Ида Кайзер - Возможная Жизнь

-Значит, не смотря на то, что ему преподнесли все на блюдечки с голубой каемочкой, он выбрал собственный путь?

-Что, проснулось уважение к этому парню?

-С чего ты взял? Я никогда не отрицал, что у него есть голова на плечах, но это не дает право поступать так, как он поступает – прищурившись, Слим внимательно посмотрел на меня. Это был тот самый взгляд, который заставлял меня выпрыгивать из собственной шкуры. Встав, я хотел немного размяться, но он усадил меня на место, применив силу лишнего веса.

-Эта одна из черт, которая сохранилась от тебя прежнего.

-Невероятно, что это до сих пор работает! И не ухмыляйся, бро. Это был грязный ход! – улыбнувшись, он покачал головой.

-Думаю, я могу сообщить тебе о нем еще кое-что, что заставит посмотреть на него другими глазами.

-Неужели? И что же это?

-В две тысячи седьмом году он взял под опеку мальчишку, которого хотели поместить в тюрьму для несовершеннолетних, а перед этим избавил его от срока.

-Я никогда не слышал ни о каком мальчике. Ты уверен, что мы говорим об одном и том же Оуэне?

-Я надеюсь, ты сейчас так шутишь – я не хотел обижать Слима, но то, что он рассказывал, было невероятно. Все, что я знал до этого, опровергалось и переворачивалось на сто восемьдесят градусов. Справится с этим в одночасье слишком сложно для меня.

-Что за мальчик? И какое преступление он совершил?

-Его зовут Питер Нельсон. О родителях неизвестно. Сирота, который к четырнадцати годам успел сменить восемь приемных семей и три приюта. Есть только фотка из его дела. Он там еще совсем зеленый – на фотографии был изображен очень худой ребенок, с огромными голубыми глазами. Его отросшие белые волосы свисали грязными сосульками, а на лице и шеи были синяки и царапины. Мальчик выглядел очень хрупким, и мне стало жаль его.

-Его морили голодом?

-Последнюю семью, от которой он сбежал, обвиняли в домашнем насилии. С ним там было шестеро приемных детей, и трое своих. У всех найдены следы побоев. Люди бывают теми еще ублюдками.

-Так какое преступление совершил он?

-Парнишка взломал несколько баз данных. Думаю, он хотел найти информацию о своих биологических родителях.

-Я могу понять, что он захотел помочь ему. Но опекунство?

-Не зацикливайся. Давай лучше продолжим. Теперь я хочу перейти к той части, где Леодеган встретился с ней. Но мне нужно, чтобы ты пообещал, что не сорвешься. Я должен знать, что ты сумеешь удержать себя в руках – с самого начала нашего разговора я понимал, что его что-то беспокоило, и что это было напрямую связанно с правдой о Крис. Но этой просьбой Слим сгущал тучи, делая мрак в моей голове беспросветным концом.

-Я не сделаю этого.

-Вернон, пообещай! – потребовал от меня.

-Я не буду обещать того, чего не могу! Чего не понимаю. Не буду! – я поднялся на ноги и с твердостью произнес то, что знал наверняка. Лживые и пустые слова никогда не слетят с моих губ, и он знал это.

Задумавшись, я стоя ждал, когда он заговорит.

-Сентябрь две тысячи первого года. Это время их знакомства – Крис говорила, что они вместе более восьми. Сроки сходились.

-Это произошло в больнице. Там лежала несколько месяцев бабушка Оуэна, когда ее привезла туда скорая помощь.

-Скорая помощь? Что… Что произошло?

-Никто толком ничего не знает. Говорилось только о каком-то несчастном случае. Но ей больше месяца пришлось провести там.

-И? Лео что, навещал ее? Так они сошлись?

-Ну, наверное. Слушай, я тебе не чертов Бог, который знает все! Я могу, конечно, кое-что, но у всех есть пределы.

-Ты прав, но я никак не могу понять, что их так сильно держит рядом друг с другом. На чем основана их связь? Это особенное отношение Крис к нему, то, что она бежит по одному зову…

-Вер, ты не так понял – поднял он руки, останавливая меня, когда я вышагивал по кругу. – Я сейчас говорил о знакомстве Лео с Габриэллой, а не с Кристин. По данным, которым я собрал на нее, Кристин Адерли всегда жила в Нью-Йорке. До августа две тысячи шестого года они не могли встретиться.

-Подожди минутку – мне нужна была твердая опора. – Как это не могли?

-Скажу больше. Двадцать седьмое февраля две тысячи пятого года – официальное время исчезновения Кристин Адерли. Она считалась без вести пропавшей до появления Оуэна в этом городе – присев на корточки, я схватился за голову.

-Вернон, с две тысячи первого года жизнь Лео вращалась вокруг дочери Андроуса. Там очень много не понятного. Я пытался отследить события, происходящие с ней после их знакомства, но то, что я узнал через СМИ, только слегка прикрывает тяжелый занавес ее реальности. И Кристин там не могло быть. Думаю, ее вообще нет – не предполагал, что после истории с Джеем, я еще раз смогу заплакать на глазах у Слима или Роба. Но сейчас происходило именно это.

-Она не могла так погрязнуть во лжи. Не могла – раскачиваясь взад вперед, я чувствовал, как слезы обжигали кожу на моем лице.

-Блядь! Знал же, что тебе лучше не знать – присев передо мной, он пытался поймать мой взгляд. – Ты не должен сломаться из-за девчонки. Не после того что было – истерически расхохотавшись, я грубо стер влагу с лица и поднявшись на ноги, сел на стул. Упоминание о произошедшем с Джейсоном, помогло заменить боль внутри на чувство злости.

-Кто тебе сказал, что я сломаюсь? Говори! Почему ты считаешь некую Габриэллу моей Крис? – он недолго оставался стоять за моей спиной, а потом подошел к столу и несколько раз кликнул мышкой. На экране высветилось фото дочери Андроуса, которое постепенно начало меняться, превращая ее в Кристин.

-Я только изменил прическу и цвет глаз. Убрал пару родинок, и теперь ты видишь, что я был прав.

-Да, они похожи, но ведь бывает и такое в мире? – повернув стул, на котором я сидел, Слим уперся в его подлокотники и навис надо мной.

-Родители Кристин простые люди. Такие же, как мы с тобой. Как наши предки. Только еще беднее. Ее отец старше ее матери на двадцать лет. Он уже давно на пенсии. А в то время, когда пропала их дочь, у него были серьезные проблемы с сердцем. Была нужна пересадка. И за три месяца до переезда Лео ему ее провели. Бесплатно. В одной из клиник Андроуса – внутри меня все покрывалось толстой коркой льда.

-Значит…

-Имя их дочери всего лишь купили.

-Получается, все это время я был с дочерью человека, который… Который… А она…

-Есть кое-что более важное, чем состояние Андроуса.

-Более важное. И что же это? – я произносил слова, как робот. Однотонно. Безжизненно.

-Поль Лафар – подняв на него взгляд, я вопросительно вздернул бровь.

-Андроуса и Лафара обоих считают загадками. Никто ничего не знает об их прошлом. Они появились из неоткуда в семьдесят восьмом году и начали строить свою нерушимую империю. Кто-то говорит, что Поль, правая рука Адама. Кто-то утверждает, что Андроус прикрывает Лафара…