Поймай меня, если сможешь! (СИ) - "Luchien."

Солнце светило по-прежнему ярко, шумел фонтан перед входом, небольшие группки туристов обсуждали экскурсию, а Рико и Даниэлла молча шли к воротам. Со стороны могло показаться, что парочка спешит как можно скорее уединиться, на деле же оба хотели сейчас оказаться как можно дальше друг от друга.

— Я думаю, мне лучше поехать на автобусе, — сказала Даниэлла, когда они подошли к байку.

— Да. Хорошая идея. Тебя довезти до станции? — Рико бросил быстрый взгляд, но тут же отвёл глаза, сделав вид, что разглядывает крохотную царапину у руля.

— Не стоит. Сама найду.

— Хорошо. — Он всё-таки посмотрел на неё. — Тогда завтра в десять у меня.

Даниэлла кивнула, собралась было уйти, но тут же обернулась:

— У меня нет с собой денег. Займёшь?

Рико молча полез в карман, достал пару смятых купюр, протянул. Дождался, когда она отойдёт на несколько шагов, надел шлем и завёл двигатель.

========== 24. Босиком по лезвию ==========

Даниэлла приехала к Рико в третий раз, но только сегодня утром смогла рассмотреть дом как следует. Два этажа, острые листья дикого винограда, добротная тяжёлая дверь и свежевымытые окна, никакой облупившейся краски, но и следов свежего ремонта не видно. За домом явно ухаживали, причём, делали это постоянно. Могло ли это характеризовать Рико как рачительного хозяина, или это дело рук его сестры? А может, это Карла занимается домом? Скорее всего так и есть. В любом случае, это не её, Даниэллы, дело.

Остановившись перед дверью, она подняла было руку, чтобы постучать, но потом передумала. Вспомнила кухню и задний двор, прошлась взглядом от дома вдоль редкого забора, поставленного скорее для красоты, чем для защиты. Невысокие ворота были чуть приоткрыты, и, приподняв бровь, Даниэлла почти крадучись подошла к ним, пару раз невольно оглянулась на окна первого этажа — казалось, что кто-то за ней наблюдает. Толкнула ворота и вошла внутрь, тут же заметив байк Рико и серо-голубой ситроен, чьи лучшие годы остались далеко в прошлом. Из земли торчали редкие пучки травы, на тёплом камне у колеса байка грелась коричневая ящерка. Даниэлла шагнула дальше, и ящерка тут же юркнула в тень. Налетевший порыв ветра зашелестел листвой, принёс звуки голосов, неразборчивые, но вполне отчётливые. Там, за углом, кто-то спорил, и поначалу захотелось остановиться и послушать, но Даниэлла тут же отогнала это желание. Она не шпионить сюда пришла, а все претензии к ней и так высказывают в лицо. Решив больше не таиться, Даниэлла уверенно пошла вперёд и, не останавливаясь, вошла через заднюю дверь на кухню.

— Кто говорил о «подкрадываться со спины»? — насмешливо спросил Марио, раскачиваясь на стуле. Аллегра, сидевшая спиной к входу, поперхнулась чаем и резко развернулась.

— Стучать разучилась? — недовольно проворчала она, смерив Даниэллу откровенно враждебным взглядом.

— Решила осмотреться, — парировала та. — Где Рико?

— Не твоё дело.

— Аллегра! — Марио укоризненно покачал головой и посмотрел на Даниэллу. — Он наверху, сейчас спустится. А вы как всегда вовремя. Располагайтесь. — Он кивнул на стул у стены, потом посмотрел на Аллегру: та сидела, нахохлившись, как воробей, всем своим видом давая понять, что сам факт присутствия Даниэллы на этой кухне оскорбляет её до глубины души.

— Я не собираюсь делать вид, что мне приятно твоё отношение, — спокойно произнесла Даниэлла, опускаясь на стул. — Но я понимаю его. Враждебность — защитная реакция, ты боишься. Зря. Если всё пройдёт как надо, ваши дела действительно перестанут существовать, я прослежу за этим.

Поначалу Даниэлла решила, что Аллегра не станет отвечать. Та и впрямь молчала, сцепив руки на груди, но вдруг подняла глаза. Верхняя губа приподнялась, будто Аллегра собралась зарычать, но вместо рыка вышло свистящее шипение:

— Засунь свою амнистию в задницу. Думаешь, я ненавижу тебя, потому что боюсь? Сесть боюсь, правда. Тебя — нет. Рико из-за тебя…

— Аллегра.

