В любви и боли. Прелюдия

Глава 4

- Господи, сколько же здесь… - он попытался окинуть представшую пред ним панораму немаленького зала кафетерия ошарашенным взглядом ещё с порога, - студентов!

Я пристроилась рядышком и с более непринуждённым видом рассматривала и без того изученный мною вдоль и поперёк внутренний интерьер помещения: ряды разнокалиберных столиков по центру и у окон, плюс отдельные кабинки вдоль противоположной стены (а также, тёмно-малахитовый кожзаменитель диванчиков, более тёплые оттенки дешевого ламината под белую древесину и конечно же неизменный пластик с цветастыми скатертями и салфетками). На деле же, я выискивала стратегическую точку месторасположения, занятую знакомыми мне лицами определённых личностей.

О пережитых только что головокружительных моментах во время поездки на шикарном байке Дэниэла было частично позабыто и не без причин. Меня теперь беспокоило не менее сильное волнение, связанное отнюдь не с человеком, которого я по сути до сих пор совершенно не знала, но эмоциональное притяжение к коему усиливалось с каждым пройденным часом всё больше и ощутимее (и не обязательно находясь всё это время с ним рядом).

- Учебный день давно закончился. Нам же надо где-то тусоваться, занимаясь благотворительным взаимообменом по последним новостям.

- Здесь что, весь ваш колледж?

Я снисходительно хихикнула. Ибо для всего колледжа подобных кафетериев понадобилось бы раз в двадцать больше.

- Нет, только самые голодные. Большая часть штурмует городские достопримечательности. Мы, например, время от времени делаем набеги в пул-бар «Блэк Болл».

- Ваша постоянная точка сборов?

- Вообще-то да. Практически все четыре года. – я покачала головой и в «ужасе» расширила глаза, будто только что осознала смысл раскрытого мною признания.

Так это правда? Я действительно провела здесь последние четыре года своей жизни?

- Золотое время.

Дэн явно читал мои мысли. Думаю, это было не так уж и несложно, особенно глядя мне в лицо. Тем более он и посмотрел на меня, словно хотел убедится, на самом ли деле я принадлежу к окружавшей нас студенческой братии Эшвилля или я просто вожу его за нос. На его выразительных губах при этом тлела уже до боли знакомая улыбка.

Может я и насмотрелась за этот вечер на его лицо более чем предостаточно, но я ни в коей мере не ощущала по этому поводу набитой оскомины. А вот без фотоаппарата в руках, приходилось сейчас себя чувствовать, как той рыбе на суше. Совершенно бесполезной и абсолютно беспомощной во всех смыслах. Хотя ощущение привычной тяжести Никона в ладонях всё ещё царапало нервные окончания, толкая на бездумно импульсные действия – поднять руки, взглянуть в экран видоискателя.

- Там сейчас, кажется, должен освободиться столик, - я поспешно ткнула пальцем в сторону окон, в противоположный от входа угол заведения.

И по ходу я сделала это как раз вовремя, перенаправив взгляд мужчины в нужную мне точку, поскольку из другого угла зала, глядя в нашу сторону, принялись махать своими радушными ладошками Саманта Грин, Кэтрин и Шеннон. Могла бы и раньше догадаться, где они. Учитывая завидное постоянство Сэм, занять они могли только нашу любимую кабинку с двумя диванчиками.

- Думаешь, успеем добраться до него первыми?

- Если не будем ловить ворон.

Используя на полную весь свой врождённый артистизм, я с не менее завидным упрямством игнорировала присутствие лучших подруг по колледжу, делая вид, что не вижу их «в упор» и даже не догадываюсь об их существовании. К тому же, я нуждалась в максимально душевном равновесии (и спокойствии в особенности!), пока мы с Дэном пробирались через другую половину зала в другую от их кабинки сторону помещения. Во-первых, мне не хотелось видеть, какое именно было тогда у Сэм выражение лица, а во-вторых, я бы всё отдала за возможность не видеть её здесь и сейчас вообще!

Я мысленно взывала ко всем гипотетически существующим богам с одной единственной мольбой, удержать эту рыжую бестию там, где она сидела, всеми доступными способами, пускай даже с применением сверхъестественных заклятий, колдовских чар и невидимых цепей.

- Здесь хотя бы кормят съедобным?

Прежде чем сесть за удачно перехваченный нами столик на двоих (как же я была счастлива, что он был только на двоих! Ага, наивная), Дэн снял куртку и повесил её на спинку небольшого пластикового стула. Чёрт, он выглядел таким внушительно габаритным, не удивительно, почему мне сразу же захотелось пересадить его на более подходящее для его размеров место – там на царский трон или на худой конец в кожаное кресло Честер. Даже в столь многолюдном месте невозможно было отделаться от чувства его подминающей мощи и физического потенциала, в которых так и тянуло спрятаться от внешнего мира, подобно маленькой птичке в неприступной клетке защитных объятий.

Правда, я тут же нашла для себя по данному поводу вполне подходящее занятие. Меня вдруг осенило нежданной идеей-теорией по поводу воздействия внешних данных Дэниэла на окружающую студенческую среду (да и моего рядом с ним соседства, раз уж на то пошло). Я принялась коситься по сторонам, выхватывая всеподмечающим взглядом заинтересованные взоры близсидящих студенток, посматривающих как бы невзначай на Дэна с соседних столиков и кабинок. А ведь мы только-только вошли и только успели сесть. Мало того, их пристальный интерес был настолько всепоглощающим, что они даже не заметили на себе моего ироничного взгляда. Хотя, если бы на моём лице в те секунды и расползлась злорадная ухмылочка эдакой Золушки-тыквы, сомневаюсь, что на меня вообще кто-нибудь из них обратил своё внимание.

Ну и зря. Иначе бы им пришлось прочесть по нему много каких занятных советов. Например, пожелание расслабиться и забыть об этом красавчике на ближайшую сотню лет, без возможности слать письма нужному адресату. Да-да, крошки, он пришёл сюда именно со мной! И у него действительно обалденный торс под обтягивающим джемпером табачного цвета. К тому же сегодня я его видела без этого самого джемпера. А вот вам, увы, этого никак не светит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