Голод - Юлия Гауф

аборт заговаривать не буду, я услышал тебя. Не понял, но принял твое решение. Насильно тащить не буду. И фамилию свою дам, если согласишься. Я люблю тебя безумно, - прошептал Денис, стискивая меня в объятиях. – Ты даже не представляешь, как сильно! Ты и вполовину так любить не умеешь, и, может, это хорошо. Одного психа достаточно. Потому я приму ребенка. Но, прости, я вряд ли смогу ходить с тобой на эти тупые беременные фотосессии, выбирать имя, и радоваться. И полюбить… может, смогу, но не обещаю. Ведь сейчас я этого ребенка не люблю. Я его…

- Не говори, - я прижала ладонь к его губам. – Лучше давай спать.

Я поняла, что хотел сказать Денис – к его чести, он мне не врал. Всегда честен. Лучше промолчит, но не солжет. Но сейчас… сейчас лучше бы он мне солгал. Я бы не поверила, но иногда сделать вид, что веришь гораздо проще и приятнее, чем услышать, что тот, кого любишь так сильно, ненавидит твоего ребенка.

«Он полюбит его, - подумала я, проваливаясь в сон. – Все у нас налаживается. Мы поженимся, уедем, и Денис полюбит»

- Снова плохо? – нахмурился Денис. – Саш, может, врача вызовем?

- Да все в порядке.

- Я ведь вижу, что нет. Не в порядке. Ты бледная. Сейчас вызову врача, а ты сиди, отдыхай.

- Денис, - я покачала головой, - не нужен врач. Все и правда хорошо. Если бы я плохо себя чувствовала, я бы не стала играть со здоровьем.

Парень внимательно посмотрел на меня, и кивнул. А затем снова уткнулся в телефон. Так Илья делал раньше – все время строчил кому-то сообщения. И я гадала – любовницам, или по своей «работе». Одной из работ, вернее. Законной или нет.

- Ну смотри, - бросил он.

Меня тошнит, но не слишком сильно. От недоедания это. До сих пор не могу нормально есть – больше суток прошло, а мне всюду кровь мерещится. Утром, когда я спустилась в сопровождении Дениса, я не увидела в доме никаких следов бойни.

Чисто, пахло булочками. Даже цветы в вазе появились.

Никаких трупов, оружия, следов крови.

И мне снова запретили выходить из дома, только теперь хоть объяснили причину:

- Небезопасно пока. Могут или пристрелить, или похитить, - безжалостно сказал Денис. – У Кравченко люди остались, могут прийти. Пока не решу вопрос, ты сидишь здесь. Ясно?

Мне было ясно.

Но от этого не легче. В доме снова посторонние – мрачные мужчины страшноватого вида. Они ходят по коридорам, их я вижу из окна – стоят на улице и курят. Денис пару раз уезжал, пусть и ненадолго, и я снова металась по дому, который стала ненавидеть еще сильнее.

- Саша, что не так? – Денис отложил телефон, и взглянул на меня.

- Когда мы уедем? Я… я не хочу здесь оставаться. В этом доме, с этими людьми, - понизила я голос. – Давай уедем! Ты и я. Хоть куда, главное, поскорее.

Парень нахмурился, потер лицо ладонями, и посмотрел на меня как-то странно. Будто хотел что-то сказать, но то ли слов не мог подобрать, то ли не хотел их подбирать. Непонятно. Но лицо его быстро разгладилось, Денис улыбнулся ободряюще, сел рядом, и произнес:

- Потерпи пару дней. Из этого дома мы съедем, обещаю. Просто пока небезопасно. Уехать пока не можем, мне нужно решить кое какие вопросы.

- Какие?

- Ты правда хочешь знать? – поднял он брови.

Я… нет, наверное, не хочу. Или хочу? Просто страшно услышать, что Денису нужно еще кого-то убить, чтобы мы освободились, наконец. Когда-нибудь я спрошу у него, когда готова буду услышать.

- Потом расскажешь. Но мы уедем?

- Мы можем не уезжать из города, - спокойно сказал парень. – Нам больше не нужно бежать. Я победил, он проиграл.

- Но я хочу…

- Уехать? Серьезно? – хмыкнул Денис. – У тебя здесь друзья, бывшие коллеги. Родственники, пусть ты и не очень с ними ладишь. Ладно, твоя мать, но бабушка, отец? А если мы уедем, если сбежим, там все будет чужое и незнакомое. И мы с ребенком на руках. Ты правда этого хочешь? Саш, повторюсь, нам больше не нужно бежать и скрываться. Скоро бояться будет нечего. Так ты этого хочешь? Уехать?

А ведь правда, я так цеплялась за эту мысль, как за единственный спасательный круг в шторме океана. Привыкла к мысли, что Илья – это опасность. Но ведь это больше не так, мы можем просто остаться в Питере, и жить здесь.

- Наверное, не хочу, - робко улыбнулась Денису, и поцеловала в уголок губ. – Только из дома этого уедем. Ненавижу его!

- Уедем, - довольно кивнул он.

- И еще, - замялась я, задумываясь, как сказать то, что я хочу сказать.

Замолчала, взглянула на Дениса, обдумывая свои слова.

- Что?

- Илья… он жив еще?

- Жив. И?

Вздохнула, собираясь с силами. Может, это глупо. Может, неправильно, но говорят, что своим страхам нужно хоть раз взглянуть в лица. Запомнить, уяснить, что они не так страшны, и жить дальше. А я как-то разучилась жить. Илья меня сломал.

Я не желаю ему смерти, но и плакать по нему не буду. Я просто хочу с ним увидеться, поговорить. Нормально поговорить, без его издевок. И попытаться понять его хоть немного. Понять человека, с которым жила столько лет – засыпала, просыпалась, занималась сексом, планировала дальнейшую жизнь. Вначале даже ревновала. Думала состариться вместе, затем собралась разводиться. Изменяла ему, ненавидела. Но жила ведь.

- Мне нужно с ним увидеться. В последний раз, - просто произнесла я, решив не плести кружева слов. – Я хочу попрощаться, и поставить точку. Пожалуйста, отведи меня к нему.

ГЛАВА 27

- Плохая идея! – отрезал Денис.

- Но…

- Это не обсуждается. Незачем тебе с ним прощаться, - рявкнул. – Скучно тебе? Не знаю, ну шмотки заказывай, косметику. Вот карта, что хочешь делай. Развлекайся.

Денис вытащил из портмоне карту, и положил рядом со мной, на диван.

А я застыла. Нет, ну как так-то? Второй мужчина указывает мне на мое место. Сиди, Саша, в интернетиках, развлекайся, заполняй пустоту в душе.

Может, Илья был не так плох, как я о нем думала? Не в смысле, что я ошибалась, и он – хороший