Он хочет тебя (СИ) - Набихан Дилноза

Она плакала навзрыд, прижимаясь к моим ногам так сильно, насколько только могла. Подняв глаза, я мрачно посмотрела на свекровь, застывшую невдалеке будто статуя. Она молча поджала губы, презрительно разглядывая меня, словно увидела нечто нелицеприятное. Медленно опустившись на корточки перед дочкой, я вытерла слёзы с её лица.

— Не плачь, маленькая. Я здесь, всё будет хорошо. Извини свою глупую мамочку, которая оставила тебя одну.

«С ведьмой», — добавила мысленно я, пытаясь успокоить трясущую от страха дочь.

— Что здесь происходит?

Подоспев следом, на пороге комнаты появился Захар, останавливаясь сзади нас. Я встала и подняла Марину на руки, а она обняла меня, уткнувшись мне носом в плечо.

— Дарина, дай её сюда. Тебе нельзя таскать тяжести.

Муж хотел было забрать дочь, но я наградила его гневным взглядом и отвернулась.

— Я уже один раз тебе доверилась, так что же из этого вышло? Смотри, что натворила твоя мать. Довела ребёнка! — процедила сквозь зубы, пытаясь подхватить подол неудобного платья. — Лучше покажи мне комнату, где мы с дочкой можем остаться. Ей нужно успокоиться. Она слишком ранимая.

Последнее я добавила уже тише, медленно выдыхая и прикрывая на миг глаза.

— Давай лучше я? — предложила сестра Захара, охотно поднявшись с дивана и обойдя застывшую мать, чтобы подойти к нам.

Скользнув по ней взглядом, я лишь теперь заметила её живот и машинально перевела взор на Муратова. «И как ей живётся в таком дурдоме, когда вот-вот надо рожать?» — подивилась про себя, желая задать этот вопрос супругу, но тот отвернулся, смотря на Станиславу Тарасовну. Я же, не став задерживаться, пошла вслед за девушкой.

— Это спальня Захара, — мягко сообщила она, открывая передо мной одну из многочисленных дверей. — Только здесь не было ремонта с тех пор, как он ушёл из дома…

Положив дочь на кровать, я повернулась к её тете, которая стояла в дверях. Она чем-то походила на Марину, что было видно невооружённым взглядом.

— Меня зовут Наташа. Извини, что нам пришлось познакомиться в такой ситуации.

Кивнув, я промолчала и бросила взгляд на дочку, не сводившей с нас усталых глаз.

— Ладно, пойду. Будет лучше, если я оставлю вас. Марине нужен покой.

Я поблагодарила её, но слова вышли сухими и равнодушными. Мне не хотелось изображать перед ней невесть что, лишь бы произвести хорошее впечатление. «Не буду играть в ничьи игры. В том числе и Муратова», — мысленно пообещала себе и, проводив девушку, выдохнула и опустилась на постель рядом с дочерью, скинув туфли.

Кровать не оказалась рассчитана на мой рост, равно как и вся обстановка, напоминавшая о том, что в комнате когда-то жил подросток. Все стены украшали плакаты исполнителя Баста, и я вдруг вспомнила, что Захар был его ярым поклонником, зная наизусть каждую песню. Он и сам умел петь, а ещё играл на гитаре. Даже несколько раз выступал в клубах. Поглаживая спину Маринки, чтобы она быстрее успокоилась, я невольно погрузилась в воспоминания о прошлом. Таком далёком и родном…

— Муратов, готовься! Сейчас будешь выступать! — крикнул администратор, и мы услышали, как посетители клуба начали скандировать имя Захара.

— Ну всё, мне пора.

Парень стал подниматься с диванчика за кулисами, и мне пришлось отодвинуться, хотя и не хотелось его никуда отпускать. В особенности на сцену. Я знала, чем обычно заканчивались такие вечера. «Как только он сойдёт со сцены, то поклонницы окружат его, не давая пройти. А потом, когда всё это безумие закончится, от него будет пахнут чужими духами», — думала я, пусть и понимала, что он не собирался мне изменять, а лишь занимался любимым делом. Захар умел красиво петь, поэтому подрабатывал подобным образом, однако… Ревность всё же душила меня. Мы обсуждали это и даже ссорились, но мне, сцепив зубы, приходилось терпеть.

— Не кисни, Лисичка. — Муратов чмокнул меня в нос, а затем жадно поцеловал, покусывая за губы.

