Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

— Да? А видеть с малого расстояния, как Поттер обжимается с этой девкой — это жизнь?

— Если бы это был другой парень, ты бы просто отбил Гарри, — спокойно сказал Рон. — В чем разница?

— Ты у нас главный спец в любовных делах, да, Уизли? — прошипел Драко. — То-то ты был так счастлив в личной жизни.

Вне себя, он вскочил на ноги и вылетел из спальни, не хлопнув, однако, дверью — он вовремя вспомнил о спящем Малькольме.

«Что он себе позволяет? — кипел Драко. — Чертов призрак! И почему я с ним разговариваю? Это же Уизли!

Что с того, что он мертв — он все еще Уизли, а я не желаю иметь ничего общего с Уизли!»

«Ага, интересно! А кто тискался с Билли на дне рождения Гарри?»

«Твой полоумный брат пытался изнасиловать меня! И вообще, отстань! Я имею право побыть один?»

Ответа не последовало, что, наверное, должно было означать, что Уизли решил уважить просьбу Драко. Эта внезапная тишина в мыслях охладила гнев Драко, и он остановился, чтобы при свете вспыхнувших факелов оглядеться и понять, куда его с бешеных глаз занесло.

Он был рядом со снейповским кабинетом. Что-то дрогнуло в груди Драко, и он медленно подошел к двери кабинета и коснулся пальцами стены. Именно здесь… здесь он прижимал Гарри спиной к холодным камням, когда они целовались в самый первый раз. Он прильнул к стене, касаясь ее ладонями и горящим лбом.

Гарри… Неужели я всю жизнь буду помнить вкус твоих губ? Ждать, что однажды ты снова поцелуешь меня?

Как же мне не хватает твоих рук — просто рук вокруг меня… Как же мне страшно жить, Гарри… Я ловлю себя на мысли, что жду, когда ты вернешься ко мне. А потом понимаю, ясно-ясно, что это теперь до конца моих дней. Пустое ожидание. Тоска. Возможно, мне просто надо пойти и спрыгнуть с Астрономической башни…

Страшная мысль о самоубийстве вдруг стала единственным решением, и Драко даже ощутил легкую радость от того, что сейчас все закончится. Малькольм, наверное, будет плакать. Сириус расстроится, и еще Ксавье.

Бабка огорчится по-французски бурно, и по-французски быстро придет в себя. Нарцисса устроит пышную истерику, наденет траур и будет внимательно следить, идет ли ей выражением скорби. Отец… наверное, он презрительно скривит губы. Самоубийство — это слабость, скажет он. Ну и ладно, с болезненной радостью подумал Драко. Еще раз досадить тебе, чертов ублюдок…

А Гарри… Гарри не поверит сначала. Кто-нибудь сообщит ему, а он не поверит. Пойдет в больничное крыло, и там ему покажут тело. И он, конечно, будет плакать. Наверняка будет — в Гарри вообще очень много слез. И почувствует себя виноватым, наверное. Поцелует Драко в остывшие губы. Вспомнит, как эти губы целовали его…

Драко зябко передернулся и оторвался от стены. Хватит, хватит, хватит! Он никому ничего не должен — это ему кругом должны, только никто не спешит расплачиваться. Интересно, они хоть сколько-нибудь пожалеют? Должны пожалеть. Не может быть, чтобы его совсем-совсем никому не стало жалко…

Драко сморгнул. Ему вдруг показалось, что из-под двери в кабинет Снейпа пробивается полоска света.

Погасив в сердце безумную надежду, Драко осторожно потянул дверь на себя…

Горело несколько свечей, парящих в воздухе, еще камин и спиртовка под котлом. Рядом стоял Гарри и, в задумчивости обхватив рукой подбородок, смотрел в котел. Наконец он отпустил подбородок, потянулся к столу и взял оттуда какой-то белый сверток.

Перезвон, перезвон, пере-перезвон… — донеслось до Драко его слегка фальшивое пение. — Ах, как славно нам… Да что же это за фигня!

Он в раздражении отвернулся от котла — и встретился взглядом с Драко.

— Ты что здесь делаешь, Поттер?

Хогвартс, драконарий, 20 декабря 1997 года, вечер

Гарри никогда особенно не любил драконов, а чрезмерная любовь к ним Мины тем более не добавляла в душу Гарри чувства привязанности к этим неприятным и опасным созданиям. Тем более, что они, кажется, взяли привычку требовать к себе повышенного внимания именно тогда, когда ему тоже хотелось повышенного внимания Мины. Сегодня, например, партия монстров из породы норвежских горбатых решила вылупиться как раз в тот самый момент, когда Гарри, усадив девушку к себе на колени и почти расшнуровав ее блузку, водил губами по нежным золотистым плечам…

— Велечка! — разрушил идиллию вдребезги клич Януша. — Норвежцы лезут!

— Черт!.. — Мина рванулась из рук Гарри.

— Вельга! — Гарри лишь крепче обнял ее, умоляюще глядя снизу вверх.

— Послушай, это на пятнадцать минут, — выбираясь из рук Гарри, ответила Мина.

— Не умрут без тебя твои чудища! — возмутился Гарри. — Здесь еще по меньшей мере четыре драконолога… И Хагрид, — добавил он, заметив гиганта, со всех ног поспешающего к ложу норвежской горбачихи.

— Вот его только не хватало! — Мина решительно рванула из объятий возлюбленного и, на ходу зашнуровывая блузку, помчалась за Хагридом.

— О-о-от, хорошие, о-о-т, лапочки… — нежно приговаривал Хагрид, наблюдая, как крошечные, похожие на рваные сложенные зонтики драконята выбираются из треснувшей скорлупы. — Привет, Гарри! Милашки, правда?

— Ага, — мрачно сказал Гарри, наблюдая за Миной. Та, бросив Хагриду что-то вроде: «Я за тобой слежу!», принялась осматривать дракончиков. Покончив с этим, она передавала детеныша Чарли, который укладывал драконят в большую деревянную коробку.

— А зачем это? — спросил Гарри.

— Для регистрации, — мрачно ответил Чарли. — Сейчас приедут из Департамент по надзору, начнут проверять… Поэтому и скорлупу не выбрасываем. У них же все драконы должны быть подсчитаны и записаны, не дай Бог, сожрут какого-нибудь… странствующего рыцаря, — добавил он ядовито.

— А им это… того… не повредит? — обеспокоенно спросил Хагрид.

— Да нет, мы их все равно не оставляем с родителями — они тогда неуправляемыми вырастают, — Чарли вздохнул. В другом конце загона два драконолога заклинаниями удерживали на месте мечущуюся мамашу-дракониху. — Конечно, в своей исконной среде они как раз и вырастают… настоящими, — Чарли ласково улыбнулся малышам. — Но диких драконов постановили уничтожать…

— Кто постановил? — спросил Гарри.

— Положение издали еще при Малфое, — ответил Чарли, поморщившись при упоминании ненавистного имени. — Но и теперь его вряд ли кто отменит. Кстати, ты слышал, Гарри, есть вероятность, что Малфоя оправдают!