Вечное Лето, Том IV: Звёздная Пыль (СИ) - Macrieve Catherine

– Срань господня! – по коридору к ним приближается Крэйг. – Вы целы? Ал ждёт всех в номере, у нас тут какая-то херня!

– Мы уже заметили, – огрызается Джейк.

*

– Итак, – бормочет Алистер, расхаживая вдоль номера. Комната слишком маленькая, чтобы без проблем вместить всю компанию, так что ребята рассаживаются, кто где. Преимущественно на полу. Такое себе деловое собрание. – Итак.

– Любимый, пожалуйста, не мельтеши, – просит Грейс, потирая виски. Она уже успела рассказать, что её донимал вопросами тот самый мужчина с металлической кожей. – Все целы, всё обошлось…

– Обошлось! – восклицает Алистер. – Нет, я, конечно, всего ожидал, но не этого!

– Тоже мне, «герои», – фыркает Зара, отрываясь от планшета, – вы только гляньте. Этот огненный чувак, Калеб, даже не скрывает настоящего имени. Тут сказано, что он бывший преступник.

– А двое других? – спрашивает Куинн.

– Менуэт и Талос, – с готовностью отчеканивает Зара, – одна замораживает объекты во времени, второй покрыт бронзой и обладает сверхчеловеческой силой. Настоящие имена не известны, – она кровожадно ухмыляется, – пока что.

– Они работают на Прескотта? – интересуется Эстелла. – На его компанию?

– Я полагаю, лично на Прескотта, – поправляет Алистер, – младшего. Грейсон Прескотт, сын покойного Сайласа, теперь управляет компанией.

– А у вас много общего с этим парнем, – замечает Майк, и Алистер корчит рожицу.

– Что нам делать теперь? – произносит Радж. – Не похоже, что мы подружимся с этими ребятами, да?

– Кто знает, – протягивает Келе, – если они выяснили, что хотели, значит, что они знают – мы не опасны.

– Смотря что они считают опасностью, – отрезает Шон, – в любом случае, мы уже здесь. И, значит, встреча с Грейсоном Прескоттом состоится так или иначе. Вопрос лишь в том, что мы ему скажем. Нужна хорошая легенда…

– Кенджи Катсарос, – вдруг говорит Зара, – настоящее имя Талоса. Двадцать шесть лет, сын местного шефа полиции. Управляющий ночным клубом «Гранд». Ева Феррейра – это Менуэт. Двадцать три года, безработная, ухаживает за больным отцом.

– Нет, – бормочет Марикета, – не нужна нам никакая легенда, ребята. Боюсь, что нам придётся говорить правду.

– В каком это смысле? – ошарашенно спрашивает Мишель. – Хочешь прийти и вывалить на Прескотта всё про Ла-Уэрту? Ты в своём уме?

Мари жестом указывает на Зару и качает головой.

– Они точно так же могли выяснить всё о нас. И, скорее всего, выяснили, поэтому и отступили. Значит, любая наша ложь будет распознана ещё до того, как мы произнесём её вслух.

– Мари права, – признаёт Зара, – любую информацию можно достать. Не думаю, что на Прескотта работают идиоты. К тому же, у меня есть ощущение, что, если они действительно всё выяснили, и мы по-прежнему здесь… Значит, у Прескотта есть свой интерес в том, чтобы встретиться с нами.

Друзья мрачно переглядываются, и Мари думает – насколько интерес этого Прескотта представляет опасность для каждого из них?

Но отступать уже поздно, так что именно это им и предстоит выяснить.

========== 14: scared ==========

You can beat the world,

you can beat the war

Небоскрёб, где расположены офис и лаборатория «Prescott Corp», выделяется на общем фоне мрачного и грязного Нортбриджа какой-то вычурной аккуратностью. Странно, но, когда псевдо-делегация прибывает в просторный холл на первом этаже здания, охранник с именем «Сантьяго» на бейджике и сурового вида женщина средних лет, представившаяся, как Марджори, обращаются с ними излишним подобострастием, и Мари начинает сомневаться в том, что этим людям действительно что-то известно о них.

Может быть, они рано начали паниковать?

Впрочем, дурных предчувствий от этого становится только больше.

Лифт отвозит их на верхний этаж, и ребята оказываются в приёмной перед кабинетом Грейсона Прескотта. Марджори заходит первая, вежливо попросив гостей подождать, и возвращается спустя несколько минут.

