Би Сяошэн - Цвет абрикоса

Студент продолжал жить в доме госпожи Лань. Всякий день он виделся с сестрами и чувствовал себя словно в цветнике. Он беспрестанно восхищался прелестями красавиц: как благоуханны и нежны они были! Как милы их губки, схожие с алыми вишнями, и как милы брови - листья ивы! Как женственны и изящны эти крохотные ножки - "золотые лотосы", мелькающие из-под юбок! Он дышал благоуханным ароматом их тел и восторгался легкостью походки и движений. Забегая вперед, здесь уместно заметить:

Благословенно место, где дань любви мы платим.За пологом парчовым или в спальне расписноймы обретаем дом, и дажеесли есть у нас пристанище притом.

Всякий день студент приходил к тетке справиться о здоровье. Как-то он сказал ей:

- Не так давно Ван Шичунь с приятелями пригласили меня на пирушку. Неудобно не устроить ответного угощения. У меня появилась мысль пригласить их сюда, в расписную залу. Но не знаю, как уважаемая тетя на это посмотрит?

- На пир положено отвечать пиром - таков обычай пристойного поведения. Вы в моем доме хозяин. Какие могут быть у меня возражения!

Заручившись разрешением тетки, студент в тот же день написал приглашения, велел слуге сходить в управу, где служили приятели, и передать им приглашение. Наказал слуге также, чтобы тот непременно сходил в "Сад наслаждений" и пригласил его обитательниц.

К назначенному дню повар и поварята приготовили изобильное угощение. Всего было вдоволь - и мяса, и овощей, все было нарядно и разноцветно, благоуханные ароматы щекотали нос, а столовые приборы сияли чистотой. Слуги и служанки суетливо бегали по дому в ожидании гостей, делая последние приготовления. Гости не заставили себя ждать, и скоро у ворот раздался стук - это прибыли в паланкинах три красавицы из заведения "Сад наслаждений": Фэн Хаохао, Фан Паньпань и Мю десятая. Студент с приветливой улыбкой встретил их. Певички хором ответили на приветствие:

- Много благодарим господина за выказанную ласку и гостеприимство. Не ведаем, чем сможем отблагодарить.

- Нашего скромного угощения еще не отведали, а уже благодарите!

Он позвал Гуйпин и велел ей отвести певичек на женскую половину. Там красавиц приветливо встретили Чжэньнян и остальные сестры. Увидев, сколь прекрасны девушки, Хаохао не сдержала вздоха восхищения и подумала про себя: "Красотой могут сравниться разве что с Чаньэ из Лунного дворца вечного холода!" Но вот взаимные приветствия закончились, и девушки расселись.

Читатель! От себя скажу так: эти девушки и вправду походили на небожительниц из свиты феи луны Чаньэ, что покинули лунный дворец и ненароком опустились на землю. Вот где к месту сказать:

Тут ветер веет благовоний.Изяществом и прелестью лицаздесь каждая влечет сердца.

Гостьи откушали чаю, а потом поднялись, чтобы представиться уважаемой госпоже Лань. Пока они беседовали, у ворот спешились с коней Ван Шичунь и Цю Чунь. Студент вышел к воротам встретить их. Он церемонно встретил гостей, как и подобает хозяину.

Ван Шичунь и Цю Чунь сказали студенту:

- Глубокоуважаемый брат, приняли ваше любезное приглашение. Премного благодарим за любовь и приветливость вашу!

- Приглашение самое заурядное. Мы связаны узами побратимства, так о чем говорить? Счастлив видеть вас! Благодарен, что почтили благосклонным вниманием.

Выпили по чашке чаю.

- Просим передать наше приветствие госпоже Лань, - сказали гости.

- К сожалению, уважаемая тетя еще не исцелилась от болезни. Не может лицезреть вас и поговорить с вами.

- Пусть примет наши наилучшие пожелания. Не смеем беспокоить ее.

В тот миг прибыл паланкин с Юйин. Едва она вышла из паланкина, тотчас скользнула на женскую половину. Сестры были ей рады и повели к госпоже Лань, а потом все пошли смотреть на певичек. Те снова чинно расселись. Поговорили о погоде - или, как принято говорить, о "тепле и холодах". Услышав, как в большом зале зашумели и заиграли музыканты, красавицы-певички поднялись, намереваясь выйти к гостям. А тем временем в зале шли приготовления - накрывали на столы, прикидывали, как рассадить гостей. Решили каждого посадить со своей подружкой: Цю Чуня с Фан Паньпань, Ван Шичуня - с Мю десятой, а студента - с Фэн Хаохао во главе стола.

Едва гости расселись, секретарь госпожи Лань и слуги стали вносить закуски и разливать вино. Тут же внесли светильники и засветили перед каждым из гостей. Место, где пировали, отгородили от остального пространства парчовыми ширмами и занавесями с нитями из жемчужин. Вот в этой уютной и прелестной зале и собрались знаменитые своей красотой певички и их молодые поклонники. Уже зазвучала песня, и в лад ей согласно полилась мелодия свирели и губного органчика - шэна. Высоко и звучно лилась песня, и, кажется, остановили свое шествие облака и скрылась за тучами луна в восхищении перед исполнителями. Вино пошло по кругу. Гости веселились, шутили, и их голоса становились все громче.

Цю Чунь и Ван Шичунь достали листки бумаги с оттиснутыми на них разводами наподобие лучей заката, на них были написаны арии Ли Юя и Чжан Лижун[38] - знаменитые стихи о любви. Замечу, что назначение этих листков в том, чтобы понять, о чем говорят и поют актеры, ибо в каждой провинции свой диалект, не понятный жителю иных земель. И едва только актеры вступили в залу, чтобы дать небольшое представление, тотчас зазвучали кастаньеты из слоновой кости - им ответили золотые колокольчики, и барабанная дробь ознаменовала начало праздника. Звуки и ритмы взывали к веселью, а песни пели об изысканной любви.

Чжэньнян и сестры, а также и Юйин с Пань Жолань собрались за занавеской, наблюдая за гостями. За столом вино текло рекой, звучал смех вослед нескончаемым шуткам. Музыканты вдохновенно дули в свои свирели, трещали кастаньетами, струнные вторили им, и подхватывал мелодию органчик. Актеры представили сцену, где опьяневшей от вина и шума Чжан Лижун стало плохо. Она села, склонив голову на плечо Ли Юя, который утешал ее и пел о своей любви. Хаохао, смотревшая представление, рассмеялась:

- До чего чувствительный молодой человек! Поистине красавец, думающий только о своей возлюбленной.

Сестрам, стоявшим за занавеской, представление понравилось, и они замерли от восхищения. А между тем три певички за столом уже овладели сердцами своих обожателей. Молодые люди развеселились, и бокалы с вином пошли по кругу. Шум, визг, хохот. Вот Паньпань подняла бокал и радостно передала его Ван Шичуню. Тот встал, принял его и выпил. Вот уже Хаохао, высоко подняв нефритовый бокал, передала его Цю Чуню. Цю Чунь тоже принял его и выпил. Мю десятая поднялась и передала бокал студенту: