Однажды на реалити-шоу (СИ) - Салах Алайна

— Может, обойдемся без этого? — не сдается Артем.

Вздернув тонко выщипанную бровь, царица Грызландии смотрит на меня со значением.

— Думаю, Есения в этом заинтересована.

Я дергаю Артема за рукав толстовки, умоляя согласиться. Инга не бросает слов на ветер.

----

— Восьмой сезон официально признан самым коммерчески успешным за всю историю существования шоу, — торжественно объявляет Инга, когда мы с Артемом сидим перед ней, словно проблемная супружеская пара на консультации психотерапевта. — И незапланированный поворот с уходом Есении и отсутствием финалистки взорвал рейтинги. Вы двое — это бомба. В соцсетях обсуждают каждый ваш шаг, а хэштег #Котосения не выходит из трендов с момента окончания шоу.

— Чего? — ошарашенно переспрашиваю я. — Какая еще Котосения?

— М-м-м… — Инга снисходительно оглядывает меня. — Ты когда-нибудь слышала о Бранджелине?

Соседнее кресло начинает трястись. Это ржет Артем.

Я перевожу на него убийственный взгляд.

— Что смешного?

— Котосения, — давясь смехом, повторяет он.

— Перейдем к насущному, — строго произносит Инга. — В свете последних событий я предлагаю вам сделку.

Отдышавшись, Артем поднимает глаза.

— Я плачу неустойку, и мы уходим.

— У меня встречное предложение. Неустойка аннулируется для обеих сторон, и ты ничего не платишь.

— В чем подвох?

— За это мне нужно совместное интервью с вами для моего нового шоу-проекта "Поговорим о любви".

Артем издает саркастичный смешок.

— Продюсер до мозга костей. Ты ничего не делаешь просто так, да?

— Подумайте, — пожимает плечами Инга. — Всего-то пара часов вашего времени, чтобы порадовать фанатов "Звездного жениха", так активно болевших и переживавших за вас. Вы удостоверитесь, насколько хорошо знаете друг друга, а зрители, в свою очередь, получат возможность лицезреть финальную картину вашей лавстори.

— Снова макияж и укладка… — обреченно бормочу я.

— Одна съемка, — с нажимом повторяет Инга. — И все счастливы.

Мы с Артемом переглядываемся, чтобы удостовериться в согласии друг друга, и одновременно киваем.

— Одна-единственная съемка.

54

Через месяц

Я смотрю в камеру, чувствуя себя ручной размалеванной обезьянкой.

— Всем привет! С вами Артем и Есения, и сегодня мы выясним…

— Насколько хорошо мы знаем друг друга, — бодро договаривает Артем.

Зал взрывается улюлюканьем и аплодисментами. Складывается впечатление, что все здесь действительно рады нас видеть.

Ведущая берет карточку с вопросами.

— Итак, готовы? Первый вопрос для Есении: какое блюдо Артем любит больше всего?

Я победно ухмыляюсь.

— Легко. Устрицы.

Артем морщится.

— Черт, ну почему именно этот вопрос первый?

Зал смеется.

— А почему ты так их любишь? — подначивает ведущая. — Они же склизкие и холодные?

— А еще однажды он чуть не остался без пальца, когда пытался меня ими угостить, — со смехом добавляю я.

— Люблю просто так, — бормочет Артем. — Можно следующий вопрос?

— Ладно, теперь вопрос для тебя. Какой фильм заставляет Есению рыдать?

Он отвечает, не задумываясь:

— "Король Лев".

Я округляю глаза.

— Откуда ты знаешь?!

— Ты трижды убегала в туалет, когда умер Муфаса.

— Надо же, какой ты наблюдательный… — удивленно тяну я.

— Окей, следующий раунд! Теперь вопросы про привычки и странности. Есения, какой предмет Артем всегда берет с собой, выходя из дома?

— Бальзам для губ, — выпаливаю я.

Артем фыркает.

— Это не бальзам, это защитный стик!

— Да-да, конечно, поэтому их у тебя три штуки.

Зал смеется.

— Окей, теперь вопрос для Артема! Какая фраза вызывает у Есении моментальное раздражение?

Он самодовольно на меня косится.

— "Твоя очередь заправлять посудомойку".

Я моргаю. Черт, это было подло. Теперь все думают, что я домашний абьюзер.

