Вероника, я люблю тебя! (СИ) - Ус Евгения

Да мне плевать на это! Я готова целовать его всегда. Он улыбается мне, и я целую его губы. Чувствую металлический привкус и целую ещё крепче, ещё сильнее. Он обнимает меня, прижимает спиной к сиденью.

— Ой, — вскрикиваю я. Я нечаянно задела плечо, которым ударилась об асфальт. Марк отстраняется.

— Что такое?

— Плечо больно.

— Чёрт, — ругается Марк. — Прости. Я видел, как он толкнул тебя. Ты упала и ударилась об асфальт. Сука, надо было руку ему сломать.

Я вижу, что он снова начинает злиться, но я этого не хочу. Нужно успокоить его.

— Марк, всё нормально.

— Да, я вижу, — он потирает подбородок. Рычит.

— Не злись, пожалуйста.

— Меня бесит, что они вообще на это решились! Напасть на беззащитную девочку, это, что, нормально? Шалав мало что ли?

— Они напали на тебя, — шепчу я.

— А в первый раз?! Этот хрен даже не знал, что ты не одна.

Он сжимает кулаки, и я вижу, как трескается кожа, которую я только что обработала.

— Марк, успокойся. Ты меня пугаешь.

Говорю это не потому, что боюсь его на самом деле, но хочу, чтобы он так думал. Может тогда успокоится?

Он смотрит на меня, потом прикрывает глаза.

— Прости меня, я просто чуть с ума не сошёл, когда увидел, как он толкнул тебя и навалился сверху. Чёрт!

— Что мне сделать, чтобы ты успокоился?

Марк пожимает плечами.

— Поведёшь машину? Тогда у меня будет время успокоиться. Потому что я уже так хочу доехать до места!

— Хорошо. Я поведу.

Он кивает. Не удивлён. Но я не говорила ему, что у меня есть права.

— Поведёшь?

Я киваю.

— Да, я могу. У меня есть права.

— И ты молчала?

— А ты не спрашивал. Я училась в прошлом году, а права получила, когда исполнилось восемнадцать.

— Вот это да, — щёлкает он языком. Запоздалая у него какая-то реакция. Он улыбается. — Это отличная новость.

Я поднимаю одну бровь.

— Не боишься?

Он смеётся.

— Думаешь, я должен бояться, что ты раздолбишь мой новенький "Шевроле"? Нет, что ты!

Машет рукой.

— Просто, если что, расплачиваться будешь долго. И я знаю много разных способов.

Голос его становится ниже. Я распахиваю глаза, а он улыбается. Улыбка у него развратная. Вот пошляк! У меня просто слов нет. А вообще, я хорошо вожу! Мама никогда не разрешала мне садиться за руль "Лады", а вот Лидия была не против, чтобы я иногда ездила на её автомобиле. Мы пересаживаемся и, наконец-то, едем дальше. Марк наблюдает за мной, и мне это даже нравится.

— Ты протрёшь во мне дыру, — шучу я, и он ржёт. Марк успокоился. К нему вернулось хорошее настроение. Слава Богу.

— Сейчас будет поворот налево, сверни там. Дальше всё время прямо и упрёшься в дом. Я киваю. Неужели мы доехали!

Последний час мы не сказали друг другу ни слова. И мне было приятно молчать с ним так же, как говорить. Не с каждым молчать комфортно, но с Марком это именно так.

Я останавливаю его "Шевроле", и мы выходим.

— Добро пожаловать в место назначения. Загородный домик моего папашки.

Глава 25

Домик. Да это больше, чем просто домик!

— Я бы назвала его коттеджиком.

— Ха, ха, ха.

— Что? Он явно больше домика, — передразниваю его интонацию.

Забираем вещи, идём внутрь. У Марка тоже дорожная сумка. И такая же небольшая, как у меня. Лужайка перед домом маленькая и красивая. Тут растут какие-то деревья. Мы идём по дорожке и поднимаемся по ступенькам.

— Твой отец знает, что мы здесь?

— Ему незачем это знать, — отрезает Марк. Он совершенно не любит отца. Да и с чего бы? Он же с ним не рос. Я его не расспрашиваю о родителях. Он не любит такие вопросы. Но знать мне, конечно, хочется. Я знаю немного от Ритки, но это совсем не то, как если бы Марк сам рассказал мне.

— А он не против, что ты приезжаешь сюда?

Марк усмехается и качает головой.

— Он сам дал мне ключи. Если захочу, могу жить здесь. Но одному тут скучно.

Мы стоим у входной двери. Марк подбирает ключ. Я вздрагиваю.

