Я тебя не помню (СИ) - Асхадова Амина

– Теперь можно спрашивать?

Дан отрицательно качает головой и притягивает меня к себе.

– Хочу дочитать книгу. Полежи рядом.

Принимаю решение терпеливо подождать, хотя внутри распирали самые разные вопросы. Тело у Данияра прохладное, после горячего душа я сладко жмусь к нему и стараюсь не уснуть, хотя голодный желудок и не дает покоя.

– Ты голодна?

– Немного, – признаюсь.

Дан захлопывает книгу, молча поднимается и уходит из спальни.

Возвращается с бокалами, бутылкой вина и с бумажным пакетом из пекарни.

Сначала хочется возмутиться, что планы на вечер со мной у него давно были расписаны, но голод не терпит выяснения отношений.

Я набрасываюсь на свежайшие хрустящие круассаны и позволяю себе несколько глотков вина. Дан тоже себе позволяет, он редко выпивает и поэтому его взгляд быстро пьянеет.

– Ты хочешь, чтобы мне так и не удалось скинуть оставшийся килограмм после родов? – смеюсь, пытаясь разбавить тягучую многообещающую атмосферу.

– Нет, я просто хочу тебя трахнуть, – говорит связным языком, хотя в черных глазах бушует крепчайший дурман. – Еще.

– Нет, – прошу и молю одновременно. – У меня уже все болит.

Я делаю еще один глоток в надежде освежить душу и тело.

А у Дана дергается кадык. И взгляд делается дико голодный, хотя только что поел. Дважды.

Когда Данияра чуть отпускает, то он присоединяется к позднему ужину и начинает задавать вполне очевидные для него вопросы.

Для него, но не для меня.

– Решила, когда ты начнешь собирать вещи?

Интересуется вкрадчиво.

Как будто ничего и не было.

Как будто секс между нами – все меняет.

Черт, меняет. Еще как меняет.

– Как только буду готова, – отвечаю честно.

– Трахаясь со мной, ты разве не была готова?

Довольно жестко.

Пытливо.

И грубо.

Вполне в манере Данияра.

Мне хочется ответить столь же колко, но я понимаю: вступив в перепалку, мы сильно поссоримся.

– Кстати, хочу нанять няню для Миры. Это нам однозначно понадобится, – меняет тему Дан, намекая на удобный секс со мной в любое время.

Я шумно сглатываю, отвожу взгляд и жадно доедаю свой круассан. Квартира выглядит холостяцкой берлогой и в холодильнике здесь уж точно ничего нет.

На свои вопросы муж не ждет ответа, он для себя все давно решил. И для меня – тоже.

– У тебя есть здесь еда? – спрашиваю его.

– Если хочешь, поедем в ресторан или закажу сейчас, – решает он, не моргая.

– Я наелась, – качаю головой. – Я о тебе думаю, чем ты питаешься здесь? И что это за квартира, Дан?

– Перед сном закажу доставку на утро. Приготовим завтрак.

Он подливает мне вино. Немного, еще несколько глотков.

– Я продал дом.

Тяжело.

Его слова звучат тяжело.

Не представляю, как он на это решился. И главное – зачем?

– Ты ведь вложил в него столько сил. И детскую сам делал, – произношу с болью.

– Теперь ты все помнишь. И этот дом будешь помнить вперемешку с тем дерьмом.

Видео с изменой. Похищение. Жестокость Дана. Я, любившая другого.

Наверное, Данияр был прав.

– Большую часть денег вложил в новое дело. На остальные купил нам квартиру. Думал все вложить, но тебя и дочь куда-то надо привезти. Расширять бизнес позже буду, если выстрелит.

Я смотрю на Дана не моргая.

Раньше думала, что ему с легкостью все давалось. Теперь вижу – это не так.

После весны все потяжелело.

– Трешки хватит на время, – размышляет Дан.

Продажа дома крепко ударила по нему, он хотел видеть в том доме большую семью.

Нашу семью.

– Дан, она огромная, – развожу руками, сидя на кровати в его белой футболке. – Я знаю этот район, здесь садик и школа, площадки и центр очень близко. Боюсь представить, сколько она тебе стоила.

Муж молча кивает.

Он и сам знает, что квартира хорошая. Просто ему этого мало.

Ему всегда и всего было мало.

