Шейх (СИ) - Ангелос Амира

- Спасибо… за то что радушно принял их. Прими мою огромную благодарность… И еще… Могу я поговорить с тобой?

- Говори, - холодно кивает шейх, бросив на меня короткий взгляд. 

- Я хотела узнать… Ты… То есть мы… Не общаемся уже. И я подумала… То есть, хочу спросить, долго ли еще я буду гостьей в твоем дворце. Сейчас я спрашиваю из-за Нафисы. Я должна подготовить ее…

- Подготовить к чему?

- К тому, что скоро ее сказка закончится. Чтобы она не слишком расстроилась, если придется уехать… на днях, скажем.

- И себя заодно? – следует насмешливый вопрос. Он причиняет боль. Шейх такой далекий, отстраненный… 

- Да… возможно. То есть… сама я готова. Поняла, что уже все.

- И как же ты это поняла?

Кадир поворачивается ко мне спиной, идет к большому белому дивану в центре гостиной, садится, берет с журнального столика газету. Словно его совсем не интересует разговор, как нечто абсолютно второстепенное.

Но он задал вопрос, поэтому следую за ним. Сесть не решаюсь, стою напротив, через столик, переминаясь с ноги на ногу, нервно поджимая пальцы, кусая нижнюю губу.

- Ты не приходишь… Как еще это можно понять…

Хотела сказать равнодушно, а вышло так жалко, будто милостыню прошу.

- А ты ждешь?

По-прежнему не отрывает взгляд от газеты. Решает вопрос моих чувств, моей жизни, между делом. Мне хочется плакать, но тогда унижение будет окончательным…

- Еще раз огромное спасибо за гостеприимство. Думаю, мои гости надолго не задержатся! - с этими словами почти бегом покидаю гостиную.

Взлетаю вверх по лестнице, через две ступеньки на второй этаж, нахожу свою комнату.

Талия и Нафиса разбирают старенький чемодан, раскладывают свои вещи.

- Вы проголодались? Ну конечно же, что тут спрашивать! Я сейчас…

- Дорогая, Арифа нас уже спросила, сейчас она принесет перекусить. Все хорошо? – внимательно вглядываясь в мое лицо, спрашивает Талия.

- Можно мне во двор? Ну пожалуйста! Мне все так интересно! – перебивает мать Нафиса.

- Прости дорогая, нет. Ты можешь ходить только со мной или с Витой, - строго произносит Талия.

Нафиса выглядит огорченной, но не спорит. С интересом разглядывает наряды, которые висят в шкафу.

- Какие красивые. Это все твое, Вита?

С удивлением отмечаю, что вещей в шкафу прибавилось, хотя я каждый раз отказывалась заниматься пополнением гардероба.

- Да… - отвечаю неуверенно. – Ты можешь примерить любое.

- Спасибо! Мне очень хочется!

- Нафиса, дорогая, успокойся, - укоряюще одергивает дочь Талия.

- Прости… Просто все такое красивое, - смущенно отвечает матери девочка. - Мы, получается выгнали тебя из комнаты, - обращается уже ко мне. - Где же ты будешь спать? Или мы будем тут втроем? Я этому буду очень рада…

- Хватит засыпать Виту вопросами, - снова мягко одергивает дочь Талия.

Раздается стук в дверь. В комнату заглядывает Арифа, спросить не надо ли еще чего, и Нафиса умоляет служанку взять ее с собой. Ей хочется осмотреть дворец, хоть как-то, хотя бы кухню.

- Конечно пойдем, милая. Заодно угощу тебя свежим щербетом. И басбуса как раз готовится, - улыбается Арифа.

Счастливая девочка уходит, мы остаемся с Талией наедине.

* * *

- Знаешь, после того как ты уехала, я не находила себе места, - признается она. - Все думала, как ты здесь. Ты ведь ничего толком не рассказала о ваших отношениях с шейхом. О том, как очутилась в наших краях… Поэтому, я решила взять на себя смелость и приехать раньше нашей договоренности. Ты прости меня за это своеволие. Надеюсь, наш приезд не принесет неудобств… Шейх велел заселить нас в твою комнату…

 - Я очень рада вам, правда! Ни дня не приходило, чтобы не вспомнила вас.

