Вечное Лето, Том II: Бессмертные Легенды (СИ) - Macrieve Catherine

В столовой, где мы накануне ужинали, витает аромат кофе – от этого запаха у меня рот наполняется слюной, и ощущение такое, будто кофейное амбре способно проникать под кожу. Во главе большого стола Зара сидит, уткнувшись в какую-то книгу, а за её спиной в огромном окне я вижу, что метель окончательно утихла, оставив после себя только бескрайние белоснежные просторы.

– Утро, – сообщает Зара, не поднимая глаз от книги.

– Ага, – соглашаюсь я. – Где, во имя всего святого, ты раздобыла кофе?

Зара смотрит на меня так, словно я сморозила глупость, и показывает на капельную кофеварку на барной стойке.

– Я сварила слишком много, так что на здоровье, – великодушно предлагает она.

– Спасибо, – бормочу я удивлённо, с каким-то исступлением наливая кофе в чистую чашку и делая глоток. – Крепкий, – замечаю я. – Класс. То, что доктор прописал.

– Доктор, кстати, действительно прописал горячее питьё, – ухмыляется Зара, – я про Мишель. Надо бы спросить её, что насчёт горячительного питья, да?

Я смеюсь. Кто о чём, а Зара о бухлишке.

– Ты хотя бы спала? – спрашиваю я, замечая её болезненную бледность и залегшие под глазами тени.

– Не очень много, – честно говорит она. – На самом деле, я вообще мало сплю. Потому что мой сон обычно беспокойный. Но… Спасибо, что спросила, я полагаю?

Отвечаю улыбкой – Зара, пытающаяся вести себя мило с окружающими, это что-то новенькое и абсолютно необыкновенное.

– Просто хотела убедиться, что ты в порядке, – замечаю я, садясь рядом.

– Да, я в порядке, Марикета… В бессоннице есть свои преимущества. Я тут рыскала по гостинице… Ну, знаешь, осматривала территорию, – ухмыляется Зара. – Нашла вот список, состоящий из имён идентификационных номеров сотрудников «Rourke Industries», – она достаёт из страниц книги сложенный пополам лист, исписанный мелким шрифтом. – Это может быть довольно… любопытно. Если здесь тусовались ребята Рурка… Не просто же так они тут веселились, как считаешь?

– Угу, – мычу я, жадно глотая кофе. – Интересный курортик только для «своих». Ладно, главное, что мы можем побыть в безопасности некоторое время. Лишь бы эти солдаты нас не нагнали.

– Буря почти наверняка сбила их со следа, – раздаётся голос со стороны входа в столовую, и я вздрагиваю, когда совершенно взъерошенный Джейк со следами подушки на лице подходит ближе к нам и накладывает лапы на мой кофе. – Полагаю, мы действительно в безопасности.

– Я натыкалась в Интернете на слухи об этих «Арахнидах», друг, – с нервным смешком произносит Зара. – Они… Это нечто серьёзное. Ты был одним из них?

После слегка затянувшейся паузы Джейк кивает.

– Да. Я был одним из их пилотов, и полагал, что мы помогаем людям. Кто же знал, что Лундгрен делал за нашими спинами?

– Как они вообще нашли тебя? – интересуюсь я, мягко накрывая пальцы Джейка своей ладонью.

– Хрен их знает. Я всегда понимал, что это только вопрос времени… Но как, чёрт возьми, посреди всего этого безумия…

– Джейк, – терпеливо говорю я, – они собираются навредить нашим друзьям. Чёрт, мы правда должны понять, как они могли попасть на Ла-Уэрту!

– Марикета права, – бормочет Зара, – нужно узнать, как они тебя отследили.

– Я хотел бы и сам это узнать, честно, но не имею ни малейшего понятия.

– Не повезло тебе, чувак, – постукивая пальцами по столу, сообщает Зара, и поясняет в ответ на вопросительный взгляд Джейка: – Я-то думала, что у меня есть враги…

Он качает головой, и я замечаю в его глазах неподдельную боль.

– Мне жаль, что они нас нашли. Никогда не собирался ставить под угрозу кого-то из вас.

Он сжимает мою ладонь, и я кладу голову на его плечо, пытаясь без слов успокоить его, но судя по тому, как напрягаются его мышцы, нихрена у меня не получается. Даже Зара смотрит на нас с несвойственным ей сочувствием.

– Я не позволю им причинить боль тебе, – шепчет Джейк и тут же исправляется, – вам всем. Клянусь. Смотрите, – он явно смущается демонстрации своих эмоций и пытается перевести тему, – курорт скрыт горным хребтом, так что здесь мы должны быть в безопасности. С воздуха нас будет крайне сложно заметить, так что мы можем залечь на дно на пару дней.

