Любовь среднего возраста: Долго и счастливо (ЛП) - Уильямс Уитни Грация

— Идём сюда. — Джонатан потянул меня вниз по проходу в шатер и жестом пригласил сесть на скамейку. — Хочу, чтобы ты посмотрела, прежде чем отдам его тебе завтра, потому что после завтрашнего дня я не хочу, чтобы ты его снимала.

Он вытащил коробочку для кольца и протянул мне.

Покачав головой, я отодвинула ее назад.

— Это плохая примета… Сперва взгляни на своё. — Порылась в кармане халата, вытащила коробочку и положила ему на бедро.

Некоторое время он просто смотрел на неё, затем открыл и… застыл. Притянул меня к себе, поднял кольцо к свету и, задержав дыхание, прочитал вслух надпись.

— Мой последний. Моя душа. Мое всё.

Джонатан улыбнулся и повертел кольцо в руке. Оно было платиновое с двумя тонкими дорожками мелких бриллиантов и выгравированными буквами «К» и «Д», вписанными в центр морского крючка.

— Оно прекрасно, Клэр… — его голос был хриплым. — Мне так жаль, что я когда-то посчитал это не твоей задумкой… — Он осторожно положил кольцо обратно в коробочку. — Открой свою.

Открыв, я ахнула, увидев камни, сверкающие в ночи. Медленно вытащив кольцо из коробки, провела пальцами по бело-голубым бриллиантам, выложенным в форме волн. Между ними парили слова «Мистер и миссис Стэтхем», а на внутренней стороне ободка гравировка: «Навсегда твой. Навечно моя».

Я почувствовала, как слезы катятся по лицу, Джонатан скользнул пальцем под солнечные очки, смахивая их.

— Хочу прочитать тебе свою клятву. — Он поцеловал меня в мокрую щеку.

— Думала, мы договорились не писать клятвы…

— Это только для тебя. Не для чужих ушей… Почему ты плачешь?

— Я не плачу.

— Ты всегда была плохой лгуньей. — Он стёр еще одну слезинку и наклонился вперед, словно собирался поцеловать, но сдержался. — Клэр Грэйсен… В первый раз, когда я тебя трахнул…

— Серьезно?

— Конечно, нет. Просто хочу убедиться, что ты слушаешь. — Джонатан улыбнулся. — Когда мы впервые встретились, и ты мне отказала, честно говоря, я подумал, что ты рехнулась и у меня нет ни единого шанса на свидание. Думал, ты просто прикидываешься труднодоступной, но ты отказала мне снова, на работе… Когда наконец у меня появился шанс встретиться с тобой на короткой пробежке, ни больше ни меньше, мы почти не разговаривали… Я знал, что в тебе есть нечто особенное.

— И проводя больше времени с тобой, помимо потрясающего секса, который у нас был, я не мог не влюбиться в тебя… Знаю, ты не верила в возможность второго шанса на любовь и тебя беспокоила разница в возрасте, но хочу, чтобы ты знала, я никогда не принимал всерьез эту разницу, ни на секунду, и никогда не буду… Если вдруг что-то случится между сегодня и нашей свадьбой завтра, пожалуйста, верь, когда я говорю, что не знал любви до тебя, а ты, без сомнения, любовь всей моей жизни.

Моя нижняя губа дрожала, и я уже не пыталась сдерживать слезы.

— Самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал, не могу дождаться, когда ты официально станешь моей — навсегда… — Он провел пальцем по моим губам. — Я никогда не причиню тебе боль, не предам и не позволю никому другому.

— Джонатан… — Теперь я точно плакала. Это слишком.

— Я буду продолжать посылать цветы каждый день, потому что ты их заслуживаешь, потому что нет ничего, что бы я не сделал для тебя… И обещаю любить, лелеять и трахать тебя до конца наших дней.

Я шмыгнула носом и рассмеялась.

— Прекрасная клятва… Особенно последняя строчка…

— Это было самое трудное, что я когда-либо писал. — Он поцеловал меня в лоб. — Люблю тебя, Клэр.

— Я тоже тебя люблю. — Я потянулась, чтобы поцеловать, но он удержал меня за плечи, прошептав: «Завтра».

Я вздохнула.

— Собираешься сказать, куда мы едем на медовый месяц?

Он покачал головой и встал, потянувшись к моей руке. Потом обнял за талию и повел мимо розовых кустов, заказанных им с юга.

Мы не сказали друг другу ни слова, привычно скользнув в ту уютную тишину, которая так легко и часто окутывала нас.

