Одна и навсегда (ЛП) - Лим Брионес

Рокки взглянула на меня и сузила глаза.

– Ты на нее пялишься?

Я пожал плечами, но не сказал ни слова.

– Это мисс Макмиллан. Она новый преподаватель по искусству, – объяснила она, как будто мне не все равно.

Мои глаза удивленно расширились. Ей не могло быть больше двадцати трех лет. Я не представлял себе такого учителя рисования.

– Ну, этот класс стал еще интереснее.

Рот Рокки широко раскрылся. Она взглянула на учительницу и нахмурилась.

– Напомни мне, почему я пригласила тебя сюда?

Я ухмыльнулся.

– Кто-то ревнует?

Щеки Рокки ярко загорелись. Она резко ответила:

– Просто думаю, ты должен быть более осторожен со своим... своим…

– С моим что?

– Неважно. Никогда не понимала твоих выходок.

Вот так. Все веселье покинуло меня.

– Это не то, что... забудь об этом.

Вероятно, чувствуя, что мы говорим о ней, мисс Макмиллан подошла и протянула бледную тонкую руку.

– Привет, ты здесь новенький?

– Думаю да. – Я слегка пожал ей руку, опасаясь, что, если сожму сильнее, сломаю ее хрупкие кости.

Она кивнула и улыбнулась.

– Я мисс Макмиллан. А ты?

– Джесси.

– Ты рисуешь? Лепишь? Делаешь эскизы? – Ее глаза метнулись к Рокки. – Или ты просто влюбленный парень, который не может проводить время вдали от своей истинной любви?

Рокки и я напряглись одновременно.

– Не знал, что это класс драмы, – неловко пошутил я.

Сумасбродные глаза мисс Макмиллан встретились с моими. Смущенно улыбнувшись, она склонила голову в знак извинения.

– Думаю, это было немного неуместно.

– Думаете? – проворчал я.

– Так... эм, Джесси, верно?

Я раздраженно кивнул головой. Сексуальная фантазия с участием учителя художественной школы развеялась.

– Что привело тебя сюда?

– Мне сказали, вам нужны модели. – Я пожал плечами, чувствуя себя еще более глупо, чем раньше.

И что еще ужаснее – рядом с нами начали хихикать. В очередной раз я почувствовал знакомое болезненное напряжение в кулаках.

Будь проклят этот Дуайт и его лицо.

Мисс Макмиллан тихо вздохнула.

– Ну, я бы солгала, сказав, что не рада. У нас тут куча интровертов, которые не очень хорошо принимают новеньких. Сюда довольно трудно привлечь новые лица. Отлично сработано, Рокки.

Рокки смущенно моргнула.

– Эм, да.

Наша учительница рассмеялась и громко хлопнула в ладоши, испугав всех в классе.

– Похоже, к нам присоединилась новая модель! – Остановив свой взгляд на моем лице, она улыбнулась. – И судя по виду этой челюсти – вау! Вы, дамы, будете иметь хорошую практику рисования классических греческих черт.

Я не краснею. Клянусь, что не краснею. По крайней мере, обычно.

– Итак... Джесси. – Мисс Макмиллан задумалась, потом отошла в угол класса взяла деревянный барный стул и перетащила его в середину. – Почему бы тебе не присесть в центре комнаты, и мы начнем.

– Сесть здесь? – я практически завизжал.

Она улыбнулась и кивнула.

– Прямо посреди классной комнаты? – я взглянул на Рокки, которая с улыбкой передразнила меня.

– Тьфу, Вы же шутите, да, – раздался гнусавый мужской голос рядом со мной.

Я повернулся и увидел бледное болезненное лицо, покрытое прыщами.

– Патрик, тебе есть что сказать? – Наша учительница повернулась и скрестила руки на груди, увеличив таким образов декольте.

Каждый мужчина в комнате облизнулся. И хотя это зрелище не действовало на меня так же сильно, как милый бюстгальтер Рокки, я не мог не смотреть.

Локоть Рокки впился мне в бок.

– Перестань пялиться. Это невежливо.

– Я мужчина. Это биология, – прошипел я.

Патрик нахмурился и ответил:

– Не знаю, как вы, дамы, но я бы предпочел рисовать натюрморт или типа того. Куча яиц и ваза кажется мне гораздо интереснее, чем подражатель поп-звезды.

Мисс Макмиллан нахмурила брови.

– Я уверена, что Джесси намного интереснее, чем три яйца вкрутую.

