Натали Бранде - Голубые шинели

— Я абсолютно уверен, — подтвердил Томпсон, — как вы понимаете, в связи с чрезвычайно важностью порученного мистеру Кевину дела мы постоянно прослушивали его квартиру, и вся сцена убийства записана у нас на пленку.

— А у кого, — посол немного помолчал и продолжил, — а у кого хранится эта пленка?

Мистер Томпсон с пониманием поднял глаза на посла:

— Пленка хранится у меня и существует в единственном экземпляре.

— И это значит, — с надеждой проговорил посол, — это значит, что мы можем с вами договориться?

— Как вы понимаете, — кивнул головой господин Томпсон, — если эта информация дойдет до вашего или до моего руководства, наша карьера окончена. Я, конечно же, могу в рапорте указать, что подслушивающая аппаратура в результате пожара была повреждена и запись не сохранилась, а заодно поддержать вашу официальную версию. Но я должен быть абсолютно уверен в том, что вы никогда и нигде, слышите меня, никогда и нигде не будете обсуждать обстоятельств гибели господина Кевина.

— Это разумно, — согласился посол, разумеется вы можете рассчитывать и на меня и на моего второго секретаря.

— Еще как могу рассчитывать, — заверил его с улыбкой Томпсон, — ибо вы зависите от меня больше, чем я от вас.

— Господин Томпсон, — снова вскричал второй секретарь, — вы слишком много себе позволяете.

— О нет, — ответил с улыбкой Томпсон, — не слишком. Но вот у меня есть информация что вы, молодой человек, — он ткнул пальцем во второго секретаря, — также, как и господин Кевин, любите молоденьких русских мальчиков. А это опасная страсть, видите, к чему это может привести.

Второй секретарь посла покраснел и замолчал.

— Итак, господа, все, что мне нужно от вас — некоторая помощь в установлении личности этого русского посетителя господина Кевина. Он последним, не считая убийц, видел его в живых и, возможно, у него имеется недостающая нам информация.

— Что мы можем сделать для вас, господин Томпсон, — предельно вежливо спросил посол.

— Все что нам надо — это установить личность этого молодого человека. Мы имеем его изображение и мы знаем его имя. Более того — мы знаем его месторасположение в настоящий момент. Дело в том, что по непонятным нам причинам он захватил с собой мобильный телефон господина Кевина. А этот аппарат был оборудован сигнальным маячком. Так что сейчас этот юноша передвигается по Европе и находится в Польше. То что он так быстро после убийства покинул территорию России не может не настораживать, хотя мы достоверно знаем, что он не убивал. Нам необходима информация о его родственниках, одним словом — все, что можно узнать о нем, но постарайтесь, если возможно, сделать это как-то очень корректно, так, чтобы русские не насторожились. Мы не заинтересованы в том, чтобы они сели ему на хвост.

— Хм, — пожал плечами посол, — я конечно могу сообщить, что нашей службой охраны замечен подозрительный тип, который часто ошивается на улице у нашего посольства и мы просим выяснить его личность, но это максимум того, что я могу вам обещать.

— Этого вполне достаточно, — кивнул господин Томпсон, — и помните — ваша карьера, а также и моя зависят теперь от нашего молчания Не допустите никакой утечки информации, если русские что-то проведают о гибели господина Кевина — мы можем потерять уникальную возможность получить мировое господство.

— Неужели это так серьезно!? — воскликнул посол.

— Это более чем серьезно. Я не имею право раскрыть вам все обстоятельства дела, но могу сказать одно — в Лондоне уже подготовлен двойник господина Кевина, думаю, что в ближайшие дни он будет в Москве. Вам предстоит внедрить его в московскую среду.

— Но ведь это! — начал заикаться от ужаса второй секретарь посольства, — это же нарушение всех дипломатических норм! Если это когда-либо вскроется — мы навсегда станем персонами «нон грата» в России, да и не только в России!

Посол терпеливо молчал.

— Да, риск конечно есть, — согласился Томпсон, — но мы вынуждены на этом настаивать, выхода нет, дело в том, что господин Кевин имел здесь один чрезвычайно важный контакт, и мы уверены, что его контактер ни с кем, кроме него самого, поддерживать связь не будет — и ради этого человека мы обязаны пойти на такую рискованную операцию.

Тимофей сладко спал в потайном ящике в кабине польского грузовика и не знал, что в Москве уже поднялся настоящий переполох в связи с его исчезновением.

Во-первых, Буряк, сидевший на стреме у дома дипкорпуса и ожидавший, когда же Тимофей выйдет от дипломата, почти что закемарил в машине и вдруг очнулся от странных криков. Поначалу он не мог поверить своим глаза — дом горел, причем полыхало пламенем именно окно квартиры Кевина.

Буряк сидел в машине в надежде увидеть, как Тимофей будет выскакивать из дома — но так и не дождался его. Он видел, как подъехали пожарные машины, как залили пылающее окно пеной, как появились сотрудники службы секъюрити английского посольства и не пустили русских пожарных во внутрь дома. Как пошумел и разошелся в конце концов по домам любопытствующий народ, а Тимофея все не было. Буряк был уверен, что даже в суматохе пожара не мог был пропустить его.

О происшествии он, конечно же, немедленно сообщил полковнику.

Тот был также ошарашен, как и Буряк, но решил подождать до понедельника в надежде, что Тимофей появится в части.

Но в понедельник Тимофея не было. Ничего не знал о нем и майор. Значит, случилось что-то непредвиденное.

Вечером, собравшись по заведенной традиции, с главарями солнцевской группировки в бане полковник, Буряк, Зубило и еще один бандит по кличек Волчара обсуждали сложившуюся ситуацию.

— Может, его английские спецслужбы взяли? — предположил Зубило.

— Ну, а с какой такой радости? — возразил полковник, — если только, конечно, он не начал напрямую лепить про оружие.

— А ведь мог, — вставил слово Буряк, — он же валенок деревенский, кретин голубой. Он мог и без подготовки напрямую полезть с разговором — его и сцапали.

— Ну допустим, — тяжело вздрогнул полковник, — а с какой такой радости пожар? И потом, ты говоришь, что потерпевших не было? — спросил он у Буряка.

— Не-а, скорые машины, правда, подкатили, но уехали пустые.

— Тоже странно, — почесал затылок Зубило, — никак в толк не возьму, что же там произошло.

— А может этот Кевин грохнул его и сжег? — предположил Буряк.

— Ну, это все только предположения, ничего-то мы наверняка не знаем, кроме того, что Тимоха в часть не вернулся, — подытожил Волчара.

— А, кстати, Кевин-то жив? Может, это наоборот Тимоха его грохнул? — спросил полковник.