— Замёрзла?

Вечер ещё холоднее, чем день. Хорошо, что кончился дождь.

— Немного.

Щёлкает замок. Марк открывает дверь и выключает сигнализацию.

— Заходи скорей. Сейчас включу камин, и ты согреешься.

Проходим в комнату. Марк включает свет. Я осматриваюсь. Снимаю свой испачканный плащ и сумочку с плеча. Вешаю всё на стул. Гостиная не очень большая и уютная. Правда, немного прохладно. Но это не беда.

Я беру дорожную сумку и ставлю на одно из кресел. Сама сажусь на диван. Марк уже включил камин.

— Он быстро нагревает. Папаня выложил за него кучу бабок. Побудешь здесь, я схожу и прибавлю отопление в доме и отнесу наши вещи?

— Ага. Плащ нужно почистить, — говорю я.

— Я уберу его в шкаф. Займёмся им позже.

Я киваю. Он берёт все наши вещи и выходит из комнаты. А я встаю и подхожу ближе к камину. Сажусь в кресло напротив.

Минут через десять я согреваюсь. Я спохватываюсь и хочу снять кроссовки. Здесь такие красивые мягкие ковры на полу, мне не хочется их пачкать. Хотя я уже прошлась в обуви.

— Блин, — говорю я вслух.

— Что случилось?

Марк уже вернулся. Он подходит ко мне, и я вижу, что он снял куртку и переодел джинсы. Теперь на нём широкие штаны тёмного серого цвета и та же белая футболка. Брюки очень идут ему. Смотрится так по-домашнему.

— Я забыла снять обувь, — смущённо говорю я.

Он пожимает плечами.

— Ну и что?

— Я наверно запачкала ковер, — осматриваюсь.

— Ника, перестань. Всё нормально. Видишь я тоже в обуви, — он показывает на свои кроссовки. — И мне плевать.

— Нет, давай снимем, — настаиваю я.

Он вздыхает.

— Ладно, как скажешь.

Я улыбаюсь. Мы снимаем обувь, и я ставлю её у входной двери.

— Хочешь переодеться?

Да, мне бы не помешало сменить одежду после нашего вечернего приключения.

— Я бы ещё и душ приняла.

— Какое заманчивое предложение, — тянет Марк слова.

— Я тебе со мной не предлагаю, — я краснею, представляя, как мы вместе моемся под душем. Я, конечно, не против сделать это в будущем, но пока я к этому не готова.

— Чего ты так покраснела? Представила, как я касаюсь тебя, стоя под горячими струями?

Марк просто издевается надо мной? На его губах игривая улыбка.

— Отстань, Марк. Просто скажи, куда мне идти.

Он кивает. Проходит мимо меня, тихонько шлепает по попе. Поднимается на второй этаж, я плетусь следом. Он ведёт меня в спальню и показывает ванну.

Я собираю всё для душа.

— Там, если что, всё есть, — говорит Марк, следя за тем, как я достаю шампунь, бальзам для волос.

— Я пользуюсь только своим шампунем.

— Ну, конечно. И как я не догадался! — Смеётся. Я тихо фыркаю. Иду в ванную.

— Далеко не заплывай, а то я соскучусь.

— Хорошо!

Я закрываю дверь, раздеваюсь, складываю одежду и убираю в тумбочку. Главное, не забыть её здесь. Встаю под горячую воду. Как же хорошо! Не уверена, что всё сделаю быстро. Я же люблю постоять под душем подольше. Я мою голову, наношу бальзам. Нахожу на полочке возле ванны мыло, с приятным цветочным ароматом! Намыливаюсь, стараясь не касаться больного плеча, потом смываю пену. Вымывшись, ещё минут пятнадцать стою под струями.

Решив, наконец, что пора выходить, я вытираюсь и закутываюсь в большое белое полотенце, что весит на вешалке. Оно такое мягкое, приятное для тела. Выхожу и вспоминаю, что не взяла с собой фен. Ладно, не беда. Высушу волосы и так. Я скидываю с себя полотенце, надеваю нижнее белье бежевого цвета, теплые полосатые широкие штаны, носки, футболку. Расчёсываю волосы. Беру полотенце и развешиваю его в ванне на сушилку.

Быстро разбираю вещи из сумок, раскладываю по полкам. Марк взял с собой совсем немного одежды. В сумке лежит ещё одна футболка, чёрная толстовка, носки. Трусы. Они у него все черные? Я улыбаюсь. Он очень любит чёрный цвет. Наверное, ему чёрный нравится так же, как мне синий. Обожаю синий цвет!