– Хотел бы не согласиться, – пробормотал он.

Да, следующим моментом, возможно, не стоило гордиться. Но я не мог ничего поделать. После общения с Дуайтом и кучкой претенциозных богатых детей, я был на грани срыва.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Насмехаясь над прыщавым ублюдком, я схватился за промежность и потряс.

– Может, у меня и нет яиц, но зато есть орехи.

– Джесси! – Рокки ахнула рядом со мной.

Мисс Макмиллан закатила глаза.

– Вы уверены, что мы не в драме?

Как будто проглотив гнилую рыбу, Патрик сказал:

– Почему кто-то вроде Рокки не может стать моделью? Не хочу целый час пялиться на этого урода. Я бы предпочел женские формы.

Ладно, мистер «Отчаянно нуждающийся в средстве от прыщей» только что попал в мой список дерьма по нескольким причинам. Он не будет тратить час, глядя на любые женские формы, не говоря уже о ее. Оглянувшись назад, я впился в него взглядом, представляя, каково это – немного помучить его. Может, что-то есть в этом странном фанфике Стефани.

Мисс Макмиллан быстро встала между нами, загораживая меня.

– Да Винчи, Рафаэль, Пикассо – как вы думаете, кто-нибудь из них возражал глядеть на «какого-то урода» более часа?

– Микеланджело должен был подробно написать член Давида, – уточнил другой студент.

– Что ты скажешь, Патрик? Хочешь подражать мастерам? – бросив свой рюкзак на пол, я стал срывать куртку, вызвав потрясенные вздохи со всех сторон. – Никаких проблем. Я не стесняюсь обнажаться.

Рокки схватила меня за руку.

– Остановись.

– Что? – невинно спросил я, заметив знакомый румянец на ее лице.

Очень хотелось поставить Патрика на место. Но от волнения Рокки я почувствовал себя так хорошо и триумфально усмехнулся.

Мисс Макмиллан поправила очки и оглянулась. Поняв, что она вот-вот потеряет контроль над классом, она вытащила ближайший стул и легко вскочила на него. Засунув два пальца в рот, она пронзительно свистнула. Мы замерли на месте.

– Замолчите, все! Теперь слушайте. Как бы мне не нравились сексистские комментарии Патрика, он все-таки поднял хороший вопрос. Может быть, мы можем использовать женскую модель для разнообразия? Рокки, ты согласна с этим?

Рокки покраснела и быстро покачала головой.

– Нет. Нет. Нет. Нет.

Я ткнул ее локтем под ребро.

– Мы поняли.

– Заткнись, – прошептала она.

Она надулась, и внезапно моя решимость рухнула. Она любила этот класс. А я разрушал все это. Как всегда, разрушал то, к чему прикасался.

Я закрыл глаза и встряхнул головой, внезапно почувствовав оцепенение.

– Знаешь, что? Может, это была плохая идея.

Рокки бросила на меня предупреждающий взгляд.

– Джесси. Я знаю, о чем ты думаешь. Нет. Тебе нужен этот клуб, чтобы остаться в школе.

– Ну и что же мне делать? Я не могу рисовать и, видимо, я не модель. – Я бросил ехидный взгляд на Патрика, который тотчас же отвернулся.

Все правильно, идиот.

Я уже собирался встать и взять свои вещи, как услышал хриплый голос:

– Я хочу, чтобы ты позировал для меня, Джесси.

Я удивленно поднял глаза и увидел: Сара Джейкобс смотрит на меня, как ястреб. Я понятия не имел, что она увлекается искусством, не говоря уже о том, что является членом клуба. Трудно было не знать о ней. В школе ни для кого не было секретом, что девушка... хм... тусовалась.

Рокки напряглась и неловко помялась.

– Ты уверен, что не умеешь рисовать?

– На самом деле я не ожидал частной модельной сессии, – признался я, пытаясь оставаться невозмутимым.

Мисс Макмиллан нахмурилась.

– Я не предлагала ничего подобного. Мы можем попасть в неприятности со школьным советом?

Я ухмыльнулся и украдкой взглянул на Рокки, которая выглядела так, будто она сейчас задымится. Конечно, это было не то, чего я ожидал, когда согласился вступить в клуб, но, как предупреждал мистер Эллиот, у меня действительно не было выбора. Глядя на окрашенный краской барный стул, я оттолкнулся от своего стола и неохотно пошел к центру комнаты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})