Темный Падший (ЛП) - Джаспер Эль

Я делаю глубокий вдох.

— Не говори глупостей, Эли, — шепчу я. — Мы помолвлены. Помнишь?

— Держись за мои плечи, — шепчет он.

Твердые, мускулистые мышцы вздрагивают под моими пальцами, когда я держусь за них. Держа одну руку под водой, он притягивает меня к себе, впиваясь пальцами мне в поясницу. Его возбужденный член прижимается к моему животу. У меня перехватывает горло.

Подушечкой большого пальца он проводит по моим губам, приподнимая уголок, затем опускает свой рот к моему, заставляя мой открыться. Наши языки встречаются, сначала медленно, исследуя, а затем он прерывает поцелуй, наклоняет мою голову и проводит губами по моему горлу. Ощущения пронизывают меня, солоноватая вода плещется между нами, смешиваясь с его неповторимым вкусом, оседающим на моем языке, заставляя меня желать большего.

Он дает это.

Он оттесняет меня назад, его глаза, все еще не до конца видимые, встречаются с моими, и он поворачивается, обхватывая меня за талию. Бицепсы напрягаются.

— Держись за меня, любимая. Обхвати меня ногами за талию.

Когда мои ноги обхватывают его, он одним быстрым толчком погружается в мою гладкую влагу, полностью. Я задыхаюсь и постанываю, когда мои мышцы растягиваются и приспосабливаются к вторжению. Я почти кончаю снова.

— Обними меня за шею, — приказывает он.

Когда я это делаю, его рот завладевает моим, пожирает меня, его язык пробует на вкус каждый уголок. Он двигает бедрами, почти полностью выходя из меня, а затем снова входя. Его движения повторяют движения его языка, когда они оба занимаются любовью, и я обхватываю его лодыжками за талию и двигаюсь вместе с ним.

Он двигается быстрее, раз, другой, третий, и я закрываю глаза, когда по коже пробегают горячие волны, а в глазах вспыхивает свет. И затем, когда на меня накатывают волны мощного оргазма, внутренние мышцы сокращаются, пульсируют и сжимаются в неудержимом порыве. Стон вырывается из горла вместе с прерывистым дыханием.

Его тело содрогается, когда он достигает оргазма, мышцы живота сокращаются с каждым толчком, вены на шее набухают, рельефные мышцы выступают вперед. Его движения замедляются, но он остается внутри меня.

Обхватив меня руками, он целует меня в губы медленным, эротичным движением обладания. Под водой его пальцы впиваются в мои ягодицы, притягивая меня еще ближе.

Он целует меня в шею, заставляя запрокинуть голову, и нежно прикусывает местечко, где бьется мой пульс.

Открывая глаза, пока его губы ласкают мою шею, я смотрю на небо, на крошечные вспышки звездного света, сверкающие, как триллион вспышек фотоаппарата. Это нереально. Все это. Этот момент.

Одной рукой он обхватывает мой затылок, и наши губы раздвигаются на шепот. Он пристально смотрит на меня, лунный свет блестит на его влажной, скользкой коже, и он глубоко целует меня, затем шепчет мне на ухо слова на древнем языке, слова, которых я не понимаю. Я не осмеливаюсь спросить, что они означают.

Дымка начинает рассеиваться, темнеть, и вскоре лунный свет полностью исчезает. Меня снова охватывает это гнетущее чувство, и я понятия не имею, который час, где я и с кем я вообще. Мне все равно. Я побеспокоюсь об этом позже.

Все, что имеет значение в это время и в этом месте, — это мужчина, который прижимает меня к себе.

Он поднимает голову и смотрит на меня, из ниоткуда появляется вспышка света, и серебристый взгляд встречается с моим, и я задыхаюсь…

Осознание того, что меня окружает, переполняет меня, и я открываю глаза. Адреналин подстегивает меня, и я вскакиваю с кровати. Я стою обнаженная в своей комнате в Полумесяце. Шторы задернуты, но сквозь щель пробивается слабый свет. Все еще светло.

Сон. Очень эротичный секс с…

Эти глаза. Не Эли. Совсем не Эли.

Ярость нарастает во мне, зарождается где-то в животе и разгорается в груди. Я направляюсь к двери, вспоминаю, что я совершенно голая, затем поворачиваюсь, хватаю спортивные штаны и толстовку с капюшоном, натягиваю их на себя, засовываю ноги в кроссовки «Найк» и вылетаю за дверь.