Глядя вместе на небо, мы загадывали на звезды. Затем Джонатан поцеловал меня в лоб, снова провел по проходу и отвез обратно в отель.

Когда мы вошли в лифт, он улыбнулся и заглянул под солнечные очки. Едва двери открылись, проводил меня обратно в номер.

— Увидимся завтра… — Я встала на цыпочки и притянула его голову к своей. Я умирала от желания, чтобы он поцеловал меня в губы. Только один раз.

— Завтра, Будущая жена, — тихо сказал он и поцеловал мне руку. — Тебе, наверное, стоит пойти в свою комнату, пока я не затащил тебя к себе, наплевав на свадьбу.

Я рассмеялась и поцеловала его в щеку.

— Спокойной ночи, Будущий муж.

**

Я проснулась от громкого стука в дверь.

— Иду! Иду! — Накинула халат поверх пижамы и открыла дверь.

Это были Хелен и Сандра.

— Ты опаздываешь на макияж, — цокнула Сандра. — Бобби Джо и Ким звонили тебе последние два часа. — Ты что, поздно легла?

— Нет…

— Передумала? — Хелен подняла бровь.

— Что? Нет, конечно.

— Хорошо. — Она подтащила меня к стулу и толкнула вниз. — Раз уж ты опоздала, я попрошу девочек прийти и сделать всё здесь. Сандра, ты не могла бы позвонить в обслуживание номеров и попросить принести Клэр завтрак? Мы же не хотим, чтобы ей стало плохо в её великий день.

Сандра кивнула и исчезла в спальне.

Следующие несколько часов прошли словно в тумане: Бобби Джо и Ким довели прическу и макияж до совершенства. На моих веках мягко мерцали тени, а волосы были собраны в красивый низкий пучок, с несколькими выпущенными локонами, касающимися плеча.

Пришла Хейли и подарила подвязку, которую сама придумала. Мама с дочками возились с моим платьем, пока оно не показалось им идеальным. В комнату внесли огромный белый букет.

Я потянулась за серебряной карточкой, прикрепленной к цветам, но Сандра выхватила ее первой.

— Посмотрим, что скажет мистер Миллиардер своей невесте в день свадьбы. — Она развернула открытку, откашлялась, словно собираясь прочесть вслух, но тут же разрыдалась.

— Тьфу… — Хелен закатила глаза. — Дай мне… «Моей будущей жене. Сегодня первый день начала нашей совместной жизни. За исключением того первого дня, когда встретил тебя, когда ты вошла в мою жизнь, ни один другой день не будет значить для меня так много, как сегодняшний. Ты — причина моего счастья, у тебя в руках ключи к моей душе. Я люблю тебя, Клэр… Поторопись и иди сюда :)»

Все в комнате дружно издали коллективное «Ах» и вытерли навернувшиеся слезы, даже Хелен. Пока они передавали друг другу бумажные салфетки, я ускользнула, чтобы открыть на стук в дверь.

Мать Джонатана.

— Привет… — Я посмотрела на бокал ярко-красного вина в её руке, надеясь, что она здесь не для того, о чём я подумала.

Она заметила мой взгляд и быстро отставила бокал в сторону.

— Прости… Это сок, а не вино, я бы никогда не стала… — Женщина помолчала. — У тебя есть что-то, взятое взаймы?

Мои глаза распахнулись, и я запаниковала.

— Нет… Нет. О боже, это действительно плохая примета… Не могу поверить, что не подумала об этом. — Я схватилась за грудь.

— Вот. — Она вытащила из волос великолепную шпильку с жемчугом и слоновой костью. — Моя мать носила её на своей свадьбе, а я — на своей. Я подумала, что могу… подумала, что отдам её тебе, чтобы ты смогла… Ну, знаешь… — Её взгляд был искренним, но выглядела она так, словно ждала отказа.

— Спасибо, миссис Стэтхем. — Я протянула руку, чтобы взять шпильку, но женщина медленно отвела руку.

— Позволь мне, — произнесла она и жестом велела мне наклониться. — Ты делаешь моего сына по-настоящему счастливым, Клэр… после всего, через что он прошел, он заслуживает счастья, и я рада, что ты дала ему это.

Я почувствовала, как шпилька скользнула в волосы, и снова выпрямилась, поняв, что мать Джонатана закончила. Я долго смотрела на нее, полностью осознавая, что все мои друзья смотрят на нас, замерев и ожидая, готовые наброситься, если она попытается сделать что-то безумное.