Лабиринты страсти (СИ) - Гольдман Эвелина

-Гордюш, ну ты чего молчишь, любимый?,- Господи, помоги мне не заплакать. Пожалуйста.

Я желаю ему приятного аппетита и ухожу. Блин, я вообще забыла о хромоте. Теперь он и его семья посмотрят на меня и подумают, что я жалкая, страшная калека. Ладно, Бог с ними, мне не на подиум выходить, а тарелки разгребать. Подойдя к заднему входу на барную стойку, я прошу у готовящего напитки Сережи:

-Налей мне водки,- по-другому никак.

-Романенко, ты чего?,- он смотрит на меня с шокрованным видом.

-Просто налей, пожалуйста,- прошу, а у самой слезы рвутся на ружу.

-Что случилось? Что с тобой?

-Просто, твою мать, налей мне водки,- Сережа поджимает губы и наливает мне водку в рюмку. Я выпиваю её залпом. Горло обжигает, а я немного успокаиваюсь . Сглотнув и взяв со стола оливку в рот, я беру тряпку и иду работать. На них больше не смотрю, стараюсь быстро протирать столы, но понимаю, что сейчас нужно будет идти забирать грязные тарелки, ну ничего, я здесь обслуживающий персонал, ничего страшного.

Тут начинается тост отца Гордея, я краем уха улавливаю последние слова:

-Я рад, что ты встретил достойную девушку,- да, не такую, как я,- Рад, что вы любите друг друга,- рад, что он не выбрал меня,- И очень жду внуков,- а у вас растёт внучка. Милая, маленькая и очень похожая на вашего сына. Харитонов- старший заканчивает тост, а я выправляю короткую прядь из уха и опускаю глаза в пол, на руку капает слеза. Зажмуриваюсь, сильно, чтобы не завыть, как собака, просто продолжаю убирать столы и принимать другие заказы.

-Романенко, быстро стол убирай, 5 минут грязные тарелки стоят,- шипит мне Саркис. Я тороплюсь к их столику, не смотрю ни на одного, просто забираю тарелки, и принимаю заказ на десерты. Благо, что за Гордея сделала заказ его невеста, а вот грубый голос Харитонова-старшего и его жены пришлось выслушать. Я для них пустое место, никто. Вот им и буду. Забираю заказ на десерты с кухни и раскладываю перед всеми, еще раз преодолев трудность попадания в поле нахождения Гордея я ставлю его сраный десерт перед ним, Кстати, к горячим блюдам он не притронулся, наверное кухня для него не такая. Оказавшись рядом, я чувствую его запах, который вообще не изменился. Иду на кухню, относя грязную посуду, очень стараюсь не хромать, как могу, а от такой нагрузки боль в спине становиться просто невыносимой. Сцепив зубы, стараюсь делать все уже на автомате.

Начинаются слова отца невесты, которые трогают до слёз всех работников заведения и они застыв, с улыбками слушают этот тост. А мой папа тоже мог бы говорить такое на моей свадьбе, но папы уже нет, а у меня есть моя дочь, а большего не нужно. Все хлопают в ладоши, Гордей и невеста встают изо стола, обнимаясь. Я стою и наблюдаю за тем, как ОН целует девушку, как все гости радуются за их помолвку. А я стою в стороне, с грязной тряпкой. Наблюдаю, как человек, который сделал меня несчастной- счастлив. ОН- мой ночной кошмар, моя самая большая любовь, а так же отец моей дочери. Как же я его ненавижу. Я ненавижу его за то, что он причинил мне эту боль, за то, что уронил меня в бездну горя и разлуки. Ненавижу тебя, Гордей Харитонов.

Видя, что они уже собрались уходить, я собрала остатки посуды, спросила все ли понраивлось, принесла счет,за который Гордей распатился картой. Мне не нужно чаевые, ничего не нужно, просто уходи и не появляйся в моей жизни. Они медленно, общаясь друг с другом идут на выход, а я протираю стол и начинаю собираться домой.