Стремления, власти, денег, работы.

Меня.

У Дана всегда все получалось потому, что ему было мало. Он стремился брать больше. Максимум.

Когда я допиваю вино, Дан больше не дает. Забирает с постели бокалы, раскрошившиеся круассаны и меня – тоже забирает.

В постель следом за собой.

– Да не бойся, – шепчет Дан, когда я напрягаюсь. – Не трону.

Загребущими руками Дан укладывает меня так, как ему угодно. Укладывает к себе спиной, а сам прижимается крепкими бедрами к моему телу.

– Охуенная задница, – произносит Дан. – Аппетитная стала. Мне так больше нравится.

Я закатываю глаза, но на ответ не остается сил. Сытые и удовлетворенные, мы оба проваливаемся к крепкий сон.

Проснувшись рано утром, я принимаю доставку продуктов. Дан ночью предупреждал, что закажет, но сейчас он явно об этом не думал и спал крепким-крепким сном. На часах была всего половина девятого.

В доставке заказано все, чего только может пожелать душа – от продуктов для приготовления яичницы на завтрак до интересных блюд на ужин.

Я решаю сразу приготовить и то, и другое, чтобы у Данияра была еда еще на несколько дней. Я ставлю кастрюлю для супа и запускаю туда мясо. Пока варится суп, делаю заготовки для горячего, мама всегда учила делать несколько дел одновременно, и хотя бы за это я была ей благодарна.

Я периодически подсыпаю нарезанные овощи в суп и также периодически думаю о нас. И о том, как поступить дальше.

Мире бы понравилось здесь жить. Спокойные оттенки на стенах, детскую сделать не составит труда…

Позволит ли Дан мне работать? Или, как только мы переедем к нему, все вновь изменится? Этой ночью было все сладко и хорошо, но я знала, что настроение Дана меняется за секунды, и поэтому я хотела получить еще крупицы времени.

Данияр просыпается, когда я заканчиваю готовить. Он заходит на кухню босой и в одних боксерах, взгляд моментально находит меня.

– Ты чего так рано? Черт, забыл про доставку.

– Я привыкла, Мира всегда просыпается по утрам. Завтрак готов.

– Обед и ужин, я так понимаю, тоже?

Взгляд Данияра теплеет.

Ему приятно. Мне, на самом деле, тоже…

Я завтракаю быстро, потому что тороплюсь к дочери. У Данияра тоже начинаются звонки, ночное настроение постепенно сменяется на рабочее.

– Я тебя подвезу, – не спрашивает, а утверждает.

– Хорошо. Дай мне пять минут, – прошу его.

Я одеваюсь и проверяю, ничего ли не забыла, через несколько минут мы садимся в его автомобиль и молча проводим время в пути. Данияру поступает много звонков, я стараюсь не беспокоить его до самого дома Владимира.

– Приехали, – Дан остановил автомобиль у нужного дома и посмотрел на меня.

– Данияр, ты не знаешь, что с Ритой? – спрашиваю у него.

– Не интересовался об этой суке, – отвечает честно.

Рита нас всех подставила. Обещала дать показания, а когда понадобилась – исчезла. Взгляд Данияра потяжелел, причины известны и обоснованы.

– С ней ведь не могло чего случиться? – спрашиваю неравнодушно.

Данияр не разделяет моих чувств, но обещает разузнать, как только у него появится свободное время. Уверен, будь его воля, он бы задушил мою бывшую подругу.

Перед тем, как окончательно отпустить меня и уехать на работу, Данияр повторяет:

– Насть, достаточно.

– Что именно?

– Играть в недосемью. Ты либо возвращаешься с дочерью, либо подаешь на развод. Остальное – детский сад.

– Развод?

– Я к делу сказал. Не рассчитывай. У тебя был шанс легко развестись, пока шли судебные разбирательства.

Еще несколько секунд я неподвижно сижу на пассажирском, пока телефон не начинает агрессивно вибрировать. Уверенная в том, что это звонит Владимир, который не может уехать на работу из-за Миры, я отвечаю:

– Доброе утро, я уже рядом и скоро приду, – отвечаю поспешно, дико переживая за его рабочие дела. У обоих, у Азацкого и Багрова сейчас был тяжелый период, это лишь у меня работа только начинала прибавляться.

– Настя, они собираются меня убить…