Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

— Положение издали еще при Малфое, — ответил Чарли, поморщившись при упоминании ненавистного имени. — Но и теперь его вряд ли кто отменит. Кстати, ты слышал, Гарри, есть вероятность, что Малфоя оправдают!

— Что?! — задохнулся Гарри. Но обсудить эту тему им с Чарли не дали — в загоне появился запыхавшийся Януш.

— Кто, пся крев, заколдовал этот замок, что в нем нельзя аппарировать?! — закричал он, не успев отдышаться. — Ребята, у нас катастрофа! Мясо сдохло!

— Какое мясо? — удивился Гарри.

— Почему сдохло? — закричали в два голоса Мина и Чарли.

— Потому что жаба, — Януш наклонился, опираясь руками о колени. — Там была дохлая жаба. Вонь — ужас, аж в глазах темно!

— Откуда там дохлая жаба? — удивился Чарли.

— А я знаю?

— Почему вонь-то раньше не почувствовали? — в свою очередь удивилась Мина.

— Так я, проше пани, заклинание наложил! — развел руками Януш. — Мясо же, пахнет. Драконы с ума сходят… И собаки тут еще шныряют…

— Как туда, в таком случае, попала жаба?! — закричала Мина, выходя из себя.

— Мне-то откуда знать?! — заорал в ответ Януш. — Прискакала, пся крев! Лежит, холера, как принцесса на горошине, на верху кучки, дохлая и тухлая!

— Фу! — не выдержал Гарри.

— Ладно, хорош, — прервал ссору драконологов Чарли. — Какая теперь разница, как туда попала жаба?

Поздно пить минералку, господа драконологи. Что делать будем? Ну, заказать мясо мы закажем, но когда оно еще приедет… Малыши-то как?

— Эта… — подал голос Хагрид. — У меня там эта… петухи… ну, кто-то петухов всех передушил… а так они ничего, так я их в погреб спустил, чтобы не испортились, а то эльфы их не берут, говорят, жесткие, так, может, отдать крохам-то? Разделать их, конечно, придется…

— Хагрид, — слабым голосом произнес Чарли. — Ты мой бог. Проси чего хочешь!

— Да нет… — Хагрид покраснел и улыбнулся в бороду. — Мне бы только приходить, смотреть…

Мина повернулась к Гарри и беспомощно развела руками.

— Солнышко, извини… Сам видишь…

— Ничего… — вздохнул Гарри. — Может, вам помочь?

— Иди лучше спи, Гарри, — ответил Чарли. — Ты весь зеленый…

— Велечка, утешь парня, — рассмеялся Януш. — А то будешь с ним так обращаться, и он уйдет к кому-нибудь… другому…

Краска бросилась в лицо Гарри; Мина, метнув на Януша яростный взгляд, процедила сквозь зубы:

— Я вас догоню.

Драконологи, в том числе и двое, усмирившие, наконец, мамашу-горбачиху при помощи Усыпляющих Чар, ушли, прихватив с собой коробку с драконятами и подшучивая над Миной и Гарри.

Слегка вздохнув, Гарри обнял девушку за талию и мягко прислонил ее к стене, целуя тонкие обветренные губы. Руки Мины обвились вокруг его шеи, и он услышал шепот в ухо:

— Ты не обиделся?

Гарри не ответил — он снова поймал губы Мины, и разговаривать сейчас было бы преступлением. Несмотря даже на тот факт, что с этим поцелуем что-то было не так. Что-то очень давно было не так. О, он любил Мину, в этом он не сомневался. И ему было приятно разговаривать с ней, целовать ее, заниматься с ней любовью… Но чем дальше, тем отчетливее он понимал, что его начинает утомлять обязанность самому затевать любовную игру, целовать, обнимать, ласкать… что он скучает по тем временам, когда целовали, обнимали и ласкали его… Конечно, Мина его целовала, и обнимала, и ласкала… и все-таки это было не так, потому что даже в эти моменты он знал — он главный, он мужчина, он «сверху». Ему это нравилось… но все меньше и меньше…

— Почему мне кажется, что ты думаешь о чем-то другом? — Мина оторвалась от Гарри, заглядывая ему в глаза. — Или о ком-то?

— Ну, ты-то точно думаешь о чем-то другом, — попробовал отшутиться Гарри. — О своих монстрах и о том, что им жрать…

Мина не оценила шутки. Чуть нахмурясь, она спросила:

— Гарри, все хорошо?

— Да.

— Может, мне остаться?

— Я смогу прожить вечер без тебя, — улыбнулся Гарри в ответ. — Хоть и с трудом. Иди уже к своим детенышам, драконья мама.

Хмыкнув, Мина взъерошила его волосы, и, поцеловавшись на прощанье, они расстались.

Уже совсем стемнело, когда Гарри покинул драконарий и медленно побрел в сторону замка. Спать ему отчего-то совсем не хотелось; а может быть, он просто отвык — в последнее время ему приходилось спать не более пяти часов в сутки. Сбоку, создавая на земле причудливые тени деревьев и самого Гарри, светила луна — большая, бледно-желтая, похожая на неправильный овал. Совсем немного осталось до полнолуния, подумал Гарри, с запоздалым стыдом вспомнив про профессора Люпина. Почти полгода оборотень принимал Аконитовое Зелье, что сварил про запас профессор Снейп — нужно было только вскипятить его и добавить последние ингредиенты: аконит и волос того, кто будет пить. Но последнее полнолуние прикончило запасы, и теперь Гарри предстояло приготовить лекарство для Люпина самому. Он, конечно, уже варил Аконитовое Зелье — он даже сделал курсовой проект на его основе, и все-таки тот факт, что теперь зелье предназначалось не для научных изысканий, а для вполне конкретного и близкого ему человека, заставлял Гарри нервничать.

Войдя в замок, он тут же наткнулся на миссис Норрис. Подавив желание дать ей хорошего пинка, Гарри прошел мимо. Кошка мявкнула; из ниоткуда материализовался Филч, но, узнав в нарушителе спокойствия Гарри, сердито фыркнул и ушел, позванивая ключами. Статус «почти преподавателя» имел свои преимущества.

Что-то тревожило Гарри помимо Аконитового Зелья. Луна, подглядывающая за ним в окна замка, была бледна и холодна как Малфои, и Гарри понял, что его тревога — Мина.

Мина, Мина… Он любил ее, она была тем человеком, которого он искал, человеком на всю жизнь… но не то же ли самое он думал о Драко год назад? Брось, Гарри, ты не собирался прожить всю жизнь с парнем… Да еще и с таким, от которого не знаешь, чего ожидать, который может быть холоден без причин, который наверняка еще не раз причинил бы тебе боль своими дурацкими выходками… С Миной просто. Она пускает в себя. Она улыбается, когда ей хорошо, и хмурится, когда ей плохо. И кто сказал, что мужчины и женщины не понимают друг друга? Наверное, они с Миной — идеальная пара, они подходят друг другу как две половинки…