-Ты молодец сегодня,- говорит Серега,- объяснишь, что это было?,- я просто машу головой и выхожу через задний выход для персонала на улицу, вдыхая холодный воздух и смотря на небо.Подъезжает машина Димы, он выходит ко мне, что-то говорит, чего я не слышу, обнимает и целует, а я не хочу уже ничего, я не дышу. Чувствуя, что что-то не так, мне снова не по себе, на улице холодина, а мне жарко, я инстинктивно поворачиваю голову вправо и вижу, как Харитонов смотрит на нас, стоя возле своей машины...

Глава 5. Гордей

За 2 дня до событий...

-Прекращай пудрить девушке голову и женись,- отец встал напротив меня, поставив на стол кулаки,- Моей компании тебе не видать, если ты не женишься на Эле.

-Женюсь, можешь не сомневаться, мне плевать,- я встал с кресла напротив рабочего стола отца и вышел за дверь. Я прошел мимо сидящей, шлюшной секретарши, которая явно была тупой и слишком молодой для такой должности, а батя сто процентов её трахал, ведь своей натуре он никогда не изменял, он изменял только своим женщинам. Она улыбнулась мне и облизала свои пухлые губы. Я прошел мимо неё и спустился в подземный паркинг, сел в машину и завел мотор, направялясь в отель. Квартиры у меня здесь уже не было, да и оставаться надолго я не планировал, поэтому просто снял квартиру для нас с Элей.

Мы вернулись в Киев вчера. Я 4 года прожил в Германии, забыв про этот город, который принёс мне только боль. Я страшно бухал и блядствовал 3 года, полностью наплевав на карьеру. Каждый день меня окружала новая шлюха, которых я менял, как носки, то есть каждый день. В какой-то момент отец перерезал весь моей доход сказав, что если я не возьмусь за голову- он лишит меня наследства и карьеры в его фирме. Я взял себя в руки и начал вставать на путь истинный, все время проводя на курсах повышения квалификации, где я и познакомился с Элей. Она дочка владельца заправок по всей стране и Европе, а так же моя коллега по специальности. Мы сразу договорились о встрече и переспали в тот же день. Она была свободной и без комплексов, а я раненный и запутанный в своей жизни. Её характер помог мне отойти от болезненных для меня воспоминаний о прошлых отношениях и начать жить заново. Она была хорошим другом, где-то мягкой, а где-то очень решительной, сильно отличающиеся от прошлой, которая была на вид мягкой и покладистой, а оказалась той ещё садисткой.

Мы прожили вместе год и отец все время намекал на свадьбу, мне было все равно. В любом случае счастливым я не буду. Нет, я не любил Элю, просто хорошо к ней относился, она мне очень помогла и я был благодарен ей за это. Да и вообще любовь только отравляет рассудок и мешает думать объективно. Мы создавали себе идеала, который впоследствии нас предавал. Без любви легче, намного.

Я сделал Эле предложение в ресторане, купив более менее понравившиесся кольцо в том же магазине, в котором покупал когда-то. Только прошлое, маленькое кольцо лежит на дне Шпрее. Она согласилась и была очень рада. Её семья жила в Одессе, куда мы и поехали отмечать помолвку.

Одесса встретила нас прохладной погодой и гулять по ней совсем не хотелось, мы остановились в отеле неподалёку Дерибасовской, которая славилась своими приятными заведениями, и где всегда можно вкусно поесть. А по нашей еде я очень соскучился. Сардельки и колбасы уже изрядно поднадоели. Отец сказал, что устроит нам обед в честь помолвки в ресторане его друга, с котором когда-то сотрудничал, и который владел популярным заведением. Мне было плевать, а Эля прочитав отзывы о кухне согласилась.

-Дорогой, как я тебе в этом?,- Эля крутилась передо мной в длинном платье, а я наблюдал за стройными бедрами, обтянутыми тканью.