Голод - Юлия Гауф

- Алла, - поправила я.

- Над именем мы еще подумаем, - хохотнул муж. – Но я боюсь, что дети когда-нибудь узнают. Я бы возненавидел того, кто убил моего отца. Того, кто даже не позволил мне с ним познакомиться. Если Ваня узнает? Если малышка повзрослеет, и поймет, что ее отец – не самый лучший человек?

Не ты один этого боишься, любимый. Не ты один.

Я долго думала над этим. Всех нас с самого детства учат честности. Ложь разрушает, а правда очищает. Но иногда сказать всем правду – это значит разрушить их жизни. Илья вряд ли был бы хорошим отцом, но даже если бы и был – мы этого никогда не узнаем. Он сам затеял эту войну, и принял проигрыш.

- Они не узнают. Никогда, - выдохнула я. – Пока дети маленькие, мы будем для них самыми лучшими людьми на свете. Когда они повзрослеют, тогда и поймут, что мы не идеальны, и это нормально. Но то, что было с нами в прошлом, останется только с нами. Мы должны об этом позаботиться, не должны допустить, чтобы до детей это дошло. У всех свои тайны. Главное – с прошлым покончено, ведь так?

Денис улыбнулся мне, и обнял в ответ.

Мы защитим наших детей. Слишком дорогой ценой нам досталось то счастье, которое мы имеем. И я, и муж совершали ошибки, и заплатили за них сполна. Но если бы меня спросили, прошла бы я через все это снова, чтобы быть здесь и сейчас с этим мужчиной, я бы ответила: да, ведь это того стоило.

- Время дарить самый заветный подарок, - Денис прикоснулся к спящему щенку, который тут же проснулся, и грозно тявкнул на него. – Идем?

- Идем, - я, с легкой улыбкой поднялась с пола, и вышла из комнаты вслед за Денисом, спеша обрадовать нашего сына.