Чтобы сохранить равновесие, я обвила его шею руками, прильнув к нему всем телом.

— Не хочу отпускать, — сказала то, что крутилось в мыслях.

Отстранившись, он раскатисто рассмеялся, прислоняясь лбом к моему и нежно шепча:

— Моя ревнивица.

— Я буду волноваться!

— Знаю.

Захар поцеловал меня висок, и я, развернувшись, вышла из гримёрки, чтобы занять своё место и с придыханием послушать его голос.

Сначала он не смотрел на меня, но когда наши взгляды пересеклись, мы уже не отводили глаз, влюблённо взирая друг на друга. Счастье распирало меня, а скулы сводило из-за улыбки, что становилась всё шире.

— Извините! — в какой-то момент послышалось сзади, вынуждая меня повернуться.

Хмуро оглядев группу парней, стоявших за мной, я приподняла брови. Они толкались, пихая меня и друг друга локтями то в бок, то в плечо.

— Будьте осторожны, — посоветовала им и отступила, чтобы быть подальше от них.

Они мне совсем не понравились. Когда же я развернулась к сцене, то Захар уже больше не улыбался. Он не сводил глаз с ребят, возившихся возле меня. И пусть я не обращала на них внимание, от него не укрылось, как они толкали меня.

В какой-то момент я ощутила сзади чужое тело, прижавшееся ко мне. Чьи-то руки обхватили мою талию, медленно поднимаясь вверх. Застыв, я с ужасом смотрела на них, но уже через пару мгновений вышла из ступора и, развернувшись, ударила нахала в лицо.

— Тимоха, а она с характером! — раздался неприятный голос слева.

Хулиганы засмеялись, окружив меня, но все были увлечены Захаром и не смотрели в нашу сторону. Вспомнив о последнем, я повернула голову и увидела, как он спрыгнул со сцены, спеша к нам. Его лицо не предвещало ничего хорошо. Он был зол. Очень зол.

— О нет! — вскрикнула я в момент, когда его кулак встретился с рожей того, кто не так давно лапал меня.

Началась потасовка. До этого мне ни разу не доводилось видеть, чтобы Захар меня так ревновал. В основном ревновала я, закатывая истерики и устраивая ссоры, а он терпел, но… Мне неожиданно стало приятно, что любимый ввязался в драку из-за меня.

Толпа оживилась, и его разозлённые фанаты накинулись на парней, которые хотели задавить Муратова числом. Я несколько раз пыталась ему помочь, но всё закончилось тем, что меня просто отшвырнули подальше.

— Дарина! — Выбравшись из кучи народа, Захар бросился ко мне, помогая подняться. — С тобой всё хорошо?

— Да. Давай просто уйдём отсюда? — попросила я, вцепившись ему в руку.

Я не знала, стоило ли его отпускать. Он был на взводе и напряжён.

— Подожди немного, сейчас вернусь.

Парень хотел было устремиться обратно, но нахмурился, заметив то, что я держалась за ногу. Кажется, она была вывихнута, когда я падала…

— Мам? — ворвался в мои воспоминания голос дочери, и я растерянно моргнула.

В ушах стоял гул. Выдохнув, я с беспокойством посмотрела на Марину, которая прижималась ко мне.

— Что солнышко? У тебя где-то болит? — От мысли, что мать Захара могла чем-то ей навредить, меня бросило в холодный пот.

— Нет. — Покачала она головой. — Ты меня больше не бросишь?

При её последних словах я впала в ступор. До меня не сразу дошло, что это свекровь внушила ей подобные мысли. Когда же я вспомнила, что говорила Станислава Тарасовна, кровь вскипела у меня в венах от бешенства. Суставы хрустнули, когда я сжала руку в кулак.

— Нет, я никуда не уйду. И не брошу тебя. — Уткнувшись носом в макушку дочери, я зарылась пальцами в её волосы. — И больше никогда тебя тут не оставлю.

Это было обещанием не только ей, но и себе самой. Я не собиралась задерживаться в чужом доме ни на минуту.

Глава 32

Дарина

Как только я убедилась, что Марина заснула, то осторожно поднялась с кровати и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Спустившись вниз, нашла всех там же, где и оставила. Захар сидел на диване и встретил меня весьма напряжённо. Пройдя по гостиной, я решила сесть рядом с ним. От моей наглости его мать опешила, не скрывая своё удивление.