Тёмная судьба (ЛП) - Ньютон Ив

- Он победит, - говорит Уильям холодным и рассудительным голосом. - Пока ты стоишь здесь и терпишь неудачу, он собирается загнать её в угол и засунуть в неё свой член, разрушая её, разрушая её до основания… И нас всех выкинут, как только он покончит с ней.

- Эм, - говорит Кассиэль. - Я думаю, ты зашёл слишком далеко.

- Неужели? - спрашивает Уильям.

Нет. Он зашёл слишком далеко. Ярость нарастает, когда моё зрение окрашивается в красный цвет. Отметины под моей кожей горят, как расплавленный металл, и я чувствую, как что-то меняется внутри меня. На поверхности моей кожи образуются блестящие чёрные кристаллы.

- Он прикасался к ней, - безжалостно продолжает Уильям. - Сейчас в её жилах течёт его кровь. Часть него живет внутри неё, шепчет, направляет, контролирует, и ты ничего не можешь с этим поделать.

У меня хрустят кости. Боль невыносима, жгучая агония, от которой перехватывает дыхание.

Я падаю на колени, из моего горла вырывается стон, который на полпути переходит в звериный рык. Мои кости дробятся и восстанавливаются, челюсть удлиняется, зубы увеличиваются в количестве и превращаются в острые как бритва клыки. Мой череп меняет форму, на висках вырастают рога, которые загибаются назад на удлиняющейся шее.

Мир становится всё меньше по мере того, как я расширяюсь, мышцы, кости и чешуя вытягивают меня за пределы человеческих пропорций. Мои руки и ноги трескаются и превращаются в массивные когти, каждый коготь - чёрный кристаллический кинжал, способный крошить камень.

Крылья вырываются у меня из-за спины, разбрызгивая кровь, которая мгновенно испаряется в пылу моего превращения. Они раскрываются, огромные перепонки, поддерживаемые шипами из хрустальной чешуи, расправляются достаточно широко, чтобы весь двор погрузился в тень от Кровавой луны над головой.

По мере того, как трансформация завершается, боль отступает, сменяясь потоком ощущений, настолько сильных, что я почти теряюсь в них. Запахи, о существовании которых я и не подозревал, наполняют мои ноздри. Звуки, недоступные слуху вампиров, достигают моих ушей. Моё зрение обостряется, цвета приобретают такие размеры, что мне не хватает слов, чтобы описать их.

И сила. Боги, какая сила.

Магия течёт сквозь мою драконью форму подобно электричеству, пока я не чувствую, что могу разорвать Серебряные Врата на части одной лишь мыслью.

Я выпрямляюсь в полный рост, возвышаясь над внутренним двором, по меньшей мере, на пятьдесят футов. Чешуя из чёрного хрусталя покрывает каждый дюйм моего массивного тела, улавливая багровый свет и отражая его гранями тёмно-фиолетового и полуночно-синего цветов. Когда я выдыхаю, из моих ноздрей вырывается пар, воздух вокруг меня раскаляется.

Уильям и Кассиэль смотрят на меня снизу вверх, на мгновение ошеломлённые, несмотря на то что знали, что сейчас произойдёт. С этой высоты они кажутся такими хрупкими, такими маленькими. Драконьи инстинкты, которые переполняют мой разум, подсказывают, как легко я мог бы стереть эту Академию в порошок.

Крик эхом разносится по двору. Затем ещё один. И ещё. Через несколько мгновений вся академия оглашается криками ужаса и тревоги. В окнах по всей стороне Серебряных Врат загораются огни, когда студенты и персонал просыпаются от шума.

Уильям делает шаг вперёд, на этот раз пряча лезвие за пояс штанов, и поднимает руки, под которыми вспыхивают руны. Тёмная энергия потрескивает между его пальцами, и резким движением он посылает в фонтан заряд разрушительной магии. Камень взрывается, вода разбрызгивается во все стороны, когда древняя скульптура разлетается вдребезги.

- Что за чертовщина? - кричит он, и его голос, усиленный магией, разносится по двору. - Серебряные Врата атакованы!

Кассиэль взмывает в воздух, и его чёрные крылья описывают широкие дуги над внутренним двором. Он высвобождает свою силу, и молнии неестественного света ударяются о землю, образуя беспорядочные узоры.