– И что мы будем делать пару дней? – спрашивает Зара.

– Отдохнём, – отвечаю я, – подготовимся к предстоящему путешествию. Думаю, после пережитого нам действительно надо немного… перезагрузиться.

– Точно, – кивает Зара, – «предстоящее путешествие» уже не звучит так весело с Арахнидами на нашем хвосте.

– Проницательное замечание, – ворчит Джейк.

Спустя короткое время наши друзья постепенно стекаются в столовую, кофеварка работает практически безостановочно. Когда собираются все, кроме Лейлы, Джейк повторяет для всех замечание о том, что мы в безопасности, и это существенно разряжает обстановку. Зара же делится своими наблюдениями о том, что «Элизиум» использовался для собраний сотрудников Рурка. Когда она это говорит, я замечаю, как вздрагивает Эстелла, и это очень странно и неправильно – видеть её, обычно такую невозмутимую, в потрясении. Когда она молча забирает у Зары список и выходит из столовой, я выскальзываю следом за ней.

– Эстелла? Что происходит?

Она замирает, вздрогнув, и, не оборачиваясь, холодно бросает:

– Марикета, возвращайся к остальным.

– Нет.

Эстелла разворачивается ко мне, и я отшатываюсь, увидев, что в её глазах сверкают слёзы.

– Ладно. Хорошо. Наверное, я должна рассказать хоть кому-то…

Эстелла прислоняется к стене коридора и оседает на пол. Я опускаюсь рядом с ней, рефлекторно перехватывая её изящную ладонь.

– Ты можешь рассказать мне всё, – искренне замечаю я. Она поворачивает голову и слабо улыбается.

– Знаю. Знаю. Просто… Мари… Всё сложно.

– А что вообще просто на этом острове? – невесело усмехаюсь я, сжимая в ладони её длинные пальцы. – Ты ведь доверяешь мне, – я хотела, чтобы это звучало, как вопрос, но на деле звучит, как утверждение.

– Доверяю, – соглашается Эстелла. – После всего этого было бы странно, если бы не доверяла. Но… Это не делает ситуацию легче. Дело в том, что… А, чёрт, – она быстро просматривает список и находит что-то, что срывает с её губ изумлённый выдох и заставляет глаза расшириться. – Вот, смотри, – она указывает пальцем на нужную строчку, протягивая лист мне.

– «Монтойя, Оливия», – читаю я вслух. – Эстелла…

– Это моя мать, – резко произносит она.

– Твоя мать работает на Рурка? – шокировано спрашиваю я. – Но как…

– Работала, – жёстко поправляет меня Эстелла. – В прошедшем времени. Старшим исследователем. Детям нельзя было находиться на острове, так что я жила с дядей в Паломино и помогала с… м-м… семейным бизнесом.

– Каким это бизнесом? – осторожно уточняю я.

– Ты не захочешь знать, – выдыхает Эстелла. Я сверлю её тяжёлым взглядом, и она бормочет: – Ты всё равно не поверишь мне, но дядя, он… В общем, он, как бы, был снайпером на службе у революционеров, довольна?

Я нервно сглатываю. Что же, это очень многое объясняет в навыках Эстеллы, но поверить в это действительно нелегко. Как и представить, как именно Эстелла «помогала» дяде.

– Ладно, неважно… Мама посылала мне письма каждую неделю. Рассказывала о результатах своих исследований, писала, как сильно любит меня и скучает. Последнее письмо… Пришло шесть лет назад. Оно было сумбурным. Написанным от руки. Она говорила, что обнаружила нечто опасное. Спустя неделю она… Её не стало. «Несчастный случай». Никаких подробностей.

Я сжимаю руку Эстеллы сильнее, не зная, что можно сказать в такой ситуации.

– Ты считаешь, что это сделал Рурк? – спрашиваю я наконец.

– Я знаю, что это сделал Рурк, – выплёвывает Эстелла. – Я поклялась отомстить. Когда я узнала, что у него есть сын, учащийся в Хартфилде под фальшивым именем, дядя сделал так, чтобы я якобы перевелась туда учиться. Я собиралась достать Рурка через Алистера, понимаешь? А потом эта поездка, настоящий подарок судьбы, я просто не могла поверить в свою удачу. Но на самом деле это не было удачей, – она сжимает лист со списком, и я вижу, как по её лицу текут слёзы, оставляя на щеках блестящие дорожки. – Она была здесь, Мари. В этой гостинице. Я должна узнать, в какой комнате она останавливалась, – Эстелла всхлипывает.