Рико придавил сестру тяжёлым взглядом и коротко качнул головой. Увлёкшись, Даниэлла не сразу заметила его, но от одного звука голоса бросило в жар. Она повернулась, не слишком поспешно, скользнула взглядом по плечам, обтянутым оливкового цвета майкой, длинным ногам в тёмно-серых джинсах, задержалась на знакомом ремне — показалось, даже слышит, с каким звуком он расстёгивается, если резко потянуть… Уши и щёки тут же вспыхнули, взгляд метнулся вверх, сталкиваясь с непроницаемым — Рико. Показалось, что в ореховой глубине мелькнула насмешка, но тут же пропала. Рико уже переключился на Марио:

— Карла не звонила? Что у нас с оборудованием, там сменили замок.

— Главное, чтобы алгоритм остался, остальное неважно. А куда делась Карла — понятия не имею. Вчера сказала, что не опоздает.

— Какая у вас прекрасная дисциплина, одна огрызается, другая опаздывает. Так и чувствую — сработаемся, — не удержалась от шпильки Даниэлла.

— Не надейся, в команду тебя не возьмут, — парировала Аллегра. — Что? — бросила с вызовом, повернувшись к брату.

— Ничего, — холодно процедил он, подходя к столу и вытряхивая из тубуса чертежи. Разложил верхний лист и прижал ладонями с обеих сторон. — Смотри, — обратился уже к Даниэлле. — Вчера мы были здесь, — указательный палец ткнул в один из коридоров, который пересекали разноцветные линии. Даниэлла невольно посмотрела в самый конец, туда, где он вчера её поцеловал. Щёки снова загорелись, вынуждая склониться над чертежом. — Времени будет мало, в прошлый раз мы едва уложились в минуту, большего Аллегра нам дать не сможет.

— За это время я улучшил нашу «отмычку», — не без самодовольства сказал Марио. — Не смотри на меня так, я знаю, что мы решили завязать, но мозг требует постоянной нагрузки, я просто так возился.

— Просто так, — беззлобно проворчал Рико, не отрывая глаз от стола. Но по губам всё же скользнула усмешка, замерла в уголках.

— И аппаратуру в этот раз потащишь ты! А я — деньги!

— Не мечтай. — Улыбка стала шире, и Даниэлла невольно отзеркалила её. Он впервые улыбнулся с момента их встречи, искренне, тепло. А когда они были вместе, смеялся часто, громко и заразительно. Сердце заныло, затосковало по прошлому так остро, что пришлось задержать дыхание. Даниэлла сжала зубы, заставляя себя вернуться к делу. Одной явно работалось проще, чем в команде… Она не раз ещё подумала об этом, когда все принялись обсуждать, с какой стороны в этот раз лучше подъехать, как зайти и на что обратить внимание. Сосредоточенные, серьёзно слушающие Рико, вносящие замечания только по делу — Даниэлла невольно сравнивала происходящее с летучкой в кабинете. Только они занимались в основном аналитикой и работой с уликами, здесь же, скорее, собрались бы оперативники, привыкшие к работе в поле.

— Кстати, — Марио хитро посмотрел на неё, — нам надо будет через стену перемахнуть. Туда и обратно. Как, справишься?

— Я сдаю физическую подготовку на отлично, — пожала плечами Даниэлла.

Рико смерил её нечитаемым взглядом. О, да, с физической подготовкой у неё всё превосходно. И с выносливостью. И с гибкостью. И руки сильные, но могут быть такими нежными… Он задержал взгляд на тонких пальцах, увлечённо водивших по чертежу, пока Марио объяснял маршрут к дому. Длинные, узкие, а на внутренней стороне левой ладони — родинка, словно созданная для поцелуев. Внизу живота мгновенно стало тепло — стоило только подумать о том, сколько раз он касался её губами. Рико поджал губы и отвёл глаза, встречаясь взглядом с Аллегрой. Она приподняла бровь, но не стала ничего говорить.

— Простите, что задержалась! — Карла вошла в кухню, обдавая густым запахом перегара. — Не услышала будильник.

Даниэлла не удержалась — демонстративно поморщилась. Выпрямилась, достала сигареты из заднего кармана джинсов и громко сказала:

— Подышу свежим воздухом.

— Сомневаюсь, что он станет чище, когда ты туда выйдешь, — бросила вслед Карла. — Прости, — виновато улыбнулась, глядя на Рико. — Я правда не услышала будильник.

— Ты знаешь правила, — процедил он, скрещивая руки на груди и присаживаясь на край стола.