В любви и боли. Прелюдия

- А почему ты не села за наш столик? Хотя, что за глупости я несу? – задавая вопрос мне, Саманта всё это время глазела на Дэниэла с какой-то странной и непривычной (я бы даже сказала пугающей) для неё улыбкой. – Я бы сама о нём забыла, приди я сюда с ТАКИМ парнем.

Она вдруг резко двинула правой ножкой и ударила меня острым носком туфли по ноге, продолжая залипать «очарованным» взглядом на Дэне.

- Сэм! – выпалила я от возмущения, чувствуя, что ещё немного и ждать глубокой ночи я точно не стану.

Но Сэм уже брала быка за рога буквально голыми руками. Впрочем, как обычно, в её коронном исполнении под вопли воображаемой толпы, требующей истошными воплями со свистом хлеба и зрелищ.

- Да, кстати, меня зовут Саманта, и я лучшая подруга (от скромности она никогда не помрёт) вот этой бессовестной и безгранично талантливой особы. А это две наши близкие подруги – Кэтрин и Шеннон.

Кэтти и Шэнни тоже ели глазами Дэниэла, но, в отличие от Сэм, вели себя тихо, мирно и благоразумно. Именно в эти, по сути судьбоносные минуты они выполняли роль тыловой поддержки в качестве защитных флангов и едва ли пребывали в курсе всего стратегического замысла своего величайшего предводителя и генералиссимуса. Саманта редко когда с кем делилась основной частью своих дьявольских планов, и уж тем более не спрашивала чужого мнения или одобрения касательно их будущего воплощения в жизнь.

Но, как ни странно, Дэниэл просёк эту фишку с первого же взгляда, хотя и не показал этого ни внешне, ни каким-либо иным демонстрационным действием.

Нет, ну вы можете себе представить, что мне пришлось тогда пережить? Чувство острейшего стыда и маниакальное желание провалиться сквозь землю накрыли меня с головой подобно сомкнувшимся «стенам» Красного моря. Фараон со своим многотысячным войском, по сравнению со мной и грубо говоря, отделался лёгким испугом. Да и десять кар египетских для древних египтян от длани еврейского Яхве на фоне всего этого безобразия – всего лишь комариный укус да чих младенца.

- Очень приятно… Саманта… Кэтрин и Шеннон! – Дэн сдержанно улыбался, переводя слегка напряжённый взгляд с одного лица на другое. – Я Дэниэл…

- И всё? – идеальные тёмно-медные бровки Сэм иронично изогнулись вверх.

Ох, как же мне это всё не нравилось. Очень и очень не нравилось!

Мужчина порывисто усмехнулся будто группируясь в сужающемся кольце непредвиденной осады или приноравливаясь к намечающемуся развитию событий.

Я и сама заёрзала на седалище пластикового стула, словно тот раскалился подо мной обжигающей печкой, и ощущая буквально кожей надвигающуюся бурю даже уже и не скрытой угрозы. Теперь я была уверена на все сто, что не увижу Дэниэла ни в этот четверг, ни когда-либо вообще.

- Но вы ведь тоже не называли полных имён… - он слегка прищурился, наблюдая за надменным личиком рыжей стервы показательно недоверчивым взглядом.

- Что, правда? Надо же, а я как-то и не заметила! – Сэм наигранно встрепенулась, разве что не шлёпнула себя ладошкой по лбу. – Тогда будем знакомы, мистер Дэниэл. Саманта Грин к вашим услугам! Надеюсь, этого достаточно, или для полной идентификации моей личности продемонстрировать водительские права?

- Сэм, может, хватит?.. – моя немощная попытка притормозить этот несущийся на полном ходу поезд к моему величайшему ужасу провалилась с пугающим «треском». Я не обнаружила ни одного стоп-крана!

- Между прочим, - не знаю как, но Сэм каким-то во истину головокружительным манёвром иллюзиониста-трюкача подхватила от соседнего столика освободившийся стул и уселась на него за наш столик.

Надо сказать, со стороны это выглядело (особенно для меня) весьма эффектно и страшно красиво. Настолько страшно, что мой дар речи тут же приказал долго жить, а тело оцепенело ещё до того, как я успела сделать категорически протестующий жест. И чем дальше развивался этот через чур стремительный ход событий, тем больше я ощущала себя соляным столбом, не способным даже пискнуть или моргнуть.

Ладони рыжеволосой бестии легли по центру столешницы, прочертив между мной и Дэниэлом живую линию разделительной границы. Даже Дэн рефлекторно подтянул свои руки на себя к краю столика.

У меня отвисла челюсть, и окончательно пропал дар речи.

Называется, приехали, дамы и господа! Можете обратно распаковывать свои чемоданы.

- Эллис моя самая-самая лучшая подруга на весь колледж (Кэтти, Шэнни, без обид!). И было бы странно, если бы я не переживала за неё и не интересовалась не только её успехами по учёбе, а также всеми насущными проблемами и первостепенными вопросами в личной жизни. Кому, как не лучшим и самым близким друзьям испытывать беспокойство за своих товарищей ещё и в такой дали от отчего дома?..

- Дэниэл Мэндэлл! – ему пришлось повысить голос, чтобы заглушить нарочито громкую тираду крайне «обеспокоенной» моими насущными проблемами Саманты Грин.

О! Видели бы вы её последующую реакцию. Мало того, что расплылась в слащавой ухмылочке неподступной победительницы, так ещё и посмотрела на меня, как какая-то надменная покровительница всех страждущих и никем (кроме неё) не защищённых студенток вроде Эллис Льюис. Мол, смотри и учись, как надо работать.

Теперь, ко всему прочему, в мою голову закрались ещё более пугающие сомнения. А знала ли я вообще эту не в меру напористую барышню? А вдруг она – тайный агент Моссада? Выстраиваемый до этого в моём воображении «скрупулёзный» план по ночному убийству Сэм немощно затрещал по швам.

- И чем же вы занимаетесь, Дэниэл Мэндэлл, помимо того, как ходите на фотосеты к молоденьким фотографам?

Мне вдруг страшной силой захотелось закрыть глаза и несколько раз удариться лбом о столешницу. Желательно со всей дури.

Зачем ждать ночи? Ну и хрен, что столько свидетелей. Разве душевное спокойствие не превыше всего?

Сэм, какого чёрта ты творишь?! Ты же палишь не только себя, но и меня!

Ах, да! Какой к чёрту тест-драйв от Эллис Льюис, когда за рулём своего шикарного монстра Камаро несётся безбашенная экстремалка Саманта Грин! Уж кто-кто, а эта королева дрифта сейчас вам покажет непревзойдённый экстра-класс вождения с бешеными заносами до срыва покрышек в дымящиеся мочалки.