– Мистер Прескотт ожидает, – сообщает она, жестом указывая в сторону двери.

Грейсон Прексотт на вид оказывается… простаком. Что-то есть открытое и искреннее в его серых глазах, нечто небрежное – во взъерошенных светлых волосах, и даже строгий костюм не добавляет главе компании хоть какой-то солидности. Он встаёт, приветствуя гостей.

– Добро пожаловать, мистер Рурк, – радушно говорит он Алистеру, будто они – давние друзья. – Прошу вас, присаживайтесь. Вы все.

Алистер коротко кивает, занимая место на противоположном от Грейсона конце длинного стола для переговоров. Мари переглядывается с Мишель, которая округляет глаза, как бы говоря «спокойно, веди себя естественно». Но о какой естественности может идти речь, если они собирались быть с этим человеком откровенным, а теперь, кажется, затеяли новую игру?

– Должно быть, вы – мисс Намаци, – вдруг обращается к Заре Грейсон, – один из моих сотрудников желает познакомиться с вами поближе.

– Я сейчас не понял! – возмущается Крэйг.

– А, мистер Чао, – усмехается Грейсон, – нет, не подумайте, никто не претендует на вашу очаровательную, – на этом слове Зара закатывает глаза, – спутницу. Просто моему сотруднику очень хочется лично увидеть женщину, столь умело обошедшую систему защиты данных «Prescott Corp».

– Мы бы тоже, – подаёт голос Эстелла, – хотели познакомиться с людьми, которые предоставили вам данные о нас, мистер Прескотт.

– Мисс Монтойя, – качает головой Грейсон, – я понимаю ваше рвение. Но чего мои сотрудники не сумели выяснить, так это того, с какими намерениями вы прибыли в Нортбридж.

– Я предлагаю прекратить разыгрывать эту пьесу, – фыркает Эмили. В это утро на ней официальный костюм и очки в роговой оправе, и впервые за короткое время знакомства Мари вспоминает, что Эмили, вообще-то, юрист. – Вы рассказываете нам всё, что знаете о нас, мы – всё, что выяснили о вас. Это будет честнее, чем пытаться изворачиваться, не находите, мистер Прескотт?

– Согласен с вами, мисс О’Малли, – коротко кивает Грейсон, – и, чтобы показать, что я готов к сотрудничеству, я начну. До недавнего времени я не так уж много знал о совместной работе наших отцов, мистер Рурк, – он смотрит прямо на Алистера, – но, как только от вас поступил запрос о соблюдении условий контракта, некоторые вещи встали на свои места. Вы должны понимать – сопоставить данные о людях, которые прибыли в наш город, с информацией о скандале, окружающем имя вашего отца, было совсем несложно. Как говорится, ваши имена широко известны в узких кругах. Почти все.

– Разумеется, – вскидывает брови Алистер, – но, возможно, вам следовало сначала выяснить, кто мы, используя более мирные методы, прежде чем отправлять к нам своих… Друзей.

– Мне бы хотелось оправдаться тем, что мои друзья сами проявили инициативу, но я не сделал ничего, чтобы это предотвратить, – говорит Грейсон. – Но я вижу, что все вы пребываете в добром здравии, а значит, никто не перегнул палку. К счастью.

– Однако вы признаёте, что мы могли пострадать, – замечает Шон.

– Мистер Гейл, вы должны понимать – то, что произошло в Нортбридже за последние полгода, кого угодно заставит нервничать.

– Да-да, – нетрепеливо перебивает Зара, – в свою очередь, у нас есть статистическая информация о деятельности вашей компании, данные о сотрудниках, а так же некоторые сведения об исследованиях вашего отца, связанных с телепортом…

– И вы прибыли из-за этого, – радушный тон Грейсона холодеет сразу на несколько градусов, – я не ошибаюсь?

– Ошибаетесь, – отрезает Грейс, – мы сыты по горло всем, что связано с телепортами и кристаллами с Ла-Уэрты.

– Значит, вам известно о кристалле? – удивлённо спрашивает Грейсон.

– Я же сказала, – фыркает Зара, – некоторые сведения. Неужели вы такой тупой, мистер Прескотт? Вы сами связали наши имена с происшествием на Ла-Уэрте, разве так сложно…

– Зара! – одёргивает её Алистер. – Впрочем, я должен признать, что она права. Помимо этого, я считаю, что нам известно о кристаллах существенно больше, чем вам…