— Хорошо, следующий вопрос. Есения, к чему Артем питает самую большую слабость?

Я плотоядно оскаливаюсь. Мой шанс отомстить.

— Есть у меня одна догадка…

Артем раскачивается в кресле, глядя на меня с улыбкой.

— Давай, удиви меня.

— Это детские карамельки с жвачкой внутри. У тебя в машине всегда лежит огромный пакет.

— Во-первых, это классика, а во-вторых, далеко не самая моя большая слабость, — парирует он.

Я поднимаю руки.

— Тогда сдаюсь.

— И какой же правильный ответ? — громогласно требует ведущая.

— Вот же он, — Артем кивает в мою сторону. — Моя самая большая слабость. За эту неделю я трижды по ее вине чуть не опоздал на тренировку.

Под умиленное оханье зала я прикладываю ладони к вспыхнувшим щекам. Чертов романтик.

— Теперь вопрос для Артема! Какое слово Есения говорит чаще всего?

Он ухмыляется.

— Конечно, слово "черт".

Я распахиваю рот в возмущении.

— Да нет же!

Артем загибает пальцы:

— "Черт, я устала". "Черт, опять краситься". "Черт, я хочу кофе".

— Так нечестно! — со смехом рявкаю я.

— Черт, как это нечестно, ты хотела сказать?

Зал аплодирует нашей импровизированной потасовке. Кто бы подумал, что их так легко впечатлить.

— Хорошо, следующий вопрос — блиц! Отвечайте быстро! — ведущая хлопает в ладоши. — Какая у Артема любимая поза для сна?

— На животе, руки под подушку, — торопливо отвечаю я.

Артем моргает.

— Да, точно.

— Есения, что она заказывает в кафе первым делом?

— Американо, без сахара, иногда с сиропом, — уверенно произносит Артем.

Я киваю.

— Черт… да.

— Кто из вас больше любит обниматься?

Я молча тычу пальцем в Артема.

— Да, это правда. Я очень тактильный, — соглашается он.

— Ты постоянно находишь повод дотронуться!

— Кто из вас первый сказал "я тебя люблю"?

— Артем.

— Я, конечно. Всем очевидно, кто главный романтик в нашей паре, — посмеивается он.

Спустя час мы наконец сидим в машине.

— Ну что, один-три, а мы неплохо знаем друг друга, — резюмирует Артем, заводя двигатель.

Я согласно киваю. Что есть, то есть.

— Куда поедем праздновать свободу от медийного рабства? Надо выбрать что-то пафосное, раз уж столько денег сэкономили.

— Котов, — тихо окликаю я.

Артем поворачивается, вопросительно приподняв брови.

— Да?

— Я тебя люблю.

Он замирает на мгновение, затем улыбается счастливо и широко.

— Ну наконец-то ты это сказала. Я уж думал, годами придется ждать.

Эпилог

Футбол — это великая игра. Я чувствую это каждой клеткой своего тела, когда, вцепившись пальцами в перила, стою среди тысяч футбольных болельщиков.

Сегодня финал чемпионата. Финальные секунды второго тайма утекают, как песок сквозь пальцы. На табло горит «1:1».

Арбитр дает свисток, оповещая о трех минутах, добавленных к основному времени.

Сердце стучит так громко, что заглушает рев толпы. Я не просто смотрю игру — я живу ею. И все потому, что там, на поле, среди выкладывающихся на пределе игроков, есть он. Артем.

Человек, заставившийся меня полюбить не только его, но и этот проклятый футбол.

Всякий раз, когда мяч оказывается у него, я напрочь забываю, как дышать.

Его движения — это чистая мощь, точность и страсть.

Прорыв по флангу, резкий рывок — защитник пытается блокировать, но Артем делает обманный маневр и, пропустив мяч между его ног, обходит оппонента с другой стороны.

Я прижимаю ладони к губам. В крови ревет адреналин, грудь разрывает от немого восторга.

Так же я чувствовала себя, стоя на склоне горы. Мир вокруг перестает существовать, и остаются лишь белоснежная высота и упругость лыжни под ногами.

Артем обходит еще одного защитника, резко меняет направление и…

Толпа захлебывается восторженным гулом. Это шанс. Шанс на последний, решающий удар.