Теперь все возвращается ко мне.

Всё.

Каждая. Последняя. Деталь.

Я вся горю.

Вылетев из своей комнаты, я несусь по коридору. В тот момент, когда я начинаю спешить по коридору, я слышу лязг стали о сталь над головой. Я меняю направление и поднимаюсь еще на один лестничный пролет, врываюсь в додзе и смотрю на свою цель. Он стоит спиной ко мне, обнаженный по пояс, уперев меч плоской стороной в плечо. Он разговаривает с Джейком.

Я пересекаю мат, разворачиваю Ноя, захожу сзади и бью его прямо в челюсть.

Его меч падает на мат.

— Черт! Ой! — говорит он, держась за челюсть, хотя я знаю, что на самом деле ему не было больно. Я просто удивила его. — Какого черта, Райли?

— На выход, Майлз. Сейчас же! — говорю я, поворачиваюсь и выхожу из додзе, не дожидаясь его.

Я знаю, он последует за мной.

А пока я скрываю, что, по-моему, только что сломала руку о его стальную челюсть.

Прямо сейчас мне на это наплевать. Я зла как черт.

Я несусь по коридору, вниз по ступенькам, в приемную. Затем прямо через парадную дверь. Я спускаюсь по ступенькам и жду. Мне не приходится долго ждать.

— Что с тобой не так? — спрашивает Ной, его рыжеватые брови сходятся над сердитыми, как ртуть, глазами. — Ты же знаешь, что не сделала мне больно своим ударом. У тебя, наверное, сломана рука, Райли. Какого черта?

Я поворачиваюсь к нему. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не ударить его снова.

— Я доверяла тебе, — говорю я. — Полностью. А теперь… Как ты мог, Ной?

Ной еще больше хмурится. Несколько секунд он молчит.

— Что?

— Я видела тебя, — говорю я, продолжая свою тираду, затем понижаю голос. — Это был ты. В моем сне. Я видела твои глаза, Ной. Ни у кого нет таких глаз, как у тебя.

Медленная, хищная улыбка приподнимает уголки полных губ Ноя, пока он не расплывается в широкой улыбке.

— Мечтаешь обо мне, По? Это… Ой!

— Черт! — шиплю я почти в унисон, качая головой. В тот раз я все сломала. Я знаю это.

Ной хватает меня за руку, и когда я пытаюсь отдернуть ее, он притягивает меня ближе и крепко держит. Его дреды скользят по моему запястью, когда он наклоняет голову, чтобы осмотреть мою руку. Он поднимает голову.

— Я не знаю, что тебя так взбесило, девочка, но я не имею никакого отношения к твоим снам, — улыбается он. — Не то чтобы… что бы тебе не снилось, я бы не хотел этого делать, потому что, очевидно, тебя это заводит, — самоуверенно говорит он. — Но, клянусь Богом. — Он смотрит на меня. — На этот раз я невиновен.

Внезапно на ум приходят другие детали сна. Необычный акцент. Еще более необычный язык. Волосы, которые были такими шелковистыми, что я могла провести по ним пальцами.

— Черт, — говорит Ной, изучая меня. — Ты заставляешь меня ревновать, дорогая.

Может, это все-таки был не Ной.

Почему-то это меня немного разочаровывает.

Ной улыбается еще шире.

— Давай-ка положим этому смертоносному оружию пакет со льдом, пока оно не разбухло, — говорит он, берет меня за подбородок костяшками пальцев, заставляя посмотреть на него. — В следующий раз сначала спроси. Я никогда не буду лгать тебе, Райли.

Я смотрю в самые искренние глаза Меркьюри, которые я когда-либо видела. Я, наверное, идиотка.

— Прости меня.

Лицо Ной смягчается.

— Не так сильно, как ты меня.

Я сразу понимаю, что он сожалеет о том, что его не было во сне.

Итак, если не Ной и не Эли, то кто?

Когда мы оборачиваемся, вся команда ВЦНЯ стоит на ступеньках. Наблюдает.

Задумчивый взгляд Викториана ощущается как тонна кирпичей.

— Любовная ссора? — ухмыляясь, спрашивает Джейк. — Расскажите-ка.

— Отвали, — говорю я, проходя мимо. — Я ошибочно обвинила Майлза в том, что он был в моем сне. Ничего страшного.

Джейк смеется.

— Нельзя доверять вампирам, мисс По. Разве ты до сих пор этого не поняла? Особенно таким, как Майлз. — Все ребята разражаются смехом.