Хаос, которого мы хотели, точно начался.

Студенты собираются вокруг, некоторые убегают, те, кто ищет драки, бегут к нам, и все они с широко раскрытыми глазами видят огромного дракона, возвышающегося над их двором. Профессора появляются несколько мгновений спустя, магия уже собирается вокруг их рук, когда они оценивают угрозу.

В этой форме мои мысли связны, как я и ожидал. Немного более кровожадны, что удивительно, потому что я не думал, что смогу стать ещё более жестоким. Но, думаю, место всегда найдётся.

Я реву, и от этого звука сотрясаются основания Серебряных Врат. Окна дребезжат в своих рамах, камень трескается, и несколько студентов падают на колени, зажимая уши руками. Необузданная мощь этого звука вибрирует в моей массивной груди и эхом разносится по территории академии.

Профессор Винтерс атакует первой, выпуская град ледяных копий мне в бок. Я отбиваю их в воздухе массивной когтистой рукой, и лёд разбивается о мою хрустальную чешую, не оставляя даже царапины.

Уильям перехватывает следующую атаку, огненное заклинание профессора Моро, которое он впитывает в свои магические щиты, прежде чем направить его в пустую часть двора. Во всем этом хаосе никто не видит, что защищает меня.

- Отставить! - кричит профессор Вейн собравшимся сотрудникам, хотя в её ладонях потрескивает связующее заклинание. - Подождите директора!

Конечно, это именно то, чего мы хотим. Но я не могу сделать вид, что жду. Я описываю хвостом низкую дугу, осторожно, чтобы не столкнуться с настоящими студентами, но достаточно близко, чтобы они в ужасе отпрянули назад. Каменная скамья, с которой он сталкивается, рассыпается в пыль, а куски разлетаются во все стороны.

Кассиэль ныряет и переключается между заклинаниями по мере того, как всё больше профессоров присоединяются к битве, его сила отражает атаки, но никогда не касается персонала напрямую. Это хрупкий баланс - создавать хаос, не причиняя реального вреда, казаться угрожающим, никого не убивая.

Студенты, как и ожидалось, проявляют агрессию, вызывая ещё большую неразбериху и хаос. Летят заклинания, большинство из которых перехватываются Уильямом или Кассиэлем, а те немногие, что долетают до меня, отскакивают от моих хрустальных чешуек, не причиняя вреда.

Где, чёрт возьми, Блэкридж?

Он уже должен был появиться, привлечённый беспрецедентным хаосом в своих владениях. Я осматриваю растущую толпу в поисках его характерной фигуры, но не вижу никаких признаков его присутствия.

Вместо этого моё внимание привлекает что-то другое. Среди этих перепуганных лиц некоторые студенты стоят особняком - более спокойные, расчётливые, наблюдающие, а не убегающие. Их тени движутся чуть не синхронно с их телами, темнота колышется под масками, скрывающими человеческие формы.

Коллекционеры. Как и сказала Изольда, они уже здесь, внедрились в студенческую среду, и хаос, который мы устроили, дал им прекрасную возможность переехать.

Одна такая фигура отделяется от толпы и скользит к главному зданию, куда ушла Изольда. Затем другой, направляющийся к восточной границе. Третий приближается к библиотеке, его движения небрежны, но цель очевидна.

Они делают свой ход.

Мне нужно предупредить Уильяма и Кассиэля, но в этой форме я не могу говорить по-человечески. Мой единственный выход - драконий рёв огня, направленный на лазутчиков, а не в небо. Уильям вскидывает голову, следя за моим взглядом, направленным на агентов по сбору платежей, которые теперь занимают свои позиции.

В его глазах появляется понимание. Резким жестом подозвав Кассиэля, он покидает свою позицию рядом со мной и бросается к ближайшему лазутчику, вокруг его рук сгущается тьма.

Кассиэль резко накренился, складывая крылья, и устремился к другой теневой фигуре. Кассиэль нанёс удар, в его руке материализовался клинок из чёрного света и вонзился в грудь существа.

Внутренний двор погружается в новый хаос, когда профессоры понимают, что столкнулись с многочисленными угрозами. Защитные и наступательные заклинания летят во все стороны, заставляя студентов реагировать более яростно, чтобы остаться в живых.