этом известно?

— Три дня назад.

— Было ли это неожиданностью?

— Да, — призналась она. — О существовании магии я знала всегда. Едва родившись, я уже ее ощущала. Сначала мне говорили, что я необычайно чувствительное дитя. Потом, когда я подросла и смогла понять, что необходимо держать знания при себе, последовали более мудреные объяснения. Присутствовавшая в моем мире магия весьма незначительна. Например, я чувствую, что опоздаю на автобус. В школе я обычно предвидела, сколько баллов получу за тест, но ни разу точно не могла предсказать ничего более существенного. Если очень сильно сосредоточусь, то могу напугать животных. Однажды за мной погнался пес, я ужасно испугалась и сделала так, чтобы от меня удирал уже он.

Грейс снова отпила чаю и продолжала:

— Вот такие мелочи, главным образом бесполезные. Я полагала, что все, кто пользуется магией, действуют примерно как я: держат свои скудные способности в тайне. Никогда не предполагала, что люди могут летать в открытом небе. Или ходить по многолюдным аэропортам так, чтобы их никто не видел. Моя мама закупает ткани. Дядюшка — механик и очень любит оружие. Отец во всех отношениях абсолютно нормальный человек. Они с мамой развелись, когда мне было восемнадцать. Он руководит сменой в мастерской по ремонту колес.

Грейс опять принялась за чай. Мысли у нее затуманились, в мягком кресле было так тепло и комфортно.

— Когда дядя Джеральд рассказал мне эту дурацкую историю о кровном долге, я ему сначала даже не поверила.

— Что же вас убедило?

— То, что он был напуган. Дядя подобен скале во время бури: в стрессовой ситуации всегда сохраняет спокойствие. Я никогда не видела, чтобы он до такой степени потерял душевное равновесие.

Тут Грейс зевнула. Ее совсем разморило.

— Думаю, мама надеялась на то, что мне никогда не придется заниматься этим.

— Неудивительно, — тихо заметил Наззар. — Нас вечно подстерегают опасности. Полагаю, что любая мать непременно постарается оградить свое дитя от таких, как мы.

— Я бы тоже так поступила. — Грейс охватила дремота, она поставила чашку на стол и свернулась клубочком прямо в кресле. — Даже несмотря на то, что ваш мир такой…

Она смутно видела, как Наззар поднялся с кресла. Он взял ее на руки, и его магия укутала Грейс словно плащом. По идее, она должна была бы встревожиться, только сил у нее уже ни на что не осталось.

— Какой такой?

— Такой волшебный.

Он откинул полог и положил Грейс на кровать. Как только голова девушки коснулась подушки, она сразу отключилась.

Наззар вышел из комнаты и тихо закрыл за собой дверь. В прихожей ждал худощавый и жилистый Аласдейр, который застыл тенью, перекинув халат через руку. Наззар взял у него халат и набросил на плечи, избавляясь от последних перьев. Все тело у него саднило от изрядного количества затраченной за короткий промежуток времени магии. Даже идти было больно, словно он ступал по битому стеклу.

— Уснула? — спросил Аласдейр.

Наззар кивнул. Вместе они шли по коридору.

— Она симпатичная. Каштановые волосы и глаза цвета шоколада — недурная комбинация.

А еще она сохраняет спокойствие в стрессовой ситуации, умна и своенравна. Когда она смотрела на Наззара своими темными глазами, ему ужасно хотелось сказать что-нибудь умное или впечатляющее. К сожалению, в голову ничего не приходило. Похоже, глаза Грейс обладали способностью путать его мысли. В последний раз такое случалось с ним лет четырнадцать назад, когда ему было восемнадцать.

— Она тебе нравится, — констатировал Аласдейр.

Наззар тяжело взглянул на него.

— Лилиан говорит, что ты пытался казаться остроумным в машине. Я возразил, что ей, вероятно, примерещилось. В тот миг, когда ты попытаешься шутить, разверзнется небо и на Землю снизойдут Четверо всадников Апокалипсиса.

— Очень смешно. Ты удвоил караул?

Аласдейр молча кивнул черноволосой головой и остановился у лестницы. Наззар миновал его, направляясь в свои комнаты.

— Это правда? — вдогонку спросил Аласдейр.

— Что правда?

— Ты правда шутил с этой девицей?

Наззар продолжал свой путь.

— И она смеялась? — снова спросил Аласдейр.