Я говорю чистую правду, и хотя вещи, которые происходили между мной и шейхом очень стильно отвлекали от реальности, я словно погружалась в некую параллельную вселенную рядом с ним, где не узнавала себя. Но о Талии, моей возможной биологической матери, я думала постоянно. Ждала оговоренного числа, размышляла, успею ли организовать встречу с отцом, не придется ли раньше, чем это случится, покинуть дворец…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})* * *

Весь день мы провели возле бассейна – купальники для всех нас привез очень услужливый мужчина, буквально через полчаса после того как мы вышли из комнаты, отыскали Нафису и пошли пройтись по саду. Я чувствовала себя неловко в купальнике, неужели так привыкла к обычаям этой страны? Но Нафиса очень хотела научиться плавать, так что день мы посвятили этому. Не могла же я отвезти своих гостей прямо с дороги к отцу…

Наблюдая, как беззаботно плещется в воде моя возможная сводная сестренка, вместе с матерью, с какой любовью смотрит на нее Талия, я задумалась о том, что собираюсь поступить очень жестоко. Привести её совершенно без подготовки к моему отцу и посмотреть на реакцию обоих…  но с другой стороны, я ребёнок которого бросили много лет назад, и вина вряд ли лежит полностью на одном из родителей. Известно, что когда ругаются, разводятся супруги, вина есть на обоих. Один не может быть непорочным, стерильным. Виноваты все равно оба…

Я же – настоящая жертва. Я хочу знать правду. Если я предупрежу Талию о своих намерениях, что если она испугается и убежит? Я не могу так рисковать. Мне нужны ответы. Такие, которым поверю безоговорочно…

Насчёт отца я уже успела посоветоваться с его лечащим врачом, очень мудрым старцем, талантливым кардиологом. Конечно, я не рассказала ему обо всем подробно, скорее это были полунамеки, я спрашивала о том может ли вызвать сильное ухудшение неожиданная встреча с человеком из прошлого. И получила отрицательный ответ. Доктор даже наоборот, сильно поразил меня мнением, что моему отцу нужна встряска, что сердце его в отличной форме, они вылечили его полностью… А вот с мозгом была проблема, он стал изменяться, поэтому возможно встряска даже наоборот вернёт папу к прежней жизни.

Я так погрузилась в эти мысли за ужином, что дозваться меня смог только Кадир.

- О чем ты так задумалась? – спрашивает, внимательно глядя на меня.

- Простите, - виновато смотрю на Талию, краем глаза замечая, что шейх хмурится. Я должна была ответить ему… А не Талии. Еще одна ошибка…

Ощущаю себя так, словно иду по болоту. Какое бы ни сделала движение, меня только сильнее засасывает.

Я совершила с Кадиром непростительную ошибку. Задела за самое сокровенное, пусть и ненамеренно.

Меня поразила сила, с которой Кадир признался в своей мужской проблеме. Слабый мужчина свалил бы все на женщину. Он мог молча заставить меня принимать таблетки, или того хуже – уколы. Но он честно сказал правду.

Меня это глубоко тронуло, вызвало уважение. Все же шейх человек крайне неординарный… Привлекающий, манящий, точно огромный столп огня, притягивающий к себе недалекого, глупого мотылька. Мне больно сейчас смотреть на красоту шейха, на его совершенное лицо, такое мужественное, суровое, на крупные руки, умеющие быть такими чувственными.

- Так сколько вы планируете пробыть тут? – холодный голос Раины выдергивает меня из грез.

Наверное, ничего удивительного в том, что мачехе не нравится присутствие посторонних людей.  Странно, что она вообще пришла за стол… Наверное, потому что шейх настоял, другой причины не могу представить.

- Я не знаю… Мы приехали на несколько дней, - растерянно отвечает Талия.

- Вы можете оставаться сколько захотите, - говорит Кадир, и я смотрю на него с благодарностью. Мне очень хочется загладить свою вину перед шейхом, сказать ему как жалею о нашем последнем разговоре наедине. Но будет ли у меня такая возможность? Сегодня Кадир очень великодушен. Приказал накрыть в большой гостиной шикарный стол, явно праздничный ужин, со множеством блюд. Талия под огромным впечатлением. Я просто счастлива, впервые у меня появилось ощущение, что мне хорошо тут. Уютно. Конечно это прежде всего благодаря гостям. Даже если Талия не окажется моей родной матерью, навсегда останется близким и любимым для меня человеком. И Нафиса, конечно же, тоже…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})